Ставка на престиж - Дарья Акти

— Верно, — с улыбкой подтвердила Чжоу, крепче прижимая к себе диктофон.

— Мы с миссис Нотт действительно сделали немало, чтобы сохранить ту часть города, в которой мы сейчас с вами находимся, но, если быть откровенными… — Нотт шумно сглотнул, стараясь не показывать на публику тревожных эмоций. — Пока мы с женой решали вопросы наверху, тут, в Подземном городе, искал злосчастные механизмы и рисковал своей жизнью другой человек. Мой верный друг и просто хороший человек — Блейз Забини. Именно в его честь пройдет сегодняшняя церемония.

— Мистер Нотт, а почему вы не говорили об этом раньше?

— Мистер Нотт, еще один вопрос!

— Пожалуйста, вопрос!

Репортеры тут же накинулись на него, как акулы, почуявшие кровь.

Тео ощутил себя потерянным.

После той злосчастной ночи Гермиона убедила его поставить новую цель, гораздо больше и рискованнее, гораздо полезнее, чем просто месть. Мысль, что Подземному городу нужна своя официальная власть, пришла ему почти сразу, как только он спустился вниз по большой, почти развалившейся от землетрясения лестницы.

Еще у спуска было видно, что бóльшую половину города поглотила земля, заполнившая собой все пространство. Этот ужасный вид вызвал у Тео тошноту, медленно подступившую к горлу.

Он никогда не забудет, как предательски сжалось сердце, когда он спустился вниз и увидел развалины, отдаленно напоминавшие жилые дома; плачущих навзрыд детей, панически пытавшихся найти своих родителей; всепоглощающую панику, заставляющую людей совершать немыслимые поступки: грабеж, вандализм, убийства.

Именно в тот момент Тео понял, что факт рождения в Верхнем Лондоне не отменяет настоящей любви к месту, где он провел более пятнадцати лет своей жизни. Тео не мог холодно смотреть на происходящее, не мог пустить все на самотек, не мог довериться властям, когда они заявили, что разберутся с беспорядком после трагедии.

Тогда он твердо решил сам заняться восстановлением, улучшением и процветанием своего города.

Он поставил себе цель стать мэром. Первым мэром Подземного Лондона.

И так как Тео был членом Престижной Десятки, он попросил их повлиять на правление Лондона, чтобы оно признало Подземный город отдельной административной ячейкой. Это было последнее дело Десятки перед их распадом.

— Так, хватит, — раздался громкий голос стоящей рядом с ним Паркинсон. Она стала его правой рукой в мэрии. — Конференция окончена, встретимся на церемонии открытия памятника.

Пэнси кивнула охранникам, и они в тот же миг стали размахивать руками, оповещая о конце мероприятия.

— Пойдем, — уже тише добавила она, чтобы мог слышать только Нотт. — Ты и так уже задержался, напрочь выходя из графика. Я перенесла встречу со строителями на завтра. У тебя есть двадцать минут перед благотворительным приемом в Верхнем Лондоне. Тео? Тео, ты меня слушаешь? — требовательно спросила Паркинсон, незаметно ткнув его локтем в бок.

— Да, — машинально ответил он, думая совершенно о другом.

— Тео, блядь! — выругалась Пэнси.

Услышав явный рык, Нотт тут же взял себя в руки, сдержанно улыбнулся репортерам и поспешил покинуть зал.

— Какого черта ты ответил на этот вопрос? Мы же договаривались держать все в тайне до открытия памятника. Они же сейчас глотки друг другу начнут грызть из-за нехватки информации! — начала кричать Пэнси, когда они зашли в его кабинет, скрываясь от вспышек камер. — Поползут слухи и сплетни!

— Почему мы вообще это скрыли? — отрешенно спросил Тео, устало падая в кожаное кресло.

— Мы же это обсуждали, — грозно ответила Паркинсон, наливая себе бренди. — Чтобы пропихнуть тебя в мэры, нам нужен был герой. Живой герой, — уточнила она, заметив, как Тео приоткрыл рот. — Так, все, соберись. В последнее время я тебя не узнаю.

— Сегодня третья годовщина смерти моего лучшего друга, как я, по-твоему, должен себя вести? — огрызнулся Нотт, просматривая свое расписание на сегодняшний день. — Отмени все, кроме церемонии.

— Но…

— Без но, — строго скомандовал он и развернулся на кресле к ней спиной, смотря через окно на стройку нового торгового центра рядом с ботаническим садом.

За три года Гермионе и Тео удалось восстановить бóльшую часть Подземного города: новые дома, детские сады, школы и… зелень, очень много зелени. Под их чутким руководством ученым удалось закончить разработку покойных родителей: конвертировать сжатый воздух в чистый и свежий. Они открыли свободный доступ к Верхнему городу всем желающим, подключили систему медицинского обслуживания и даже сподвигли людей заниматься своим здоровьем, постоянно проводя марафоны, открытые диспансеризации и дни заботы о близких. Преступность снизилась на рекордные двадцать процентов.

Сначала Тео слабо представлял себе, как можно воплотить в жизнь мечту о красивых парках с водоемами, аккуратных скверах и открытом доступе к чистому небу, но влияние Пэнси и нескончаемый поток денежных средств от наследства Реддла помогли осуществить это.

Грубо говоря, кампания Теодора Нотта была безупречной и правильной. Многие действующие мэры Англии завидовали его результативности и стремлению. Новоиспеченный представитель власти всего за три года успел попасть в самые желанные рейтинги страны, вытесняя коррумпированных зажравшихся богатеев на строчки ниже. Хотя было не исключено, что это все получилось из-за связей и гипнотических способностей Паркинсон.

— Ладно, но пообещай, что не опоздаешь на церемонию, — согласилась Пэнси, уже вычеркивая на планшете несколько встреч с влиятельными людьми. — Ох, они тебе это припомнят…

— К черту их, — скучающе ответил Нотт, прикрывая глаза от усталости. Последние несколько недель выдались чертовски сложными. — Не знаешь, где сейчас Гермиона?

— Предположу, что на открытии детского дома.

Глаза Тео округлились. Точно. Для нее сегодня был важный день, она готовилась к нему несколько месяцев. Как он мог забыть?

Не сказав больше ни слова, Нотт выбежал из своего кабинета, параллельно вызывая такси.

* * *

Тео еле успел к кульминации торжественной части, на которой Гермиона должна была перерезать красную ленту в честь открытия первого официального детского дома в Подземном городе.

Он прошел через проходные ворота и облокотился плечом о кирпичную стену, тайком наблюдая за своей женой. Она заметно нервничала, выискивая кого-то в толпе.

Нотт залюбовался ею.

Официальное платье бордового цвета, аккуратно собранные в пучок волосы, колье, подаренное им на первую годовщину свадьбы, и белые перчатки — весь ее вид подчеркивал важность этого мероприятия. Он мягко улыбнулся, ощущая, как тепло медленно разливалось в груди, расслабляя все тело.

Его Гермиона.

Он неторопливо поднял руку, привлекая взволнованный взгляд своей жены. Она увидела его, и на ее лице сразу засияла уверенная улыбка, тут же запечатленная на фотокамеры репортеров. Гермиона произнесла короткую речь и разрезала ножницами атласную ткань.

Детский дом имени Джин Грейнджер был торжественно открыт. Она справилась.

— Тео! — радостно воскликнула Гермиона после того, как проводила всех гостей внутрь здания, больше