Фантазм - Кейли Смит

— О, — она с издёвкой приложила руку к груди. — Ты хочешь сказать, что тебе будет грустно, если меня изуродуют или убьют?

Он посмотрел на неё странным, непонятным взглядом.

— Скажи, ангел, ты действительно считаешь меня бессердечным?

Её немного покоробил вес его слов, но она только отметила:

— Технически, ты и есть бессердечный.

— До тех пор, пока ты успешно не выполнишь наше соглашение, — сказал он, тонко намекая на предмет их поиска. — Верно?

Она не была уверена, куда он клонит.

— Да…

— Так позволь мне обучить тебя, чтобы ты трагически не погибла, — настаивал он.

— Ладно. Предполагаю, что твои уроки не могут быть хуже той изобретательной смерти, которую приготовил следующий уровень.

Блэквелл засмеялся.

— Вот это настрой!

ГЛАВА 24. УРОКИ

Надо отдать должное Блэквеллу — как учитель, он был довольно хорош. Правда, она могла бы обойтись без его самодовольных ухмылок каждый раз, когда она пыталась что-то сделать по-своему, и это оборачивалось провалом.

Хотя их магия и была разной, он умело разбирал все детали, давая ей представление о том, как находить нужные ощущения внутри себя, чтобы сконцентрировать силу и обрести больший контроль. Однако этот процесс слегка затруднялся, от того бабочки в животе начинали порхать каждый раз, как Блэквелл подходил слишком близко, чтобы что-то показать.

Он был гораздо строже в своих наставлениях, чем её мать — возможно, потому что мать могла только описывать магию, тогда как теперь Офелия могла ощущать её на практике. Однако все его замечания были конструктивными и помогали ей стремиться к его уровню, а не разочаровывали и не подавляли.

— Ты теряешь концентрацию прямо перед тем, как высвободить силу, — сказал он. — Ты не можешь ослабить внимание только потому, что чувствуешь, как магия готова вырваться. Следи за процессом до конца. Повтори.

Они занимались этим уже больше часа в пыльной гостиной, стоя друг напротив друга на расстоянии нескольких шагов. Офелия вызывала свою магию, направляла её и выпускала, а Блэквелл вовремя становился прозрачным, чтобы голубые искры проходили сквозь него и врезались в стену. Призывать силу становилось проще по мере того, как она тренировалась, однако целиться было сложнее. Несмотря на то, что Блэквелл не терял терпения, она всё больше раздражалась на саму себя.

— Я устала, — сказала она. — У меня почти не осталось магии в запасе.

К тому же комната пропиталась запахом дождя и соли — побочный эффект магии, который вызывал лёгкое головокружение.

Он кивнул.

— Хорошо. Давай переключимся на твоё исчезновение.

— Я же говорила, — вздохнула она, — это была случайность. Я не знаю, с чего начать.

— Что спровоцировало это в прошлый раз? — спросил он.

Она скрестила руки на груди.

— Кэйд замахнулся на меня ножом⁠…

Не успела она договорить, как Блэквелл щёлкнул пальцами, и в его руке появился нож. Не колеблясь ни секунды, он метнул его прямо в неё.

Офелия вскрикнула и попыталась нырнуть в сторону, но не успела — нож⁠…

⁠— прошёл сквозь её уже невидимую грудь. Она недоверчиво уставилась на Блэквелла, в равной степени потрясённая и разгневанная. Тот, весьма довольный собой, ответил ей ровным взглядом.

— Похоже, это действительно защитная магия, — подтвердил он с лукавым подмигиванием.

— Ты мерзавец! — выкрикнула она. — А если бы это не сработало?

— Но сработало, так что нет смысла злиться, — возразил он, подбрасывая в воздух ещё один нож и ловя его за рукоять.

— Если ты ещё раз бросишь нож в меня⁠…

Он метнул второй нож. В этот раз она успела увернуться, но он уже приготовил третий. Она не стала возражать, вместо этого сосредоточилась на странном покалывании в теле, когда нож описывал дугу в воздухе. Когда лезвие приблизилось, страх пронзил её, и она ощутила, как что-то, похожее на мурашки, пробежало по её телу. Нож снова прошёл сквозь неё.

— Получилось, — поняла она.

На этот раз, когда он метнул нож, она встала, широко расставив ноги, и приготовилась.

— Попробуй прицелиться в другое место, — попросила она.

Он метнул нож в её левое плечо. Теперь, когда она знала, какого чувства ожидать, Офелия сконцентрировалась на теплом покалывании и, прежде чем нож успел её коснуться, заставила исчезнуть левую руку.

— Невероятно, — ахнула она, поднимая невидимую руку. На этот раз, чтобы вернуть её в видимую форму, потребовалось приложить усилие, но, спустя некоторое время, рука вновь обрела плоть.

Она повернулась к Блэквеллу и заметила в его глазах не только привычный блеск, но и нечто иное, то, что она не могла определить.

— Ты это видел?

— Видел, — ответил он, скрестив руки на груди. — Теперь тебе нужно отточить навык, чтобы ты могла исчезать и появляться в мгновение ока.

— Ты когда-нибудь встречал некроманта, способного на такое? — спросила она, поражённо рассматривая свои руки.

— Нет, — ответил он. — Думаю, возможно⁠…

— Блэквелл! — внезапно прогремел голос.

Офелия обернулась и увидела Джаспера, стоящего в дверях. В его руках был кожаный фолиант такой толщины, что казалось чудом, как его корешок ещё держал все страницы вместе. Список участников.

— У вас есть двадцать четыре часа, — предупредил Джаспер, когда Блэквелл переместился к нему и взял книгу из его рук. — Если что-то с ней случится — отвечать ей, — кивнул он на Офелию.

Блэквелл коротко кивнул, затем оба мужчины посмотрели на неё, ожидая подтверждения. Офелия поспешно закивала, и Джаспер исчез. Она подбежала к Блэквеллу и жадно впилась взглядом в каждую деталь книги, когда он открыл обложку. На титульной странице было что-то написано толстыми, чёрными буквами на языке, который она не могла прочесть. Ещё несколько страниц вперёд — и начался список. Имена, написанные на языках со всех концов мира, включая те, что давно были забыты, следовали одно за другим. Большинство из них были зачёркнуты красными чернилами, некоторые — чёрными, и каждое сотое имя было обведено в круг. Ей не нужны были пояснения, чтобы понять: погиб, сдался, победил.

— Это соревнование должно насчитывать целые века, — прошептала она.

— Да, — отозвался Блэквелл.

— Но, если Жаневьева знает этого Габриэля, значит, он не может быть таким уж древним, — рассуждала Офелия. — Значит, мы можем просто перелистнуть книгу до конца, верно? — Она с усилием перевернула толстую стопку страниц влево. — И Габриэль наверняка был одним из участников. Жаневьева никогда бы не связалась с кем-то, кто работает здесь, с кем-то из мира паранормального. Ей никогда