Наследница по кривой - Нинель Лав

— Ильичёвске! — хором подсказали «внучки».

— Спасибо! — искренне поблагодарила Виктория и улыбнулась. — Мы будем рады. Там так хорошо! Море совсем рядом.

— А пока, вот вам, — «родственник» достал портмоне и «отстегнул» «внучкам» по сто долларов и, поймав взгляд Киры в зеркале, примирительно добавил: — «На шпильки и булавки».

— Ура! — весело закричали девочки и, по очереди поцеловав в щёку разомлевшего от нежности мужчину, наперебой стали вспоминать прошлую поездку к морю.

Кира же осуждающе покачала головой, но на этот раз промолчала.

«— Выкрутился, — разочарованно подумала она. — В следующий раз так легко не отделаетесь».

Из машины Дмитрий Викторович и девочки вышли лучшими друзьями.

41

41

Проводив глазами удаляющийся поезд, Дмитрий Викторович повернулся к Кире. На лице его блуждала мягкая улыбка, холодная безжизненная сталь в глазах сменилась мечтательной голубизной.

— Она у нас прелесть! Умная, серьёзная, не падкая на дорогие подарки…

То, что Виктория «не падкая на дорогие подарки» для их дальнейших отношений не вполне подходило, но, как умный человек, Дмитрий Викторович прекрасно понимал, что искреннюю любовь за деньги купить невозможно. Он хотел, чтобы эта девочка, вернее юная девушка, видела в нём родного, близкого человека, а не денежный мешок с прорехой, из которой можно горстями черпать золотые монеты.

— Через недельку я поеду в Одессу по делам…

— Неожиданно возникшим, — иронично подсказала Кира.

Шутливо нахмурив брови, Дмитрий Викторович погрозил ей пальцем и предложил:

— Может, присоединитесь ко мне, Кира Дмитриевна? О билетах не беспокойтесь.

— Вы всё время забываете, что…

Она и сама последнее время забывала, что у неё есть муж (пока) и что, по их договоренности, надо соблюдать приличия. Зависеть она теперь ни от кого не хотела, а это еще больше усложняло и так не простые отношения с мужем. С появлением наследства, а вернее, той огромной суммы наличных денег, последнее перестало её тяготить — долгая финансовая зависимость от мужа постепенно переросла в стойкую обиду и сознание собственной никчемности. А между тем Анатолий, не обсуждая с ней, купил себе новенькую иномарку — раздолбанная «восьмёрка» за ненадобностью, конечно же, досталась ей, приоделся, объясняя это спецификой работы: «по одёжке встречают!», привык ездить в командировки, ни сколько, не заботясь, о соблюдения приличий. Дальше терпеть такое отношение к себе Кира больше не собиралась. Она сделала выбор — семья, развод и работа с конюшней — и не откажется ни от одного, ни от другого, ни от третьего, чтобы не повлекло за собой это решение.

Ей очень хотелось ответить «да» на предложение Дмитрия Викторовича, но было столько «если», что они перевешивали её желание. И Кира, как всегда, лишь неопределённо пожала плечами — там будет видно.

Всё ещё пребывая под впечатление знакомства с внучкой, Дмитрий Викторович положил на плечо Киры холёную руку и заглянул ей в глаза.

— От всего сердца благодарен вам за признание, дорогая моя дальняя родственница. Надо бы нам обсудить с вами планы на будущее… Кое о чём я уже позаботился: во время учёбы в юридическом институте я возьму Викторию на свою фирму — пусть набирается опыта, а после окончания института…

Кира сделала рукой протестующий жест.

— Во время учёбы в Ветеринарной Академии имени Скрябина Вика будет работать у меня на конюшне.

— Она собирается учиться в Ветеринарной Академии? — Не легко было Дмитрию Викторовичу вот так сразу отказаться от мечты в преемственность поколений. — Да-а, — задумчиво протянул он. — Это многое меняет — она же наследница!

— Наследница?! Теперь ясно, почему Павел назначил вас приглядывать за его наследством — вот к кому перейдёт его охранное агентство.

Дмитрий Викторович кивнул седой головой

— И не только оно — Вика наследница всего моего состояния. А это, поверьте, большой капитал и большая ответственность. Она станет очень богатой невестой. Только боюсь, что выбранный мной для неё жених не одобрит эту вашу Ветеринарную Академию.

— Вы ей уже и жениха присмотрели?

— А как же — сын одного из моих компаньонов умный и порядочный молодой человек. В прошлом году он окончил Гарвард и сейчас изучает бизнес отца. Состояние его исчисляется тремястами миллионами долларов.

— Завидный жених, — равнодушно похвалила Кира. — А я считала, что лучший жених у нас в России Павел Буре.

— Я говорю не о публичных людях, — усмехнулся Дмитрий Викторович, удивляясь наивности «родственницы», — а об истинно богатых предпринимателях, не фигурирующих в списках и рейтингах.

— Понятно. Только моя девочка им не пара.

Спорить Дмитрий Викторович не стал — время покажет кто кому пара — он то, как раз, думал наоборот, что выбранный им жених может воспылать к Виктории не любовью, а расчётливой жадностью, но сватать внучку за непроверенного человека было куда опаснее.

— Вы сделали мне такой подарок! Взамен просите всё что угодно!

Кира подняла голову и устало улыбнулась.

— Поедимте домой, Дмитрий Викторович, спать очень хочется…

Пожилой мужчина рассмеялся, прижал Киру к груди и поцеловал в волосы.

Не было ничего предосудительного в этой открытости выражения его родственных чувств, но Кире, почему-то, захотелось отстраниться.

С самого приезда на вокзал она чувствовала на себе чей-то пристальный взгляд, постоянно смотрела по сторонам и задавала себе один и тот же вопрос: «Где же Анатолий?». Да, они поссорились, но это не повод, чтобы не приехать провожать дочерей. С одной стороны Киру волновало отсутствие мужа, а с другой стороны она была рада, что все вопросы и объяснения с Анатолием откладываются до «другого раза».

— Кстати, что будем делать с индейкой? — с преувеличенной озабоченностью спросил Дмитрий Викторович, сдерживая свои широкие шаги и приноравливаясь к женской походке. — Ирина Андреевна наотрез отказалась брать её в дорогу.

— Зажарим! — беспечно махнула рукой Кира, последний раз осматривая вокзальный перрон. — Не пропадать же добру…

42

42

Длинношёрстный «морской свин» Пончик суетливо бегал по клетке, желая спрятаться от громкого собачьего лая, резкого кожаного запаха и едкого сигаретного дыма, приникающего в машину с улицы, но другого укрытия кроме капустного листа и веточки укропа найти ему никак не удавалось. И тогда Пончик смирился с непреодолимыми обстоятельствами и просто закрыл глаза — стало темно и не так страшно.

Привстав на заднем сиденье, пёс лаял на посторонних мужчин, подошедших слишком близко к его собственности. Ларни фон Виндек, по-домашнему Ларион или просто Ларик, чётко знал границы свей территории и самозабвенно охранял свою собственность — родовитые передки, знаете ли, обязывают: ведь у него в родословной