Повелительница интерьеров и генералов - Сусанна Ткаченко

А я, между прочем, верила, что у неё это когда-нибудь получится.

— Сейчас, сейчас полетим. Только помните, что нужно сидеть тихо, пока я не разрешу выходить, — наказала и скомандовала рассаживаться по местам.

Марк, Софи и Грес забрались под защищённый символами от всего, от чего только можно, навес и уселись на диван из подушек.

А я пошла на капитанский, так сказать, мостик. А если точнее — на пятак управления кораблём. Это была круглая сцена ближе к носу, крутясь на которой я могла доставать до любых символов и менять их по мере надобности. Подняла корабль на нужную высоту, чтобы не задел забор и верхушки деревьев, и повела к дому генерала.

Рассчитала все правильно и зависла над выстроившимися в две шеренги вдоль центральной аллеи придворными как раз, когда транспорт короля прибыл к воротам.

Доминга вышел вперёд, чтобы встречать монархов, но вёл себя нервозно, озирался — явно искал меня. Я тоже вдруг затряслась с новой силой и затараторила про себя: «Прости, прости меня, дорогой, но это было необходимо! Если я ничего не сделаю, ты ещё несколько лет будешь свой план осуществлять».

Король с королевой вышли из роскошного автомобиля, я перекрестилась и принялась одну за другой расплетать руны невидимости и отвода глаз.

Тень на гостей ложилась постепенно, и они не сразу решились пренебречь королём и задрать головы.

Зато Бартеломью и его венценосная супруга видели все от начала до конца. Ну и Доминга тоже. Потому что когда король и королева застыли, глядя ему за спину и вверх, разинув рот, он вынужден был обернуться.

В этот момент я поняла, что пора толкать речь, пока не струсила. Выражение лица генерала резало по живому. Кроме удивления в нем явно читались разочарование, боль и обида. Он точно моей задумки не понял и не оценил.

— Добрый день, ваши величества, — выведя перед губами руну «усиление», сказала я, слегка подрагивающим голосом. — Как видите, я пряха. Сильная пряха, наследница знаний самой Консуэло Лианор. Но дело в том, что я не Абигаль Иниго. Я Галина Морозова, попаданка или, по-вашему, правзам.

Раздались вскрики, ахи, охи, а кто-то даже в обморок упал. Придворные реагировали гораздо острее, чем дети, когда я им сказала, что явилась из другого мира, чтобы стать их настоящей мамой.

Король что-то сказал, и Доминга гордо расправил плечи, будто готовился принять удар. Я поспешила продолжить:

— Меня отправил в тело Абигаль Строгий Родитель по призыву Консуэло для того, чтобы я возродила её мастерство и вырастила детей великими магами. Пряха передала мне свой дневник и кольцо рода. — Я подняла руку, так, чтобы перстень блеснул на солнце. — Вы уже сейчас видите, что я вам не лгу. Этот корабль я построила сама, и дизайн дома генерала — тоже моих рук дело. Я готова и дальше продолжать трудиться на благо Велиссии, но у меня есть условия.

— Чего вы хотите? — хмуро крикнул король, а королева смотрела на меня, гневно раздувая ноздри.

Я ей явно совсем не понравилась по неизвестной мне пока причине.

— Я хочу получить гарантии безопасности для себя и детей. Полную над ними опеку, возвращение имущества, признание меня полноценной магически одаренной гражданкой Велиссии и отказ от фамилий Лианор и Иниго. Я — Морозова и возглавлять клан Лианор не стану. А вот моя дочь Софи это сможет, когда подрастёт и я передам ей кольцо.

Король опять что-то тихо сказал Доминге, и тот прикрыл глаза. Я быстро спряла руну «услышать» и толкнула к ним. Вовремя!

— Да, я знал, что она правзам, и скрывал это, — донеслись до меня слова генерала.

— Это измена, — процедил король, — я больше не могу тебе доверять.

— Я действовал в интересах Велиссии. Ты сам говорил, что стране нужна сильная пряха. Вот она.

— Неважно, генерал. Вы давали присягу соблюдать закон и клялись в верности короне, однако нарушили и то, и другое, — холодно парировал Бартеломью, перейдя на официальный тон.

Мамочки! Я что, подставила Домингу? Ох. Надо срочно исправлять.

— Ваше величество, суть пряхи — созидание. Я прошу вас во благо процветания страны не искать виноватых в моём появлении. Если я буду знать, что из-за меня кто-то пострадал, я не смогу творить.

Эти слова я сказала проникновенно, добавив в голос умоляющих ноток, но король не спешил смягчаться.

Зато выступила королева.

— Барт, дорогой, я знаю, как ты горяч, но давай думать сейчас в рамках государственной пользы. Нет никакого смысла отправлять нашего славного генерала в опалу, тем более в преддверии его женитьбы. Доминга Элмо — сильный маг и наш преданный подданный. А то, что он утаил правзама, вполне объяснимо. Вспомни историю его матери и то, что Доминга всегда был защитником правзамов.

— Дорогая, это создаст прецедент, — упрямился Бартеломью.

Похоже, противный он мужик, хоть внешне и приятый. Однако и Доминга радости от заступничества королевы не испытывал.

— Я не готов жениться, и в совет баллотироваться не стану. Но я готов отправиться в тёмные пустоши, чтобы доказать верность короне и искупить вину.

Что⁈ Какие ещё пустоши⁈ Какую вину? Что-то мое замечательное шоу проваливалось по всем фронтам в непонятные бездны.

— Давайте поговорим и все обсудим спокойно! — взмолилась я, внутренне готовясь перемещать Домингу на корабль и плыть на острова с ним.

А если будет сопротивляться — усыплю!

Но тут из ряда придворных вышел и подошёл к королю мэтр Стьяга.

— Барт, успокойся, — сказал он, положив ладонь на сжатый кулак короля.

И случилось чудо.

Наверное, прикосновение лекаря имело седативное воздействие, потому что король вдруг заметно расслабился и даже повеселел.

— Ну что ж, давайте поговорим, — выкрикнул он задорно. — Но только я прибыл на новоселье, а не на деловую встречу. Спускайтесь к нам, Галина, я клянусь, что никто не причинит вам вреда и не посягнет на вашу свободу. Посмотрим на ваш дизайн, обсудим всё в непринуждённой обстановке, примем решение и заверим договоренности нерушимыми клятвами.

И вот вроде бы именно этого я и добивалась, однако по спине пробежал холодок. Что-то мне подсказывало — итог переговоров мне не понравится.

— Благодарю, ваше величество. Сейчас посажу корабль и присоединюсь к вам, — тем не менее сказала я и принялась прясть руны невидимости.

Оставлять Грес