Преломляя свет (ЛП) - Горбов

пытался не заботиться о том, что оставил их совершенно одних. Он даже пытался убедить себя, что мог бы просто оставить Гермиону Тео, если она его хотела. Пытался убедить себя, что это не имеет значения и она сама может позаботиться о себе. Гермиона слишком умна, чтобы не знать о склонностях Тео — если она что-то преследовала в общении с ним даже вопреки этому, ее право. Драко пришлось бесчисленное количество раз задавливать внутренний голос, который выл, протестуя этой мысли, и ему это удалось.

Едва.

Драко был уверен, что Гермиона в замешательстве, и, возможно, даже обижена. Ее выразительные черты не могли это скрыть. Тем не менее, он оставался настойчив, убежденный в своем плане действий.

Однако Блейз был прав. Она была совершенно непреклонна, поэтому, в один прекрасный день, Драко оказался в кофейне, таким образом отвечая на подкинутую утром под дверь книжного магазина записку, в которой Гермиона сообщила, что нашла для него новую музыку, и он должен зайти и забрать кассеты, если хочет.

Драко осторожно прошел внутрь, мысленно готовясь к встрече и клянясь себе, что она выйдет короткой. В одной руке он держал шлем, в надежде, что это станет очевидным намеком на то, что он направляется в другое место.

Прозвенел колокольчик, и Гермиона подняла взгляд, сидя за краем стойки, склонившись над книгой. Она надела нежно-розовое платье с того дня на водоемах, а ее волосы были убраны, открывая взору красивую шею. Драко сглотнул.

— Привет! — тепло поздоровалась она, подскочив с барного стула, и поторопилась выйти из-за стойки.

Тревога.

Драко был уверен, что она собирается обнять его, поэтому преобразовал черты лица в холодные линии и облокотился на стойку таким образом, чтобы объятье стало невозможным. Гермиона неловко остановилась на полушаге.

— Привет, — сказал он.

Его голос прозвучал жестко, и он почувствовал себя уродом.

— Привет, — сказала она еще раз, еще мягче, чем до этого. — Ты получил мою записку? Пришел за кассетами?

— Да, и кофе тоже возьму. С собой, — он опустил шлем на столешницу.

— А, да, хорошо, — она вернулась обратно за стойку, двигаясь гораздо более сдержанно, чем ранее. Драко ощутил небольшой странный спазм в районе живота, но проигнорировал его. Гермиона молча работала с кофемашиной и в итоге повернулась к нему с кружкой. — Держи. Сейчас, я схожу в кладовую и принесу кассеты.

— Спасибо.

Пока она отсутствовала, колокольчик снова прозвенел, и, к удивлению Драко, Лаванда и Блейз, смеясь и держась за руки, вошли внутрь. Отношения между ними развивались быстро, и на одно мгновение Драко ощутил неимоверную зависть, желая, чтобы это было также просто и для него.

Но этого никогда не будет, не так ли?

Мысль укрепила его решимость, и он резко отодвинул свой кофе, твердо намеренный выбраться из кофейни как можно скорее.

— Приве-е-ет, — поздоровался Блейз с ноткой удивления в тоне.

— Какая неожиданная встреча, — одновременно с ним произнесла Лаванда, и в ее взгляде проскользнуло осуждение.

Гермиона вышла из кладовой, ее взгляд был опущен, пока она не увидела новоприбывших, и ее черты не просветлели.

— Эй, вы двое, — сказала она, легко помахав рукой. — Давно вас не видела. Всех, — пробормотала она, и ее взгляд коротко метнулся к Драко.

Он почувствовал укол вины. Раз Лаванда проводила время с Блейзом, пока он держался подальше, у Гермионы, должно быть, отсутствовала компания. За исключением Тео.

Не за что, Тео.

Драко испепелил взглядом столешницу.

— Мы здесь, чтобы исправить это! — сказала Лаванда. — Идем на дискотеку сегодня вечером. Все. Мы уже проезжали мимо твоей квартиры, и Тео согласился, — сказала она, глядя на Драко. Он открыл рот, чтобы возразить, но Грейнджер вмешалась.

— О, это было бы весело, — она подняла голову, и ее взгляд остановился на нем. — Мы не ходили туда с того вечера. Я так и не показала тебе танцы восьмидесятых, — уголки ее губ приподнялись в осторожной улыбке.

Эта был знак примирения, и Драко знал это. Знал, что она заметила его стремление держаться в стороне и не понимала причин, но была готова наладить отношения. Попробовать снова.

Чертова гриффиндорская настойчивость.

Все ждали его ответа, и он был уверен, что должен сказать «нет». Отказ зафиксирует это новое расстояние. Пусть Гермиона и упряма, но она уважала себя и оставила бы попытки по причине его безразличия.

Драко сделал глубокий вдох, приказывая себе отказаться, но вместо этого сказал:

— Хорошо.

— Правда? — Лаванда улыбнулась, и взгляд Грейнджер задержался на нем.

— Да, во сколько?

— Встречаемся у вас в девять, — сказала Лаванда. — Можем поехать все вместе.

— Отлично, — Драко снова опустил взгляд на стойку.

Дерьмо.

Его внезапно ставшая влажной ладонь соскользнула по шлему, и он вздрогнул.

Поездка. Его отговорка.

— Тогда я ухожу.

Драко подхватил шлем и слегка махнул им, прежде чем положить оплаченный счет за кофе на стойку и отвернуться.

— Подожди, твои кассеты! — воскликнула Грейнджер, снова выходя из-за барной стойки.

Он остановился и повернулся, приказывая себе не замечать, как идеально розовое платье обтягивало ее тело.

— Пошли слухи, что я в поисках новой музыки, и кто-то принес их, — сказала она, протягивая стопку кассет. Драко посмотрел на них, а потом снова на ее лицо, прочесть выражение черт которого казалось невозможным.

— Они новее, — объяснила она. — За последние несколько лет. Radiohead, Blur и Pulp. Должно быть, кто-то узнал, что я англичанка, — она издала короткий смешок. — Это, м-м-м, все английские группы.

Драко забрал кассеты из рук Грейнджер, но она вытащила одну и подняла.

— Думаю, тебе особенно понравится эта. Radiohead. Они одни из моих самых любимых за последние годы. The Bends, — с нервной улыбкой она посмотрела на его лицо. — Я была очень рада, когда получила эти кассеты. Кто-то оставил их в хостеле в Аквино.

Он не улыбнулся в ответ, и спустя мгновение Гермиона перевела взгляд в сторону. Хмурая тень исказила ее черты, и Драко почувствовал себя настоящим ублюдком.

— Спасибо, — начал он, но Грейнджер оборвала его.

Она отвернулась и ушла, быстро скрывшись за стойкой. Ее тон и манера поведения внезапно стали резкими.

— В любом случае, надеюсь, они тебе понравятся, — Гермиона махнула рукой. — Значит, сегодня? — она переключила свое внимание на Лаванду. — Что наденешь?

Драко ощутил отстранение, но в то же время от него не укрылись два красных пятна, горящих на щеках Грейнджер. Он вздохнул, и Блейз поднял на него бровь. Драко слегка пожал плечами.

— Увидимся вечером, приятель, — сказал Забини, дернув подбородком.

— Да, — ответил Драко, а потом заставил себя отойти и вышел из кофейни.

***

Гермиона сжала губы, когда они пришли на дискотеку. Очевидно, Драко