Иль Догхр. Проклятие Эмира - Ульяна Соболева

Самида подошла ближе, рассматривая девушку и чувствуя, как в ней просыпается уже знакомая волна ненависти. Она похожа на свою сестру. Словно блеклая копия. Как будто природа сначала сделала четкий отпечаток, а потом слабый. И вроде рисунок один и тот же, но смотрится второй очень уныло и скучно. Вроде те же светлые волосы, но у старшей сестры они золотистые, а у этой более сероватые. У одной ярко-голубые глаза, у другой ближе к светло-серому. У одной яркие черты лица, кукольные, а здесь какие-то размазанные. Но, несомненно, сходство есть и оно уникальное…И в этом есть своя положительная сторона.

— Как тебе в этом доме?

— Хорошо. Здесь красиво, уютно, вкусно кормят. Но очень хочется домой…

— Ахмад не обижает тебя?

— Нет. Ахмад хороший, добрый. У него огромное сердце. Оно изранено, разбито, но оно такое огромное.

О ее племяннике девчонка говорила с восторгом и взахлеб. ЕЕ глаза начали сверкать, а к бледным щекам прилил румянец. Она стала даже красивее.

Самида еще какое-то время понаблюдала за девушкой попрощалась и ушла.

***

Утром она выехала в город с личным водителем. Он довез ее до клиники и остался ждать внизу. Самида осмотрелась по сторонам, поправляя черный платок, потом поднялась по ступенькам и вошла в здание «Репродуктивного центра».

Глава 36

Я сдал этот чертовой анализ. Боялся. Впервые в жизни я чего-то боялся. Мне было страшно, что он будет плохим. И это вполне могло быть, после травм, которые я пережил. Но доктор вышел ко мне с улыбкой на лице. И сказал, что все хорошо. Это было неожиданно, но заставило выдохнуть с облегчением.

— Как ни странно, несмотря на все перенесенные травмы, несмотря на увечья, ваша способность к деторождению нисколько не пострадала. Я бы сказал, что со временем она стала даже лучше, чем была раньше. Хотя я был готов к нехорошим переменам. Но природа удивительна. Она умеет нас поражать. Иногда она намного сильнее, даже нас врачей.

— То есть вы хотите сказать, что я не бесплоден?

— Я утверждаю, это с огромной уверенностью. Вы не просто не бесплодны, вы вполне могли бы быть даже донором спермы. У вас более чем все в порядке.

— А что по тесту ДНК?

— Он положительный. Аят ваша дочь.

Это было облегчение. Потому что за эти дни я много чего успел передумать. Вплоть до того, что мои девочки были не от меня. Хотя это исключено…но черт его знает, теперь я не в чем не был уверен.

— Когда у моей жены был выкидыш…вы не сохранили материал?

— Было кровотечение. Срок маленький. Мы ничего не проверяли. Сделали анализы и пришли к выводу, что эмбрион замер и дальше не развивался и вышел вместе с кровью.

— Почему не были сделаны никакие анализы?

Настойчиво переспросил я.

— Состояние вашей…эммм…девушки было тяжелое. Притом такие сроки…

— Это большое упущение! Очень большое! В иной ситуации я бы вам его не простил!

Врач молча поклонился и опустил взгляд в пол.

— Мне очень жаль.

— Вы уверены, что выкидыш произошел?

— Более чем уверен.

Это был нож в сердце. Это был такой адский удар под дых, что я с трудом устоял на ногах. Потому что именно вчера я узнал, что ОНА беремена. Значит не от меня. От НЕГО. Блядь! Как мне это пережить? Как смириться с этим предательством? Не успела прийти в себя от выкидыша и уже прыгнула в постель к этому ублюдку!

Я послушался Амира. Он наговаривал мне в уши. Говорил, что мне стоит провериться. Что и тот ребенок мог быть не моим… Но, по крайней мере, убедился, что со мной все в порядке. И, скорей всего та беременность была от меня.

— Через сколько времени после выкидыша женщина может забеременеть снова?

— Теоретически уже в следующий цикл.

— Понятно. Спасибо, доктор.

***

Она говорила мне утром сегодня, чтобы я не нервничал. Это девочка. Этот маленький ангел. Который появился в моем доме. Она принесла нечто светлое в мою жизнь. И также поселила надежду на то, что Вика ни в чем не виновата. Единственный человек, который ее ни в чем не подозревал. Единственный человек, которые часами мог мне говорить о ней, и я мог узнавать ее с другой стороны. Алена рассказывала мне, какими они были детьми. Как сестра всегда заступалась за нее. К заботилась о своей матери. Разве такой человек мог убить ребенка? Но за свою жизнь я понял, что люди способны на многое. Убить может каждый. По любой причине.

Сегодня даже помыслить не в силах, что может взять руки в руки нож. А завтра воткнет его кому-то в сердце. Человек непредсказуем. Человек страшнее зверя.

У Вики был мотив. Самое страшное, что он действительно у нее был.

Я поселил Алену в той стороне дома, где жили мои дети. Я разрешил ей приходить к Аят. Она проводила у нее в комнате каждый день. Иногда приходила туда с самого утра и сидела у постели моей дочери часами. Первое время я боялся и сидел рядом с ней. Мне было интересно, что она сделает, что она скажет, я не доверял ей. А потом мне стало интересно, что же девчонка там делает, когда меня нет. В комнате дочери давно стояли жучки и камеры. Я всегда мог наблюдать за ней, мог слышать, что там происходит, мог посмотреть, кто из слуг сегодня убирает в спальне. Два раза в день к Аят приходил врач. Дежурила медсестра.

Когда я первый раз посмотрел видео, где Алена сидела у постели моей дочери, то поразился гробовой тишине. Она ничего не говорила. Она просто держала Аят за руку и смотрела куда-то перед собой. Потом я додумался увеличить изображение. И увидел, что она что-то шепчет. Но что я не мог услышать. Глаза девушки словно остекленели, она поглаживала руку Аят и что-то бормотала. Я попросил своего человека многократно увеличить звук. И был поражен. Алена просто читала молитву. Иногда наизусть читала стихи, бывало, сидела там с книгой. Особо ничего не делала. Просто присутствовала. Я не нашел в этом ничего плохого…но и хорошего тоже не видел.

— Вы знаете в показателях аят произошли очень интересные перемены.

Сказал врач Аят, когда мы встретились