(Не) измена - Алика Фортис

Поднявшись на нужный этаж, достала ключи и открыла дверь родительской квартиры. Тихонько, чтоб не шуметь и никого не разбудить, разулась и пошла в комнату, где спала дочка. Взяла сменные вещи и направилась в душ. Хотелось поскорее помыться и смыть с себя весь ужас сегодняшнего дня. Но не успела дойти до ванной комнаты, как из своей спальни вышла сонная мама.

— Ты чего приехала посреди ночи? — мой визит её явно удивил.

— У вас сегодня переночую.

— Случилось чего? — посмотрела на меня с недоверчивым прищуром.

— Давай завтра поговорим? Хочу помыться и лечь спать. — действительно это были мои первостепенные желания.

— У тебя одежда в крови? — задала вопрос, просканировав взглядом мой внешний вид. А посмотреть было на что. Одежда, пусть и не сильно, но была испачкана высохшей кровью Никиты.

— Это не моя, если ты об этом. А об остальном поговорим всё же завтра. Я правда очень устала. — пока она не начала сыпать новыми вопросами, юркнула за дверь ванной.

После душа сразу пошла к Карише. Мама, благо, к этому времени вернулась к себе в комнату. Даже удивительно, что не стала допытываться прямо здесь и сейчас, как она любит.

Аккуратно, чтоб не разбудить дочку, легла рядом с ней. Сразу умиротворение окутало, словно в кокон. Правильно, что не поехала к себе домой. Сейчас бы наверняка обливалась слезами. А тут, при дочери, не могла себе такого позволить. Просто лежала рядом и ощутимо успокаивалась. Даже не заметила, как в сон погрузилась. Отключилась, как по щелчку.

Утром проснулась от радостного верещания дочери. Она щебетала без умолку о том, что я как по волшебству, оказалась рядом с ней. А я бы, если честно, ещё немного доспала. Но Кариша меня быстро растормошила.

После завтрака дочка пошла играть с дедом, а вот моя мама осталась со мной. Сейчас чувствую, засыплет меня вопросами. Но это, и ожидаемо.

— Ну что, расскажешь наконец, что у тебя стряслось, что ты приехала посреди ночи, да ещё и в таком виде? — я видела, что она беспокоится и переживает. Логичная реакция, когда видишь в крови своего ребёнка, пусть и взрослого.

Набрав побольше воздуха в лёгкие, рассказала ей о том, что произошло ночью. Рассказывала, а саму трясло. Будто опять в тот момент на мгновение вернулась. Мне кажется, ещё немного и нервный тремор станет моим постоянным спутником.

— Кошмар какой-то! А если бы тебя ножом пырнули? Господи, слава богу, всё обошлось. — начала сокрушаться мама, после моего рассказа.

— Я бы не сказала, что прямо обошлось. Если ты не услышала, то Никита в больнице.

— Да что мне до этого Никиты?! В больнице, да чёрт с ним. Меня ты беспокоишь, а не он! — разошлась мама со своей речью.

А мне отчего-то неприятно стало. Понятно, что я её дочь и волнуется она за меня. Но и так наплевательски про Никиту говорить, всё же неправильно. В конце концов, он отец её внучки. И в больнице из-за того, что именно меня спасал.

— Мам, давай как-то всё же поспокойнее. Да и Никита нам не чужой, если уж на то пошло.

— Чужой, не чужой? Чужой и точка. Опять, дура, на его защиту встаёшь. Тебя пинком под зад, а ты дальше ему в рот заглядываешь. Заживёт всё на нём, как на собаке. Чего ему кобелю сделается? — я не рассказывала маме в чём причина нашего расставания. Но она сама сделала выводы и никак, кроме как? кобелём его не зовёт. Я не подтверждала и не опровергала. Для чего? Но сейчас её слова задели.

— Дело не в защите, а элементарно в человеческом отношении. Мам, вообще-то, он отец Кариши. И отец ей нужен. Поэтому не надо так говорить. Я уже много раз повторяла. Что наш развод, это наше с ним дело и ребёнка он не касается, а вот наличие здорового отца, касается. Для чего ты сейчас так говоришь? Он в больнице, потому что меня защищал. Меня! — эмоционально ударила себя ладонью в грудь. — И если бы не он, то в больнице сейчас, возможно, была бы именно я.

— Ну давай, теперь возвращайся к мужу. Он же герой. Можно обратно к нему бежать, сверкая пятками. — с громким хлопком опустила ладони на стол, глядя на меня, поджав губы.

Понимаю, что дальше что-либо объяснять просто бесполезно. Как о стенку горох. При чём тут переживания за бывшего мужа как за человека, пусть и любимого до сих пор, и бежать к нему, сверкая пятками? Да, я сильно за него испугалась, но не значит, что это толчок к тому, чтоб я вернулась назад. Мы разошлись не из-за того, что он неспособен меня защитить, а из-за того, что предал. Следовательно, одно с другим не связано. Но разве реально это донести до матери? Думаю, нет. Поэтому и пытаться не буду.

— Ладно, мам. Ты меня всё равно не услышишь. У тебя своя правда, у меня своя. — глянув на часы, в один глоток допила чай и встала из-за стола. — Мне ехать нужно. Каришу тогда оставлю у вас, как и планировали?

— Езжай. — отмахнулась от меня и вышла из кухни. Интересно мы когда-нибудь с ней сможем общаться, слушая и слыша друг друга?

Собравшись, попрощалась с дочкой и поехала к себе. Стоило заехать во двор дома, где живу, как ладони похолодели. Дурно было, от того, что случилось вчера и именно здесь. Будто обратно окунуло.

Сбросив оцепенение, вышла из такси. Быстрым шагом добралась до подъезда и юркнула внутрь. Неприятно, прям мороз по коже. Дома тоже задерживаться не стала. Нашла ключи, которые забыл Никита. Положила в контейнер котлеты с рисом. Не знаю зачем. На автопилоте как-то вышло. В какой-то момент захотела выложить обратно, но притормозила себя. Ничего в этом нет. Просто домашняя еда.

Сев в машину, поехала к Никите домой. Нужно взять немного вещей и тогда можно направляться в больницу.

Открыв квартиру, несмело переступила порог. Давно я тут не была. Каришку Никита сюда забирал периодически, но я при этом не присутствовала. Перестав топтаться на одном месте, разулась и пошла в спальню.

Не глядя на нашу постель, решительно направилась к шкафу. Сложила в сумку кое-какие вещи и закрыв створки, развернулась. Не удержалась и обвела спальню взглядом. Всё как и было. Всё на своих местах. Вплоть до нашего совместного с Никитой фото, стоящего на тумбе возле кровати.

Даже не