Гордые души - Анна Рома

– Собственные дети так быстро взрослеют, что начинаешь скучать по маленьким ножкам в доме, – она вздохнула с сожалением. – Ваши родители наверняка тоже заметили, как быстро их дочь выросла. Сейчас они точно мечтают о внуках.

К сожалению, они не насладились даже моим детством. 

Пронеслось в голове, пока я нарезала овощи на минестроне. Сегодня решила приготовить итальянскую кухню, по которой успела соскучиться.

– Нет, мои родители, – я замолчала, не помню, чтобы когда-то произносила это вслух. – Они погибли, когда мне было девять лет, Эмма.

– Боже, простите меня! – женщина приложила руку к груди, соболезнуя.

– Ничего, откуда вам было знать? Это было давно, – я постаралась натянуть улыбку, отмахнувшись. – Вы когда-нибудь ели итальянскую кухню? – спросила я  женщину, переводя тему для разговора.

В последние время тема покойных родителей возникала слишком часто и неожиданно, когда раньше все молчали, словно так было всю жизнь. Нет. Будто их вообще не существовало.

Эмма, как и говорила, ушла ровно через час. Минестроне был готов, отправив лазанью в духовку, я вспомнила, что для капрезе потребуется бальзамический соус. Обычно для данной закуски использовалось оливковое масло, но с бальзамическим соусом вкус был намного лучше.

У меня оставалось тридцать минут, чтобы добежать до соседней улицы в магазин. Схватив ключи, я вышла через главный выход, не предупреждая Декстера, чтобы не тратить время.

Рассматривая полки со специями в поисках бальзамического соуса, по пути я захватила сырные снеки. Мы с Розабеллой обожали их, особенно когда смотрели фильмы.

– Опрометчивый поступок, миссис Ринальди, – за спиной раздался незнакомый мужской голос.

Я повернула голову, чтобы рассмотреть человека, но тут же почувствовала, как в спину что-то уперлось.

– Шшш, без глупостей, – предупредил мужчина, надавливая на предмет, который больно уколол спину.

Нож, единственное оружие, которым он мог незаметно воспользоваться. Нас окружали камеры с двух сторон, было любопытно, действительно ли он попытается напасть на меня?

– Глупостями занимаешься только ты, – огрызнулась я и, развернувшись, встретилась с темными глазами.

Это оказался молодой парень, солдат, на нем была черная бейсболка, джинсовая куртка и темные штаны. Обе его руки были покрыты татуировками, но никаких отличительных меток я не заметила. Кто-то подкупал людей, с помощью которых проворачивал грязные трюки.

Его нож теперь был нацелен в живот.

– Не переживай, просто небольшое послание, – он оскалился и второй рукой провел по моим волосам.

– Советую не трогать, если не хочешь лишиться руки, – отбивая чужую руку, ответила я.

– Что муженьку пожалуешься?

– Нет, я в состоянии сама тебе ее отрезать. Но ты прав, – я сделала шаг вперед, и преследователь отступил, то, как он держал в руке нож, давало понять, что парень не умел им пользоваться. – Если мой муж узнает, тогда ты можешь лишиться не только руки.

Вокруг нас проходили люди, а мы стояли и разговаривали открыто об убийствах. Будто сцена из дешёвого фильма. Возможно, люди нарочно отказывались слышать, обремененные делами похуже наших. Они погибали в рутине, работая за гроши и возвращаясь в маленькие квартиры к нелюбимым людям. Тогда для кого-то смерть казалась лучшим выходом.

– Лучше передай ему, что Каморра ничего не забывает, никогда. А дальше ему решать, как искупить свои грехи.

Сжимая пачку снеков, я продолжала замораживать ледяным взглядом парня, который никакого отношения к Каморре не имел. Просто жертва меж двух огней.

– Отлично, вот только жаль, оно до него не дойдет, – ответила я, отступая назад, разворачиваясь обратно к полкам.

– Слушай сюда, надменная сука! – он больно схватил меня за шею сзади, притянув к себе и склонив голову над моей. – Думаешь, меня сдерживают камеры и люди? В любую секунду этот нож окажется в тебе и…

Его глаза расширились, но парень продолжал держать меня.

– Ты про этот нож? – уголки моего рта дрогнули.

Мне удалось перехватить его руку и воткнуть в парня его же оружие до середины, успокаивая свой гнев, который невыносимо было сдерживать.

– Мне плевать на Каморру и на жалкие угрозы, – надавливая на руку, я вонзила нож глубже, от чего парень громко втянул носом воздух, почувствовав боль. – Дующему на огонь – искры летят в глаза. Цитата для размышления.

Я ослабила хватку, и парень схватился за бок, где торчала рукоятка ножа. Оставив снеки на полке, поспешила удалиться из магазина и как можно быстрее добраться до дома.

Возможно, он мог позвать подмогу, или нас могли прослушивать, и, заметив неладное, подкараулить у выхода, тогда было бы сложнее.

Залетая в квартиру, побежала проверить лазанью, которая уже наполнила ароматом кухню. В животе поднялась тревога, когда я открыла духовой шкаф.

Услышав звук открывающихся дверей и шагов по мраморной плитке, я поблагодарила Бога за то, что успела вернуться до прихода Кристиано.

Он появился в дверях, и я одарила его приветственной улыбкой.

– Как дела?

– Уже, прекрасно, – он загадочно на меня посмотрел.

– Что? – спросила я, надевая рукавицу, чтобы вытащить лазанью.

– Мне нравится то, чем ты занимаешься. Выглядит очень невинно и сексуально.

– Вкус доставит тебе еще больше удовольствия, так что поспеши, – я отвернулась от его голодного взгляда, который не относился к еде.

Через пятнадцать минут муж вернулся, переодевшись в привычную спортивную одежду. За это время я успела накрыть на стол и подать все блюда, чтобы эстетически это порадовало и меня.

Мы молча ели, суп получился действительно неплохим, Кристиано успевал заниматься со мной любовью и есть одновременно, поглядывая на меня.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, отправляя кусок лазаньи в рот.

– Думала, будет хуже, но уже к вечеру вернулась к своим истинным ощущениям, – ответила я, откидывая волосы назад, доедая суп. – А ты?

– Как человек, который не спал почти двое суток.

Это был намек в мою сторону? «Посмотрите, какой я благородный парень».

– Я не обязывала со мной сидеть, – спокойно ответила я, встав с места, чтобы положить лазанью.

Кристиано схватил меня за талию и усадил к себе на колени так, что мои руки оказались на его плечах. Сердце забилось быстрее, пока я ждала, что он скажет.

– Не нужно додумывать то, чего я не говорил, – Кристиано был нежен, как всегда, но по-собственнически держал за талию.

– Тогда скажи свои истинные желания, – с трудом, но я держалась, чтобы не коснуться его губ.

– Если бы ты могла видеть свою красоту моими глазами, как ты прекрасна, – он коснулся рукой моего подбородка, медленно спускаясь к шее. – Я очень сильно хочу поцеловать тебя, Витэлия, так сильно хочу ощущать вкус твоих губ.

Его рука возвращалась обратно, проводя большим пальцем по нижней