Ошибки прошлого - Рина Рид

– Стой, стой, так нельзя!

– Прости, я увлекся… – Дейв тут же убрал руки.

Прозвучало так двусмысленно, что я не смогла сдержать улыбку. Дейв нежно погладил меня по щеке.

– Теперь мне снова нужно в душ. Холодный.

– Дурак! – Я легонько стукнула его по плечу, но он перехватил мою руку и вновь прижал к себе.

– Тебе лучше уйти отсюда, Эванс, прямо сейчас.

От его голоса по телу бежали мурашки. Я и сама хотела бы уйти, но ноги словно приросли к полу. Пришлось заставить себя отстраниться от него. Двигаясь к выходу, я знала, что он смотрит мне вслед.

После такого мне тоже захотелось принять холодный душ, но времени на это не было: я обещала Айзеку, что навещу его сегодня. Решив, что прохладный осенний воздух тоже подойдёт, я побежала к выходу из школы.

На улице нервно суетились люди. Учащиеся перешёптывались, глядя на Хезер, которая склонилась над кем-то, пытаясь привести в чувство. Приглядевшись, я увидела густую светлую шевелюру Майлза: он лежал на земле.

Машина экстренной помощи остановилась на парковке, и пара медиков помчалась к ученику. Хезер оттеснили в сторону, и теперь она стояла одна, дрожа от ужаса. Я знала, что это такое: чувствовать себя так, будто земля уходит у тебя из-под ног. У Хезер был только Майлз, а теперь, когда он лежал без чувств, некому было помочь ей. Отбросив все сомнения, я пошла к ней.

– Хезер, что случилось?

– Тебе-то какое дело?! Это всё из-за тебя!

Казалось, Хезер и сама не верит в то, что говорит. Я не испытала злости или обиды, потому что хорошо понимала её: ей хотелось винить весь мир в своих бедах.

– Ты можешь злиться на меня, Хезер, но сейчас тебе нужна поддержка.

Она вдруг бросилась ко мне и порывисто обняла. Из её глаз полились слёзы.

– Майлз… он просто упал! Мы немного повздорили, и он накричал на меня. А потом упал! Я растерялась, так растерялась… Майлз прав, я такая дура!

– Майлз назвал тебя дурой?

– Он говорит так постоянно, – всхлипнула она.

– Никто не должен слышать такое о себе… Никто, Хезер.

Она взглянула на меня и нервно дёрнула ртом, словно пыталась сдержать улыбку.

– С Майлзом всё будет хорошо. Ему обязательно помогут, Хезер.

– Да, наверное… – Девушка вытерла слёзы и кивнула. – Зря я расклеилась.

Я погладила её по плечу, и она, смутившись, поспешила распрощаться:

– Мне… пора.

– Да, пока… – Я кивнула.

Хезер направилась к парковке, но вдруг остановилась и окликнула меня:

– Эванс! – Я обернулась, чтобы услышать долгожданное. – Спасибо.

Я широко улыбнулась и кивнула в ответ. Удивительная штука – жизнь. Она всегда преподносит сюрпризы там, где их меньше всего ожидаешь.

По дороге к велосипедной стойке я написала Шерон: нужно было сообщить ей о том, что Майлза увезли в больницу. Но она так и не ответила мне.

* * *

Когда я ворвалась в палату, забыв даже постучаться, Айзек полулежал на кровати. Он сосредоточенно о чём-то думал, сложив руки на груди, и даже не заметил, что я вошла. Наверняка к нему за день заходило столько людей, что он и вовсе перестал реагировать на внезапные вторжения.

– Эй? – Я постучала по уже открытой двери.

Друг встрепенулся. Увидев меня в дверном проёме, он приподнял уголки губ, но глаза его не улыбались.

– Айзек, что случилось?

Первым делом я подумала, что он узнал про Майлза и испугался. Но затем я обратила внимание на листы бумаги, которые лежали у него на тумбочке. Айзек похлопал по месту на кровати рядом с собой, и я присела, удивлённая его поведением.

– Я сегодня попросил Гермеса выяснить кое-что о заводе: когда я только нашёл информацию об острове, я понял, что между ними есть связь. А потом ты сказала про компанию… В общем, её название – KoGo Corp. Не знаю, чем именно они занимаются, но за ними числится множество зданий по всему Нью-Йорку, в том числе и завод, который, как ты сама знаешь, арендовал Гарри Коулман. Примерно в то же время некий мистер Говард представляет городскому совету проект по благоустройству острова Норт-Бротер. Для этого нужно было сперва снять с него карантинные ограничения. Городской совет запрашивает экспертизу и, согласно бумагам, она была проведена.

Айзек остановился и пригубил воды из стакана.

– А на самом деле, никто не посещал остров и не проводил никаких экспертиз, чтобы выяснить, насколько безопасной стала зона вокруг больницы? – озвучила свою догадку я.

– Именно. Возможно, они хотели быстро снести здание больницы, но оказалось, что и на это нужно запрашивать разрешение, потому что формально это всё ещё больница. Кстати, любопытный факт: именно там лечилась и умерла Тифозная Мэри. У Норт-Бротера вообще очень кровавая история, почитай на досуге.

– Нет уж, хватит с меня ужасов. Что там с KoGo и Коулманом?

– Судя по найденной нами с Гермесом информации, Говард тесно связан с корпорацией. Но мне так и не удалось понять, в какой момент к этой компании присоединился мистер Коулман. Известно только, что где-то полтора месяца назад он нанял шесть человек для работы на заводе. Так, по крайней мере, гласят документы. Судя по тексту договора, работа предусматривала выезды на другой объект.

– На какой?

– Место не было названо.

– Пока не вижу ничего подозрительного.

– Ты слушай дальше. Пятеро из нанятых людей – химики, а один – инженер по безопасности.

– Всё ещё не понимаю, что тебя смутило…

– То, что все шестеро неожиданно уехали в командировку через неделю после начала работы. И с тех пор выходят на связь с близкими только с помощью сообщений.

Холодок пробежал по спине. Я уже слышала эти слова ранее: в один из первых школьных дней, когда Лин рассказывала о том, как скучает по своей маме. Маме, работающей инженером по безопасности!

– Там… там мама Лин, да? – У меня в горле образовался ком.

– Да. – Айзек же дрожащим голосом продолжал. – Гермес нашёл договор, заключённый между ней и компанией Коулмана.

Я встала с кровати и стала расхаживать по палате перед Айзеком. Он выждал несколько минут, прежде чем спросить:

– Думаешь, нам стоит сказать Лин?

– Не знаю… Точнее, сомневаюсь. Мы ничего не можем сделать, пока у нас нет доказательств. К тому же…

Пришлось быстро рассказать Айзеку о том, что происходит за дверями больницы: про встречу с Шерон, её связь с моей мамой и работу над вакциной. Друга это обнадёжило.

– Это прекрасно! Эванс, ты такая молодец.

Когда я вновь подошла к кровати, Айзек поймал мою руку и ласково сжал пальцы. Мы замолчали, думая каждый о своём. Наступившую тишину нарушила медсестра, распахнувшая дверь:

– Мистер Рид! Вы же знаете, что сейчас вам положено отдыхать, а не принимать посетителей! – Немолодая женщина постаралась придать своему доброму лицу строгий вид, глядя на меня.

– Уже ухожу! – Я улыбнулась в ответ.

– Медсестра Уоллис, а можно я провожу свою подругу к выходу? Мне ведь полезно двигаться, вы сами вчера сказали!

– Ах вы, плут! Запомнили, значит. Ладно, проводите. Только вставайте с кровати медленно. Давайте я помогу!

– Уверен, Эванс мне поможет. – Айзек указал на наши скреплённые ладони.

Смущённая медсестра поразмыслила и всё-таки покинула палату, напоследок бросив на Айзека строгий взгляд. Мы вышли в коридор и медленно зашагали в сторону выхода.

– Ты здорово помог мне, Айзек. Если бы не ты… не знаю, что бы я делала.

– Мог бы сделать ещё больше, не попади я сюда. Чёрт, так и знал, что не нужно было звонить маме!

– Нет уж, Айзек. Это хорошо, что ты под присмотром врачей.

Мы дошли до стойки информации, и я, вспомнив про Майлза, спросила о нём у медсестры.

– Мистер Майлз Стюарт? Да, он здесь, но, боюсь, вы не сможете его навестить. Он в коме.

– Ч-что? – Мои глаза округлились.

– Мне жаль, мисс.

Я вовсе не собиралась навещать Майлза, но новости выбили меня из колеи.

– В чём дело? – Айзек потрепал меня за плечо. – Что случилось с Майлзом?

– Он сегодня упал в обморок на выходе из школы. Я и не думала, что всё так серьёзно…

– А он… это связано с тем самым вирусом? – Айзек отвёл меня в сторону и понизил голос.

– Боюсь, что да.

Мне не хотелось говорить Айзеку, что он в огромной опасности: я не хотела лишать его надежды, но скрывать от него возможные последствия тоже было плохим решением. Он на минуту потерял контроль над собой: провёл дрожащими руками по лицу и заметался по коридору. Я положила ладонь на его плечо.

– Айзек, с тобой всё будет хорошо. Я тебе обещаю!

Я заключила друга в объятия. Чувствуя, как бьётся его