Горечь и мед - Вера Рэйдж

Стол ломился от еды. Либо Ольга хотела произвести на меня впечатление, либо совершенно не умела рассчитывать количество блюд и их размеры на число гостей. Мы сидели в гостиной перед телевизором, по которому вот-вот начнется главное поздравление новогодней ночи. Лампы выключены, вместо них на столе стояли свечи, что освещали помещение мягким теплым светом. Фил откупорил бутылку шампанского и разлил по красивым хрустальным бокалам. Ольга, которая, судя по ее наряду на новогоднюю ночь, обожала атласные халаты, уже подготовила для всех бумажки и карандаши для желаний. Я тоже каждый год писала желание на бумажке и сжигала ее, бросала пепел в бокал с шампанским и выпивала. Это был практический единственный раз в год, когда я притрагивалась к алкоголю.

— Ну, что сынок, с днем рождения! — она подняла бокал вверх и мы все вместе чокнулись. — Хочу, чтобы у тебя всегда была путеводная звезда в жизни, которая осветит тебе дорогу к прекрасному. Горжусь тем, каким ты вырос. — на ее глазах заблестели слезы, подсвечиваемые огнем свечей.

— Спасибо, мам, — Фил мягко улыбнулся и приподнялся, чтобы обнять маму.

— Жаль, конечно, что твой отец не захотел быть сегодня с нами, — произнесла она и сделала большой глоток из бокала.

Фил громко вдохнул. Он явно не хотел, чтобы эта тема поднималась за столом. А мне сразу вспомнилось, как на каждом празднике мой папа говорит примерно то же самое про мою мать. Я сделала вид, что не слышала, что она сказала и уставилась в экран телевизора, где уже начиналось поздравление на фоне Кремля. Приготовилась записывать желание. Поздравление обычно длилось примерно пять минут, поэтому у меня оставалось достаточно времени, чтобы придумать о чем пожелать. Если так подумать, то сейчас в моей жизни все хорошо: любящий парень, любимое дело — игра на пианино, учусь вроде как неплохо, с отцом не ругаюсь. Что еще можно пожелать?

— Ура! — закричала Ольга с первым ударом курантов. Она подняла бокал вверх, звеня золотыми браслетами, и я заметила, что в нем уже плавал пепел от ее бумажки. И когда она успела?

Я не знала, что писать. Фил склонился над своей бумажкой практически вплотную, чуть ли не упираясь носом в стол, и что-то писал. Ольга уже допивала шампанское с пеплом. Главное во всем этом действии — успеть до последнего удара курантов. Я решила ничего не писать. Этот год принес мне очень много хорошего, хоть в нем и были плохие моменты. Кир, Лиза, дурацкий “Сплетник”. Но все это перечеркивал Фил. Я благодарна 2014 году за то, что он привел этого потрясающего молодого человека в мою жизнь. И не хотела ничего загадывать на потом.

1 января 2015 года.

С последним ударом курантов Фил осушил свой бокал.

— Ура! — еще раз прокричала Ольга. — Поздравляю! — она встала с места и ожидала, когда и мы поднимемся.

Фил привстал и обнял мать. Я также встала, ожидая, что сейчас мы будем обниматься с Ольгой, но она, словно и не заметила этого. Я почувствовала себя крайне некомфортно и неловко. Ольга просто плюхнулась на место и начала накладывать себе оливье. Фил заметил это и приоткрыл рот от удивления. Его лицо слегка покраснела, видимо, от неловкости за мать. Он тут же обнял меня и зарылся носом в мои волосы:

— С новым годом, персик. — прошептал он и чмокнул меня в нос.

— И тебя, — прошептала я в ответ.

Я решила закрыть глаза на эту ситуацию и продолжить празднование спокойно. Филипп уже накладывал в мою тарелку салат с фасолью и курицей. Краем глаза я заметила, что Ольга наблюдает за его действиями.

— А за матерью поухаживать не хочешь? — проговорила она, слегка запинаясь. И когда она уже успела выпить, чтобы уйти в такое состояние?

Я вновь не знала куда деть себя. Казалось, будто я делаю что-то не то и вообще меня за этим столом никто не ждал. Кроме Филиппа.

— Конечно, мам, что тебе положить? — будто ничего не заметив ответил Фил.

— Передай мне горячее, дорогой.

Фил потянулся за тарелкой с мясом по-французски и картофелем. Он наложил горячее матери и предложил мне.

— Нет, спасибо. Я потом возьму. — ответила я, накалывая на вилку кусочки курицы из салата.

— Так, Ева, и кем же работает твой отец? — тон Ольги слегка изменился. Показалось, что я даже проследила нотки негатива.

— Он работает в банке. — проговорила я и положила в рот вилку с салатом.

— Зарабатывает так себе, наверное. — Она приподняла бокал, смотря на меня будто даже с насмешкой.

— Мам. — отрезал Филипп и повернулся на меня, показывая взглядом: “Не обращай внимание”.

— Что? Я должна знать, что за семья у избранницы моего сына.

Я даже перестала жевать. Какая наглость.

— Он зарабатывает хорошо. Нам на все хватает. — твердо ответила я.

Напряжение за столом начало нарастать.

— Не воспринимай мои вопросы как что-то плохое, я просто хочу узнать тебя получше. — Ольга осушила бокал и протянула его Филу, чтобы он налил еще.

Я слегка улыбнулась и вернулась к еде. Находиться здесь мне расхотелось совершенно. Взглянула на часы на стене и начала считать, сколько осталось времени до нашего ухода к Вадиму. Еще примерно час. Фил пообещал матери побыть с ней до часа ночи. Сейчас всего двенадцать одиннадцать.

После Фил перетянул все внимание на себя и болтал с матерью о поступлении и школе. Он рассказывал, как готовится к ЕГЭ по английскому и баскетболе. Я не встречала в их разговор. Мне хватило того тона, с которым Ольга задавала вопросы о достатке моей семьи. Она намекала, что мы бедные?

Но внезапно Фил совершил ужасное: он встал и ушел в уборную. Я осталась одна за столом с его матерью. Ольга проводила его взглядом и, как только он скрылся за дверью ванной, обратилась ко мне:

— Скажу тебе честно, я ожидаю увидеть рядом с сыном человека с таким же статусом. — она наклонилась чуть ниже и понизила голос, чтобы Фил точно ничего не услышал. Будто я не расскажу ему обо всем при первой же возможности. — Его бывшая как раз была из наших кругов.

— Что вы имеете ввиду? Я не вашего круга? — оскорбилась я.

— Деньги, Ева. Таким девочкам как ты нужны деньги. А у нашей семьи они есть.

— Мне не нужны ни ваши деньги, ни Филиппа. — твердо сказала я. Есть перехотелось совершенно. Я даже не притронулась к тому, что лежало на моей тарелке.

— Я знаю таких девочек