Я возьму тебя на руки - Альбина Яблонская

— Хватит! — не выдержал Рома. — Вы меня специально решили позлить?

— Да ладно тебе, пацан. Я ж ничего плохого не сказал. Просто подштанники — это…

— Вы их сами носили в моем возрасте? Только честно.

Я открыл рот, чтобы дать ребенку "правильный" ответ. Но решил, что будет честнее признаться в школьных грехах. Тем более что делали так почти что все.

— Нет. Я их не носил. Матери говорил, что ношу, но на самом деле они у меня всегда лежали в пакете со сменкой. — Рома победоносно засиял. Его взяла. — Ладно. Черт уже с ними — этими подштанниками. Все равно я тебя привожу и забираю со школы. Ты главное звони, если уроки вдруг раньше закончатся. Чтобы не мерз на остановке. Я подскочу и отвезу домой.

— Спасибо.

— А теперь в машину…

— После приемов.

— Нет, у нас не осталось на это времени, Рома.

— А вдруг мне сегодня предстоит серьезный бой — а я не подготовился? Вы ведь сами говорили, что не хотите, чтобы мне опять начистили рыло.

— Я так не говорил. Про рыло не было и слова.

— Суть была та же, — выпалил Рома и скрестил ручонки на груди, как настоящий мужичок. Только маленький еще. — Вы мне пообещали тогда, что научите приемам. Чтобы я мог постоять за себя и отбиться от придурков. Это же ваши слова — вы обещали, дядь Руслан. Помните тот день, когда я стоял весь в соплях, а вы заверили, что такого больше не повторится?

Рома был полон готовности. А мы опаздывали в школу. И все же он был прав — я обещал.

— Ну ладно. Давай мы отработаем удар по корпусу. Если уж кого-то бить, то лучше не в лицо, а в корпус. Примерно в живот. Ты ведь знаешь, где у человека живот?

— Конечно знаю.

Я стал в удобную стойку, слегка прогнулся в коленях, чтобы мой пресс был на уровне плечей мальчугана. Был согласен выступить тренировочным снарядом. Все ради Ромки. Просто не хочу, чтобы его обижали хулиганы. Ему и правда придется научиться стоять за себя. Потому что враги бывают жестоки и обычно собираются в кучи. Чтобы их победить, нужно бить серьезно. Без поблажек. Крепко и точно в цель.

— Хорошо, боец. Давай, наноси удар. Прямо сейчас. Давай! А то я на тебя нападу и отберу цветы, которые ты купил на день рождения мамы! Ну же!

Рома сделал движение корпусом и ударил меня в живот. Но удар мне показался слабым. Может, для ребенка его возраста это было и неплохо. Но противостоять ему придется ребятам постарше. А там уже совсем другая весовая категория. Если первый дар не прошел, то второго уже может и не быть.

— Ну как?

— Нет, пацан. Так не пойдет. Это слабый удар. Попробуй еще разок.

— А вам не больно?

— В том-то и проблема, Рома, что нет. Для меня этот удар был как укус комара. А надо так, чтобы меня как будто лошадь лягнула. Чтобы я почувствовал, что дикий скакун взбрыкнул и ударил меня в живот копытом. Ну же. Покажи мне дикого мустанга. Бей!

Рома снова напрягся. И нанес удар. Он был немного сильнее первого. Но тоже слишком слабый. Меня его удары совсем не впечатляли. Я хотел чего-то большего. Хотел заставить Рому выйти за пределы своих страхов. Ведь было заметно, что мальчик боится меня бить на полную силу.

— Ну как? На этот раз вам больно?

— Рома, этого мало. Мне кажется, что ты боишься меня ударить по-мужски. Это какие-то пощечины, а не удары копытом. Ты вообще знаешь, как выглядит копыто?

— Ну… я переживаю, чтобы не покалечить вас, дядь Руслан.

Это было настолько мило, что я рассмеялся.

— Покалечить меня? Ты реально боишься покалечить такого бычка, как я? Да брось, солдат. Это невозможно. Ты не способен сделать мне больно. Ты и правда думаешь, что я могу скорчиться от боли после детского удара?

— Наверное, нет.

— А я хочу! — Мы жестко опаздывали в школу, но я уже разошелся. Гулять так гулять. Если уж Рома готовится к серьезным пацанским дракам, то ему придется снять этот барьер. И научиться бить на полную силу, не опасаясь последствий. Тем более что на животе синяков не бывает. Это не лицо, где все сразу видно. — Давай же — сожми свой кулак в копыто! Бей жестко, словно я ужасная свинья, а не дядя Руслан!

— Хорошо, я попытаюсь, — ответил Рома и стиснул крепко зубы. Его детское лицо стало свирепым. В глазах горел огонь. Пальцы чуть ли не хрустели от силы сжатия ладони.

— Давай. Сконцентрируйся на кулаке. Сожми его крепко, чтобы он был как конское копыто. Вложи всю свою злость в это копыто. Давай, лягни меня копытом в живот.

Я приготовился к атаке.

Но тут меня отвлек приятнейший звук. Где-то сверху звучал ее голос — окликнула Тома.

— Мальчики! Смотрите не опоздайте в школу!

Я посмотрел наверх и увидел Тамилу. Она махала мне рукой и посылала воздушные поцелуи. Это было так приятно. Словно ангел машет мне крылом на небе. Я прищурился от солнца и помахал рукой в ответ. Было приятно. В ту минуту. А вот уже в следующее мгновение мне пришлось окунуться в полную противоположность. Потому что мне прилетел удар кулаком. Причем не просто детским кулаком — а самым настоящий конским копытом. Правда, не туда я ожидал такого удара.

— Уф… — сложился я в три погибели, когда почувствовал подлую боль ниже пояса. — Кх… кхм… господи, Рома…

Он меня ударил ниже живота. О таком мы не договаривались.

— Ну как, дядь Руслан? Я хорошо ударил? Теперь вам больно?

— Хорошо ударил, — выдавил я с трудом, — молодец, Ромка. Дяде Руслану очень больно… Вот только живот — он немного выше. Так низко лучше не бить, это против правил.

— Но ведь мои враги тоже дерутся против правил. Вот и я буду против правил драться.

Я попытался выпрямить спину, но каждый новый шаг давался с трудом. Как будто я избитая Русалочка. Которой здорово врезали по хвосту.

— Ох, Рома. Не завидую я твоим врагам. Если ты даже друзей так сильно бьешь ниже пояса.

Слегка погуляв вокруг машины, отдышавшись, пока Рома греет свой зад на заднем диване — я сел за руль и повез малого в школу. Думаю, что в этом пацане есть потенциал. Еще неделька-две таких занятий