Пурпурные грозы - Галина Мишарина

«Женихом» Азорской был Марк Сварт, и он медленно нам обоим улыбнулся. Краем глаза я увидела, как напрягся лорд Тарт, а Андрей Биар сцепил руки на груди. Бэйт Магици так вообще стиснул зубы и готов был пронзить солнечного недруга столовым ножом, но остальные, кажется, ничего не поняли. Слава предкам!

— Поздравляем от всей души… — говорила Вальди, но слова вспенивались и превращались в кашу. Я молилась только о том, чтобы не выдать себя гневом в глазах. Зачем, ну зачем он пришел сюда⁈

Небесные глаза Сварта жгли Дэра нехорошим огнем, и тот отвечал ему ледяным спокойствием застывшей молнии. Неужели они когда-то были друзьями? Мне хотелось орать от обиды, и крушить дом точно как взбесившиеся шуршакалы. Но постепенно я успокоилась, беря пример с Дэра, и смогла дослушать пламенную речь до конца. Даже ядовитое «Присоединяюсь к поздравлению!» Сварта не ужалило меня. Гости похлопали, Дэр поклонился, я выдавила улыбку… Следующей поздравляла нас Анна, и благодаря её чудесной речи я пришла в себя окончательно.

Когда вереница гостей иссякла, Дэр как ни в чем ни бывало пригласил меня на первый танец.

— О, Боги, — тихо сказал он мне на ухо. — Эту свадьбу я точно не позабуду…

Я не выдержала и рассмеялась.

— Хочешь, для большего эффекта я отдавлю тебе ноги?

Он улыбнулся и мягко тронул мои губы.

— Хочу всё, но только если этим всем будешь ты, Мэй.

И мы встали в позу, начиная вальс. Он назывался «королевским», потому что предшествовал остальным танцам и всегда открывал любое торжество. Я успела за предсвадебную неделю ещё и потренироваться с Анной, которая легко заменяла партнера. Возможно, именно из-за своей силы она всё ещё была не замужем. Не всякому мужчине понравится такая красивая, но властная женщина.

— Мэй, неужели ты танцевала во сне? Двигаешься как перышко. Или это ручной сокол тебя ведет?

— Нравится платье? — прошептала я.

— О, да. Более чем. Особенно потому, что именно я его с тебя сниму.

— Дэр, я подумала…

— Да?

— Если ты не против, давай отложим близость. Не могу делать это в доме отца.

Его рука сжала мою талию, глаза потемнели, но это был не гнев.

— Ты моё чудо. Я боялся попросить об этом, зная, как мы оба голодны. Но, оказывается, совпадение мыслей — не выдумка.

— Значит, ты не расстроишься? Просто… Есть ещё причина… у меня не сегодня-завтра начнется…

— Понимаю, — отозвался он. — Этого не надо стесняться. Будем просто целоваться и обниматься.

— Или как всегда, — сказала я с улыбкой, и Дэр рассмеялся.

Однако как бы мы ни были поглощены друг другом, Сварт всё равно находил способы портить торжество. Одни только пристальные взгляды чего стоили! Наконец Дэр не выдержал и потянул меня прочь, к балконам. Некоторые гости недоуменно поглядели вслед, но большинство не обратило внимания.

На воздухе, под покровом сгустившихся звездных сумерек, Дэр обнял меня, и мы долго молчали. Мне хотелось сказать ему, что Марк Сварт сколько угодно может пытаться нас разозлить и расстроить — я всё равно счастлива.

— Дэр, не расстраивайся. Сварт не посмеет никому из присутствующих причинить вред. Давай назло ему веселиться! Ты ещё не видел моего сюрприза…

— О! — улыбнулся он. — Сюрпризы мне преподносят редко.

Однако он по-прежнему выглядел сосредоточенным на мрачных мыслях.

— Выдумывать счастье не придется, — тихо сказала я, коснувшись его щеки.

Он протяжно вздохнул и взял мое лицо в ладони.

— Ты глядишь внутрь и видишь сами души, Мэй. Скажи, что ты увидела во мне?

Вопрос был неожиданный, но я чувствовала, как ему важно получить ответ. Он сомневался в себе, потому что Сварт посеял сомнения? Или по причине, неведомой мне? Как хотелось во всем разобраться!

— Грозу, Дэр. Ты говорил, что не управляешь бурей, но я вижу иное. Штормы и ветра подвластны тебе, просто иначе, чем ты ждешь. Возможно, то не бой, где убивают и калечат, но исцеление для сердца. Ты говорил — воздух чист после бури, и это самое главное. Собой ты укрепляешь правду, помогаешь отыскать нужные пути — пусть нелегкие, но верные. Не приемля лжи, не допуская несправедливости, ты станешь лучшим главой своего клана. Поэтому ты помог Сварту. Поэтому у тебя такие друзья. Я видела, что они готовы в любой миг прийти на помощь, даже Роланд!

— А если это лишь временное обличие, и, когда придет время страшных ураганов, ты разочаруешься во мне?

— Ты продолжаешь намекать на чудовище, живущее внутри тебя, но оно не может быть опасно для меня. Единственный монстр здесь — это Сварт.

— Эх, милая, — и он крепко поцеловал меня. — С монстром может справиться только другой монстр. Я думал, ты поняла это в ночь злой магии.

— Поняла! — нахмурилась я и легонько стукнула его кулаком в грудь. — А я думала, что ты понял мои чувства! Не нужно больше тайн, мы муж и жена. Говори как есть, Дэр, и да помогут мне предки принять эту правду!

— Хорошо, — мрачно усмехнулся он. — Никаких блюдцев с золотыми каемочками.

Каменный пол под ногами растворился, и я прямо из объятий Дэра провалилась в знакомый подвал. Неужели снова?

Скрипучая дверь, узкая тропа, корявые исполины… Однако теперь здесь была ночь. Подхватив платье, я пошла вперед, зная, что бессмысленно сопротивляться видению. Деревья расступались, не давая себя коснуться.

Странные в этом мире происходили перемены. Красный дом поблек, половина его рухнула куда-то за границу. Пропасть? Раньше её там не было. Я поняла, что воспринимаю окружающий мир как сон — то иду, то парю, то теряю тело.

Я не успела войти внутрь — дверь распахнулась и на пороге возникла девушка. Черные волосы её рассыпались по плечам точно как мои, знакомое зеленое платье не ограничивало легких движений. Ни корсета, ни украшений. Не замечая меня, она спустилась по лестнице и пошла к лесу.

— Агна! — позвала я.

Девушка обернулась и приложила палец к губам, а потом показала на что-то за моей спиной. Понимая, что оборачиваться нельзя, я обернулась…

По траве, забивая грязь под ногти, полз человек. Полз из последних сил, прямиком ко мне, и я не различала его лица, пока он не поднял мокрую от начавшегося дождя голову. Зашумело в ушах, грудь сдавило. Это был Дэр.

Закричав, я кинулась к нему, упала на колени, подхватила…

— Мэй, — усмехнулся он, поднимая бледную руку, но коснуться моей щеки не смог. Потухли