Иль Догхр. Проклятие Эмира - Ульяна Соболева

— Кто тебе рассказал?

— Если я скажу, ты накажешь этого человека, а я бы этого не хотела.

— А если ты не расскажешь, то я накажу тебя.

— Накажи, я не боюсь.

— Наказания могут быть очень болезненными.

— Иисусу было намного больнее, и я готова вытерпеть все что угодно, чтобы приблизиться к нему.

Что я мог на это ответить? Я молча смотрел в ее огромные голубые глаза, кристально чистые и нежные, такие светлые. Смотрел на развивающиеся золотистые волосы на этот невинный облик и понимал, что нет! Ее я точно не накажу.

— Значит, не скажешь, кто тебе рассказал?

— Нет, не скажу.

— Врать очень плохо.

— А я не вру, я просто не говорю.

— А если я угадаю, кто это ты промолчишь или признаешься?

— Я не буду играть с тобой в эту игру.

— Это не игра, Алёна, этоочень серьезно. Кто-то рассказал тебе то, что я запретил говорить.

— Думаешь, я не понимала, что ты не просто так забрал меня из больницы или не понимала, что кто-то оплачивает мое лечение? Я сразу узнала, что это ты. А еще я поняла, что это как-то связано с моей сестрой. Оставалось только додуматься как?

— И как же я с ней связан?

— Ты ее любишь?

— Нет, я ее ненавижу.

— Потому что любишь.

— Твоя сестра убила мою дочь, вторую дочь пыталась утопить. Она сбежала с другим мужиком и изменяла мне! Твоя сестра вышла замуж за другого, наставила мне рога, поэтому, когда я ее найду, она будет очень сильно страдать.

— Для этого ты забрал меня, чтобы наказать ее через меня?

— И для этого тоже.

— Я могу попробовать вылечить твою дочь?

— Вылечить?

— Да. Я могу лечить. Наша мама была очень сильна больна. У нее нашли опухоль. Все это время, пока мне не стало плохо, я лечила ее. И опухоль не росла. Потом, когда я заболела и попала в больницу, мама слегла и умерла. Если бы я могла быть рядом с ней, этого бы не случилось.

Какой-то бред то, что она говорит, какой ты нереальный сюрреалистический бред. Она может лечить. Смешно. Я самое интересное, откуда она знает, что ее мать умерла, я никому этого не говорил. А ей тем более.

— Так ты позволишь посмотреть на твою дочь?

— Откуда ты знаешь про свою мать?

— Я знаю…я почувствовала, когда ее не стало. А потом она приходила ко мне во сне и мы попрощались.

— Ты не скорбишь?

— Скорблю. Но мама теперь в ином мире и она с Иисусом. Ей не больно, ей хорошо. Она ангел.

— Так ты дашь мне увидеть твою дочь, Ахмад?

— Она в коме.

— Я слышала. Я посмотрю и попробую ее разбудить. Ведь ей от этого не станет хуже? Как я могу навредить ей, ты пойдешь вместе со мной и будешь видеть все, что я делаю. Да, твоя дочь проснется. Я снова спрошу у нее про свою сестру. И тогда она расскажет правду. И ты поймешь, что Вика ни в чем не виновата.

— Иди спать, Алена, потом как-нибудь поговорим об этом.

— Ты мне не веришь да?

— Иди спать, спокойной ночи.

— Уверуй и тебе воздастся.

— Иди, Самир проведет тебя к твоей комнате. Самир!

Глава 35

— Зачем он притащил эту …больную? — шипела Лами и размахивала руками перед лицом мамы Самиды, пока та стояла на балконе своей веранды. Ей нужно было время побыть одной. Принять нужные решения.

— Не знаю…

Самида смотрит впереди себя и не реагирует на слова Лами, которая пришла к ней под покровом ночи и раздражала своим присутствием. Она думала. Лихорадочно думала над тем, что сейчас происходит и не понимала, как ей поступить дальше. Все и всегда было под ее контролем. Распланировано на годы вперед. Но теперь рушилось как замок на песке и все с появлением той славянки. Аллаены. Проклятой сучки, которая накрутила голову Ахмаду так, что он больше ничего и никого не видел перед своими глазами. Ее сестра не угроза. Так…растение, цветок, который изначально рос не так как надо. Блаженная. Нет никакой опасности от нее. А вот Лами начинала мешать…

— Ты мне обещала, что, когда исчезнет эта тварь все изменится. Я вернусь в дом! Я верну расположение Ахмада, и я стану его женой!

— Замолчи! Не все и не всегда получается так как мы хотим.

— Я сделала все, так как ты говорила! Смотри, Самида…если ты решила меня предать, то и я расскажу кто причастен к смерти твоей…кто она тебе? Племянница? Внучка? Я все расскажу и не стану молчать! Ахмад узнает и как он поступит тогда? Как? Он выгонит тебя, мама Самида! Он вышвырнет тебя из этого дома! Ты потеряешь свою власть!

— Заткнись!

Зашипела Самида и схватила Лами за горло.

— Никогда не смей со мной так говорить и никогда не забывай благодаря кому ты вообще здесь находишься! Ты помнишь кто твой отец…кто твоя мать и в каких долгах они оказались? Я отправлю тебя обратно на дно если ты посмеешь мне угрожать. А теперь пошла вон! И не приходи в дом пока я тебя не позвала. Не смей даже нос сюда показывать!

Отшвырнула задыхающуюся Лами и стукнула тростью об пол. От ярости у нее дергался левый глаз. Так было еще с самого детства. Тик возвращался, когда она нервничала и глаз полностью закрывался веком. Сколько раз на смотринах женихи убегали, увидев это недостаток. Она нравилась только ему…своему единственному брату и любовнику. Он воплотился в теле ее племянника…Но так и не узнал свою любимую Сами. С этим она смирилась и научилась жить.

У нее была своя отрада, свой фетиш. Но и его отняла мерзкая дрянь, которая полностью изменила ход вещей в этом доме. Изменила самого Ахмада. Ее гораздо больше устраивал невменяемый зверь, чем этот…кем он стал рядом с Аллаеной.

В дверь тихонько поскреблись.

— Входите!

В проеме появился Самир и воровато осмотрелся, выглянул в коридор, а потом прикрыл за собой дверь.

— Что ты узнал?

— Они умело скрываются. Я так и не вышел на след. Самые лучшие люди задействованы, обещано много денег. Мои глаза и