Мир Аматорио. Искушение - Мари Мур

– Так, о чем вы хотели поговорить? – спрашиваю я.

– Сегодня вечером я вернулся из деловой поездки вместе с Маркосом и по приезду домой получил сообщение. В нем сказано, что ты причастен к исчезновению Кимберли, – Эванс замолкает. Наверняка, чтобы оценить мою реакцию.

Но на моем лице нет никаких признаков эмоций. Хотя внутри разрастается странное чувство. Не знаю, как его объяснить. Будто я нахожусь на шахматной доске, и кто-то выстраивает фигуры таким образом, чтобы свергнуть меня.

Сначала были скандальные снимки, слитые в сеть. А теперь всплывает наружу все, что связано с исчезновением Ким. И если фото, попавшие в интернет, можно было списать на полосу дерьмового везения, то сообщение Эвансу красноречиво говорит, что кто-то преследует определенную цель: уничтожить меня.

– Кто оставил вам сообщение? – интересуюсь я у Эванса.

– Отправитель предпочел остаться инкогнито.

Инкогнито.

Шестеренки в моей голове начинают крутиться. Об инсценировке похищения знали Крис, Кэш и сама Ким.

Я перевожу взгляд на Кэша. У брата есть причина выкопать для меня яму – я согласился помочь в исчезновении его девушки. Но Кэш узнал об этом после того, как скандальные фото были выложены в сеть. А я уверен, что снимки и анонимное сообщение Эвансу – дело рук одного человека.

Я сразу отсеиваю вариант, что Крис могла отправить послание Эвансу.

Остается Ким. Но она не могла всего этого сделать, будучи пропавшей без вести. Даже, если бы она каким-то загадочным образом появилась из ниоткуда – у нее нет повода меня ненавидеть. Я был ее другом, а не врагом.

– Это действительно так, Десмонд? – мои размышления прерывает отец. – Ты причастен к исчезновению Кимберли?

Я не успеваю ответить, так как дверь кабинета открывается, и на пороге появляется Луиза. Папа смотрит на свою молодую жену, и его мрачный взгляд, предназначенный для меня, постепенно смягчается.

– Иди спать, – говорит он ей. – Я не скоро освобожусь.

Луиза удаляется, бесшумно прикрыв за собой дверь, и внезапно меня осеняет. Как я мог забыть, что на вечеринке у Стива кто-то подслушивал разговор?!

Шестеренки вращаются активнее. Думай, Десмонд. Если тот, кто отправил фотографии репортеру, и тот, кто оставил Эвансу анонимное сообщение – один и тот же человек, то мне нужно составить список. Список всех, кто был на вечеринке в честь моего возвращения, и тех, кто присутствовал на пижамной вечеринке у Стива.

Я мысленно переношусь в день, когда вернулся в Бостон. Холл в доме был битком заполнен людьми – Грейс пригласила половину старшеклассников «Дирфилда». Сестра считает, что нужно поддерживать связь только с влиятельными учениками. Поэтому, среди гостей были те, кто в будущем примут участие в правительственных делах или займут по наследству трон крупных компаний.

Затем я вспоминаю пижамную вечеринку. К Стиву пришло еще больше народу. Практически весь выпускной класс «Дирфилда». Черт. Список получается довольно огромным. И как среди всех учеников отыскать того, кто хочет испортить мне жизнь? И зачем ему (или ей) это нужно? Не то, чтобы я был со всеми приветливым или милым…

– Десмонд, я задал вопрос. Ты действительно причастен к исчезновению Кимберли? – спрашивает отец.

– Перед тем, как ответить на твой вопрос, я хочу, чтобы ты ответил на мой, – я обращаюсь к нему. – Что-нибудь стало известно о репортере, который опубликовал статью?

– Его местонахождение по-прежнему неизвестно, – отвечает папа.

Роберт Спейс покинул Бостон практически сразу же после того, как разместил в сети мои скандальные снимки. На работе он сослался на то, что его шестидесятилетняя мать, проживающая в Бруклине, заболела и ей нужна помощь. Однако детектив отца не обнаружил его у миссис Спейс, и этот факт раздражает меня.

Если бы я только нашел этого назойливого журналиста… Я бы сделал с ним все то, о чем он написал в своей лживой статье… Я бы добился любыми способами, чтобы он признался, кто отправил ему мои фото.

– Значит, ты все-таки имеешь отношение к исчезновению моей дочери? – мое затянувшееся молчание Эванс расценивает, как согласие.

«Ты помог Кимберли, пускай и в безумной затее, потому что ты хороший друг, Десмонд. А еще, потому что ты хотел добиться справедливости из-за поступка ее отца».

Мягкий голос Крис звучит в голове. Моя девочка всегда подбирает такие нужные слова. Но даже она не в состоянии искоренить свербящее чувство вины. Я хотел помочь Ким, не подозревая, что это станет ошибкой.

Я отвожу от Эванса взгляд, но через мгновение смотрю на него в упор. Да, мать твою, я хотел помочь исчезнуть твоей дочери. И если бы ты не согласился на сделку с Блаунтом, то Кэш сегодня отпраздновал свое восемнадцатилетие вместе с Ким.

– Да, – признаюсь я. – Я и Ким спланировали инсценировку ее похищения. Но она пропала по-настоящему.

В кабинете воцаряется молчание. Отец и Эванс в изумлении таращатся на меня, словно я признался им не в инсценировке похищения, а в убийстве. Стараясь сохранить невозмутимый вид, я продолжаю рассказывать то, что уже знает Кристиана и Кэш: что Ким попросила меня помочь, и я согласился. Что мы арендовали квартиру через знакомого в другой части Бостона, в которой Ким должна была дождаться дня, когда передадут «выкуп». Пять миллионов долларов, чтобы начать новую жизнь. Но Ким перестала выходить на связь спустя двое суток после своего «похищения».

– Зачем ты это сделал? Почему ты ничего не сказал полиции? Почему… – папа тяжело выдыхает, будто ему невыносимо видеть меня. – Почему ты ничего не сказал мне?

Я опускаю взгляд, избегая смотреть ему в глаза. Да, я облажался. Да, я действительно так испугался последствий, что предпочел никому ничего не говорить. Вместо этого я решил, что смогу все исправить и отыскать Ким самостоятельно. Но я и тут облажался.

– Я пытался найти Ким. Но из этого ничего не вышло.

– А как могло что-то выйти, если ты в этом ни черта не понимаешь? – резко спрашивает отец. – Если бы ты все рассказал, возможно детективам