Жена императора-изгоя - Ева Бран

— Я тоже вас двоих очень люблю, — хрипло ответил Ярхорн и как-то резко отключился.

Глава 27

— Честно признаться, я уже побаиваюсь просить вас обращаться к магии, — бухтел Горин, ведя меня привычной дорогой на знакомую площадку.

— Я сама не знаю, чего ожидать. Признаюсь вам, учитель; мне уже порядком надоело падать в обморок и чувствовать постоянную слабость. Иногда сил нет даже на то, чтобы дойти до уборной.

Гном покачал головой, а потом настолько внезапно остановился, что я чуть в него не врезалась.

— Ваше Величество! — как-то странно проговорил он. — У меня возникла одна странная мысль…

Горин повернулся ко мне, окидывая с ног до головы пристальным взглядом.

— Хотя… да нет, это полное безумие, — бормотал он.

— Не томите. О чём вы подумали?

— Я тут намедни книгу одну листал. Скажу вам, очень занимательное чтиво. Древний гномий фолиант о наших предках. И был там интересный раздел про перворождённых и магию, что создала их. Вы знаете, что чародеи обладали всеми стихиями?

— Нет, — ответила потрясённо. — Думаете, я каким-то непостижимым образом становлюсь чародеем?

— Я же сказал, что это глупая мысль, — прокряхтел Горин. — Не берите в голову.

— А что, если нет?! — в порыве схватила учителя за рукав.

— Я чего-то про вас не знаю? — прищурился гном.

И я выложила Горину всё без утайки, решив, что в моём случае терять уже нечего.

Гном слушал рассказ, открыв рот, а потом буквально рухнул на ближайший валун, дёргая себя за длинную, густую бороду.

— Это немыслимо! — прошептал он потрясённо. Казалось, что его маленькие глазки-пуговки сделались в два раза больше. — Невероятно! Удивительно! — сыпал он эпитетами, не в силах прийти в себя. — Но это меняет дело!

— Да?

— Конечно! Вам нужно было сразу мне всё рассказать.

— Я боялась. Вы же понимаете, что мне необходимо думать не только о себе. Я императрица драконьих земель.

— Конечно — конечно, — закивал Горин. — Всё сказанное останется строго между нами. Хотя… Ещё Толике надо бы рассказать. Появилась у меня одна мыслишка. Пока рано вас обнадёживать, но я попробую углубиться в древние ритуалы предков. Вы, конечно, в праве отказаться от рискованных экспериментов, ведь внутри вас развивается новая жизнь…

— Это может нести опасность для ребёнка?

— Как и ваше нестабильное состояние. Ничего нельзя сказать наверняка. Но дети драконов очень сильны и приспособлены к трансформациям. Обычно будущие матери без проблем перекидываются в ящеров. Кто знает, как малыш повлиял на ваше состояние. Возможно, он стал проводником древней силы.

— А можно будет прервать ритуал, если что-то начнёт идти не по плану? — спросила с тревогой.

— Прервать-то можно… — вздохнул Горин. — Но мы совершенно не представляем, что в вашем случае есть «по плану». Всё равно, только вы можете принять решение. Мне останется подчиниться вашей воле.

— Я подумаю, — кивнула.

— Хорошо. Тогда, считаю, что нам стоит отменить занятие. Я пойду в библиотеки и начну искать всю доступную информацию. Плохо, что ундины исчезли. Наверняка у них тоже имелись древние записи… — горестно вздыхал гном, пока мы шли обратно.

Через пару дней наставник потащил меня к знахарке, которой я пересказала всё то, что до этого поведала Горину. Толика не была настолько же ошарашена услышанным.

— Честно говоря, что-то такое я сама подозревала, — пробормотала гномка. — Уж очень нетипичные у вас магические каналы. Даже для драконов-помесков.

— Я уже раскопал кое-что, — сказал Горин, по привычке дёргая себя за бороду. — Мне нужна будет твоя помощь, Толика. Ты сможешь контролировать раскрытие каналов и течение по ним магии?

— Попробую. Никогда ничем подобным не занималась, — покачала головой знахарка, звеня обильными украшениями.

— В таком случае продолжу поиски, — засуетился Горин и немедленно нас покинул.

— Я боюсь за ребёнка, — поделилась со знахаркой. — И не знаю, стоит ли говорить обо всём Ярхорну. Он может поддаться неправильным порывам и примчаться сюда.

— А разве они такие уж неправильные? — в своей манере ответила Толика.

— Неужели можно оставлять народ без правителя во времена войны? Он нужен на передовой.

— Ты не знаешь, что уготовили для вашей пары высшие. Вдруг твой муж как раз нужен здесь? Что, если твоё появление в этом мире и война с саламандрами неразрывно связаны?

— Я не думала об этом.

— То-то же, — усмехнулась гномка.

После этого разговора прошло две недели, прежде чем ко мне в комнату постучал Горин. Выглядел наставник взбудоражено, напоминая сумасшедшего учёного. Его всегда ухоженная и аккуратно заплетённая борода растрепалась и теперь волочилась вслед за гномом по земле, туника выглядела изрядно измятой, а глаза лихорадочно блестели, выдавая внутреннее состояние Горина.

— Я нашёл! — воскликнул он, вваливаясь в комнату. — Нашёл! Очень древний ритуал по открытию потоков. Это невероятно! Такие сокровища таились в нашей библиотеке, стоило только копнуть глубже.

Я молчала. За прошедшее время успела раз двадцать поменять решение. Меня бросало из стороны в сторону, словно мелкое судёнышко по огромным, штормовым волнам. То мне хотелось рассказать Ярхорну обо всём, то накатывал страх, и я ощущала, что не смогу пойти на риск и принять участие в ритуале, а значит, и мужа тревожить не стоило.

В данную минуту, когда Горин ворвался ко мне в таком состоянии, отчего-то я ощутила непоколебимую решимость. В голове всплыли слова Толики о судьбе и предназначении каждого существа в мире. Я вдруг ощутила, что поступлю правильно, отдав себя в руки Горина и знахарки. Каким-то внутренним чутьём чувствовала, что гном прав в своих выводах относительно моей магии.

Горин привёл меня на поляну в отдалении от горного поселения. Мы добирались до неё шесть часов. Слишком уж гном боялся, что я могу навредить кому-то. Он привёл нас в такую глухомань, что здесь даже птицы не пели.

— Сакральное место, — торжественно проговорил Горин, становясь в центре каменистой площадки. — Здесь магические потоки сплетаются воедино и льются беспрепятственно. Редкая удача иметь неподалёку подобное пространство.

Охрану мы оставили в нескольких сотнях метров от места проведения ритуала для их же безопасности. Горин разложил по кругу пять больших кристаллов и указал мне на место в центре. Когда пришло время творить магию, честно признаюсь, я спасовала. Мне хотелось сбежать и лучше всего к Ярхорну в объятия, но понимала, что отступать поздно, поэтому безропотно заняла позицию.

Толика встала в десятке метров от основного места действа, спрятавшись за огромный валун. И как оказалось позднее, знахарка поступила разумно. Как только Горин монотонно начал бубнить заклинание, я почувствовала внутри что-то непонятное. Сначала меня обдало волной жара, и сразу же накатил ужасный холод, а после все ощущения слились в такую мешанину, что