Следуй по пути из лепестков персика 2 - Ольга Сергеевна Ануфриева

«Мне нравятся боевые, умные и находчивые девушки, а Мин Мэй ещё и благородная барышня из дворянской высокостатусной семьи…» — размышлял наследный принц, садясь в уже подготовленную для него повозку, — «Как такое сочетание сумело слиться воедино? Божества постарались ради меня?…»

— Отправляйся, — распорядился он возчику.

— Ваше высочество, а мы не будем ждать его высочество второго принца? — поинтересовался возничий.

— Сам на коне доберётся, не маленький, — раздражённо ответил Ли Лун и вновь погрузился в свои мысли:

«Что это за странный тип, которого она подобрала на улице? Он так хорошо дерётся, словно является мастером, либо учился у какого-то легендарного мастера… А вдруг он проник в её поместье, чтобы убить? Может, это запасной план, если эта заварушка не удастся, он проявит себя в ней, вотрётся в доверие… тогда сможет подобраться к Мин Мэй ближе и убить по приказу в нужный момент… Я бы, например, именно так бы сделал».

* * *

Когда все формальности были выполнены, гостей собирали по поместью и провожали до ворот слуги, Наташа вспомнила о своём непосредственном спасителе:

— А где тот молодой человек, что спасал меня⁈

— Ему стало плохо, как и всех раненых, его отвели в лекарскую Сюань Чженя, — проговорила Ци Шуй.

— Пройдёмте, барышня, вам тоже нужно срочно вылечить рану на шее, а то останется шрам, — сказала Хуан Цзао. — Благородной барышне некрасиво ходить со шрамами. Ладно, ещё их можно прятать под повязкой, а как же муж?

— Если человек любит, он и со шрамом полюбит, — улыбнулась Гу Мин Мэй. — Человека любят за душу, за общение, а не за внешность.

— Не говори так, не проклинай себя, сестра, — участливо проговорила Мин Лан.

— Нужно лучше беречь себя, — Мин Джу, уже оказавшаяся рядом с сестрой, поддакнула.

Все разбрелись по своим комнатам, а Наташу повели в лекарскую.

Глава 19

Министры и чиновники торопливо шли к императорскому дворцу, величественному и огромному зданию с золотой блестящей крышей, что устремлялась в вышину. По бокам его высились строения и башни, придавая комплексу впечатляющий и устрашающе величественный вид, который отдалённо напоминал гигантского дракона, расправившего крылья.

— Не знаете, зачем император собрал срочное заседание совета министров? — спрашивали они друг у друга.

Но в ответ те, кого спрашивали, отрицательно мотали головами, иногда пожимали плечами, либо просто отвечали, что «тоже не знают, государь ведь сегодня отменил собрание палаты, а теперь пришлось переодеваться в официальную одежду впопыхах, а некоторым даже бежать для этого домой».

Сановники, уже собравшиеся у ворот зала «Высшего небесного успеха рассуждений», ожидали приглашения внутрь. Одни собирались в небольшие группки и что-то тихо обсуждали, другие прохаживались из стороны в сторону. На них, величаво, гордо и строго, с постаментов смотрели два огромных и грозных каменных льва: слева — лев, справа — львица, положившая свою массивную лапу на маленького львёнка. К залу подошли первый и второй принцы, одетые в специальный официальный наряд, говорящий об их статусе.

К назначенному времени, почти сразу, как минул срок, евнухи отворили четырёхстворочные двери.

— Император начинает совет министров, — громко проговорил главный евнух с белой даосской метёлкой в руках, вышедший из зала.

Сановники сразу после этих слов торопливо заполнили помещение, встав перед троном по обеим сторонам от длинного красного ковра, ведущего с улицы от начала высокой лестницы в зал заседаний, к самому трону.

Присутствующие расположились соответствующе своему рангу: принцы впереди всех, наследный Ли Цзы Лун слева, второй принц Ли Бэй Ху справа от императорского места; за ними чиновники от первого до пятого ранга, сначала по обоим сторонам советники императора — левый и правый министры, после за ними двумя ровными колоннами друг за другом попарно до дверей выстроились остальные; чиновники шестого и седьмого ранга встали попарно колоннами дальше вправо, ниже и сбоку от более высоких чиновников; чиновники восьмого и девятого ранга встали попарно за дверьми помещения, не загораживая центральный проход.

Все чиновники и учёные в стране, совершеннолетние и сдавшие единый государственный экзамен, имели право присутствовать на заседании палаты министров при дворце, если им это официально не запретили. Женщин, естественно, среди них никогда не было. Сановники от пятого ранга и выше не имели права пропускать заседание совета без уважительной на то причины либо опаздывать на него. Все чиновники держали пальцами обеих рук узкие, немного изогнутые дощечки, форма их была прямоугольной, с широким верхом и узким низом. Чиновники первого ранга носили нефритовую, от второго до пятого носили дощечку из слоновой кости, шестого и седьмого из бамбука, а восьмого и девятого из дерева.

Впереди расположился на двухметровой платформе, окружённой с трёх сторон более-менее пологой лестницей, прерывающейся узкими площадками, и окружённый шестью золотыми столбами с изображениями драконов, позолоченный трон, больше похожий на небольшой ровный диванчик, сделанный из нефрита, а перед ним небольшой позолоченный стол, созданный из сандалового дерева.

Императорское кресло и стол были украшены искусной резьбой мастеров, с изображениями извивающихся драконов, и щедрой россыпью драгоценных камней.

Позади них была ширма, выполненная из сандалового дерева и золота, покрытая лаком. На ширме внизу была красиво, но схематично изображена Поднебесная с горами и равнинами, а над ней в небесах парил пятипалый дракон, вместе с фениксом.

Перед троном стояли два журавля-небожителя. По легенде, они помогали императору быть бдительным и внимательным, приносили удачу. А возле трона располагались статуи двух небесных единорогов Сечжи, что отвечали за справедливость и объективность.

— Её величество вдовствующая императрица! — объявил главный евнух.

Пожилая женщина появилась где-то внизу, сбоку от трона, сразу рядом с креслом, неполностью повёрнутом к трону лицом, что стояло за висящей от потолка до пола ширмой.

— Приветствуем её величество! — произнесли хором министры и поклонились.

— Сын небес, его величество император! — опять прокричал главный евнух.

Почти на уровне высоты трона появился сам император. Пройдя по площадке и поднявшись немного по ступенькам вверх, монарх уселся на царственное место, эстетично расправив свои широкие рукава и одеяния.

Присутствующие на заседании министры и чиновники, вне зависимости от возраста, три раза встали на колени и поклонились почти ниц, хором произнося слова приветствия:

— Долгих лет жизни императору! Пусть мой император живет и царствует десять тысяч лет, десять тысяч лет, десять тысяч из десяти тысяч лет!

Лишь наследный принц оставался стоять, учтиво сложив перед собой руки и глубоко поклонившись три раза, произнося то же самое.

Император кивнул и простёр руку, разрешая поданным встать на ноги:

— Я собрал вас здесь сегодня так срочно, потому что узнал, что чиновники, подозреваемые в мятеже, убили себя в