Плохая учительница, хороший снайпер - Юлия Стешенко

— Понял, Сэнди? За счет скорости броска, — пихнул Уиллера в бок Маклир. — Шевели свой жирной жо… кхм. Простите. Шевели своим упитанным телом, не подводи группу.

— Господин Маклир!

— Ну что опять Маклир? Ах, да. Мы все видим твои старания, Сэнди, ты очень многого уже достиг.

— Вот так-то, — одобрила Хизер. — Господин Уиллер, вы действительно добились отличных результатов. А вы, господин Маклир, не переживайте. Помните анекдот про двух приятелей, убегающих от дракона? Вам не нужно бежать быстрее дракона. Вам всего лишь нужно бежать быстрее приятеля. Да, наши соперники в основной своей массе будут лучше подготовлены. Но мы будем быстрее. К тому же с ними в поход пойдут обычные преподаватели. Пускай они умеют учить лучше, чем я — но мы же будем не в академической аудитории, — хищно улыбнулась Хизер. — В полевых условиях даже слепой на один глаз и хромой драконоборец в разы эффективнее учителя. А я не слепая и не хромая.

— Но вам же нельзя вмешиваться в бой с драконом.

— А давать вам подсказки и указывать на эффективные решения — можно. Не бойтесь. Последними мы точно не придем.

— А если напряжемся, то войдем в первую тройку, — тут же влез на любимого конька Каррингтон. — Так. Занимаемся каждый день. Сэнди, это и тебя касается.

— А что я? Я же и так…

— Не так. Пока еще не так. Но теперь будешь так. Падди, у тебя отвратительно с выносливостью. Хрен с ними, с силовыми — но выносливость придется заняться. Надин, надо подтянуть скорость. Ты хорошо держишь щит, но разворачиваешь его раза в три медленнее, чем можешь. Рамджи, перестань делать вид, что ты выше всего этого. Прикладывай, мать твою, усилия.

— Эй! Ты чего раскомандовался? — оскорбился смуглый Гулабрай.

— Потому что. Ты выиграть хочешь? Ну вот и молчи, — мгновенно придушил бунт на корабле Каррингтон. — Вечером собираемся здесь, в зале. Начнем над слабыми местами работать.

— С тобой, что ли? — ощетинился Маклир.

— Со мной. Физическая подготовка — это не битва с драконом. В этом я разбираюсь. Ну а с битвами… — Каррингтон отвесил подчеркнуто любезный полупоклон в сторону Хизер. — А с битвами нам поможет госпожа Деверли.

— С огромным удовольствием, — поддержала благую инициативу Хизер. — Но есть один важный момент, которого мы ранее не касались. Ваши фамильяры.

— А что — фамильяры? — насупился Войт, фамильяра не имеющий вовсе. — Зачем?

— Затем. Нам предстоит поход на несколько дней, ни один жезл такое время без подзарядки не выдержит.

— Значит, возьмем запасные кристаллы.

— Которые можно потерять, испортить или разбить. Или попросту разрядить быстрее, чем вы предполагали. Хотите оказаться перед макетом дракона с нулевыми резервами, господин Войт?

— А я могу ящик кристаллов взять. Напишу отцу, он купит.

— Что вам мешает уронить этот ящик в глубокую расщелину? Не ищите себе оправданий, господин Войт. Если боевой маг может установить связь с фамильяром — он должен ее установить. Если может упрочить — должен упрочить. Это касается всех. Обратитесь к госпоже Бишоп, она охотно поможет вам в этом деле. Причем совершенно бесплатно. Не кривите презрительно губы. господин Маклир, это действительно огромное преимущество. Как только вы выйдете из академии, за услуги репетитора-консультанта придется платить. Помощь в развитии контакта с фамильяром весьма недешевая услуга, уверяю вас. Используйте шанс, пока он есть. И да, это приказ. Все, у кого есть проблемы с фамильярами, должны обратиться к госпоже Бишоп. Через две недели я лично проверю ваши успехи. Всего хорошего, господа, спасибо всем за внимание. На сегодня занятия окончены.

Глубоко озадаченные, студенты, переговариваясь, потянулись к выходу. А Каррингтон так и остался стоять, небрежно опираясь плечом о гимнастическую лестницу. Заметив это, Маклир пихнул локтем Кристину Ароййо, за что тут же получил строгий взгляд и подзатыльник, от которого, впрочем, с легкостью увернулся. Демонстративно подмигнув Каррингтону, Маклир бесшумно прикрыл дверь гимнастического зала.

— Вы хотели о чем-то поговорить? — вежливо поинтересовалась Хизер. Сама она говорить ни о чем не хотела, но статус преподавателя обязывал. Ноблес, мать его, оближ.

— Да, — отклеившись от лестницы, Каррингтон скользнул вперед мягким, упругим кошачьим движением. — Значит, вы полагаете, что мы должны испытать себя?

— Ну да.

— Понять, чего стоим на самом деле?

— Именно.

— Сравнить свои навыки с навыками других студентов?

— И снова да. Вы что-то конкретное хотите узнать, господин Каррингтон, или просто демонстрируете мне свою исключительную память?

— О, вы оценили? Мне очень приятно, — польщенно улыбнулся засранец. — Но у меня мелькнула одна забавная мысль. Если вы подали заявление без ведома Вильсона, он не сможет его отозвать. Самолюбие не позволит. А раз Вильсон не сможет отозвать заявление — он не сможет прекратить занятия группы…

— Действительно. Забавная мысль, — Хизер в упор взглянула в его прозрачные зеленые глаза. Не бутылочная зелень, и даже не молодая трава. Болото. Яркая болотная ряска, обманчиво-жизнерадостным ковриком затягивающая черную трясину. Интересно, сколько девушек доверчиво шагнули в эту убийственную зелень?

Интересно, понимает ли Каррингтон, что именно он делает.

Да господи.

Конечно же, понимает.

Просто такие мелочи сахарного мальчика не волнуют.

— Если бы я подала заявление без ведома Вильсона, он действительно не смог бы разогнать группу. Но как это связано с необходимостью объективно оценить уровень собственных навыков?

— Никак, — миролюбиво развел руками Каррингтон. — Совершенно никак. Нам действительно будет полезен такой опыт. И физическая подготовка теперь намного активнее пойдет. Одно дело просто упражнения выполнять, и совсем другое — готовиться к битве.

— Вот именно. Кстати, господин Каррингтон, вы только что добровольно взяли на себя обязанности тренера. Зачем?

— Потому что я очень люблю командовать и поучать? — улыбнулся Каррингтон, но глаза у него были серьезные.

— Или потому что вы любите выигрывать? Я уверена, что выше четвертого места нам наверняка не подняться. Вы сможете смириться с поражением, господин Каррингтон? Насколько я понимаю, это довольно новый для вас опыт.

— И, несомненно, полезный, — скривился Каррингтон.