Блеф демона - Ким Харрисон

Вода плеснула, когда рука Трента крепче обняла меня.

— Ты права. Это приятное изгнание. Но я тоже скучаю по игре, — он замолчал, и в этой тишине прозвучало слишком многое. — И по библиотеке матери. По тому, как новое поколение селекции добирается до финиша. По кофе на вершине башни Кэрью под закатным солнцем, когда всё окрашивается в золото и чёрный.

Вина кольнула меня, пока я лежала с ним вплетённая в его тепло, под шорох Тулпы и неугомонные стрекотания сверчков — успокаивающий фон. Его рука на мне была доказательством того, что меня любят. И что я люблю в ответ, во многих смыслах. И тогда я снова спросила себя — зачем я так отчаянно пытаюсь остаться в реальности?

— Вау, — сказал Трент, в его голосе звучала гордость. — А ты знала, что они так делают?

— Что? — переспросила я, и он взял мою руку в свою, показывая, как наши кольца-близнецы из жемчуга светятся рядом. Он сам наложил на них чары: если кто-то из нас снимет своё кольцо, второе потемнеет. В худшем случае кольцо служило сигналом бедствия, но он задумал их как пожизненное доказательство того, что с нами обоими всё в порядке. Если бы моя жизнь не оказывалась под угрозой каждые четыре месяца, я бы, пожалуй, сочла это излишней опекой — но на деле, они каждый день приносили мне огромное облегчение.

— Ага, — сказала я, ощущая, как внутри разливается тепло, и прижалась к нему ближе. — Они так делают, когда мы… ну, это…

— Я не замечал, — нахмурился он. — Это меня кое о чём напомнило. Не двигайся. Я хочу кое-что тебе отдать, пока не забыл.

Я напряглась, когда он отстранился, и с его тела водопадом стекала вода. Он поднялся и грациозно направился к своей вымощенной площадке. Ушёл быстро — вероятно, от холода — перебежками добрался до палатки, давая мне возможность вволю налюбоваться его подтянутым телом в свете затухающего костра, прежде чем он исчез внутри.

Когда он вернулся, его руки были пусты.

— Что это? — спросила я, когда он скользнул обратно в тёплую воду, выдыхая так, словно всё это время задерживал дыхание. Одна его рука была сжата в кулак…

Он раскрыл кулак, и я приподнялась, подвинувшись ближе.

— Это тебе, — сказал он, когда я увидела крошечное, детское кольцо в его мокрой ладони. — Я хочу, чтобы ты взяла его с собой.

— Оу! — Я перевела взгляд с одного кольца на другое. — Оно такое маленькое, — сказала я, поднимая новое и улыбаясь, чувствуя, как красный камень покалывает пальцы шепотом скрытой магии. — Что оно делает?

Он усмехнулся одними губами:

— Понятия не имею. Я хочу, чтобы ты обменяла его на зеркало.

Я сжала кольцо в руке:

— Я не отдам его Тритон. Особенно если не знаю, что оно делает.

— Если она его захочет — отдай, — сказал он и взял мою руку, чтобы надеть кольцо на мизинец. Оно подошло идеально. — Оно было маминым. Я уверен, оно выдержит дорогу.

Крошечный красный камень влажно сверкал на моём пальце.

— Думаешь, Тритон может знать, что оно делает?

Он пожал плечами:

— Возможно. У меня есть подозрение, что моя мать знала Ала. Не так уж много демонов позволяют кому-то узнать их имя вызова. И, эм… если вдруг попадёшься мне на глаза, то, может быть, увидев кольцо на твоей руке, я замешкаюсь — и это даст тебе шанс сбежать.

Я потянулась, чтобы снять его:

— Прямо перед тем, как ты обвинишь меня в краже? Трент, я не собираюсь менять кольцо твоей матери на зеркало.

Но его рука мягко остановила мою:

— Нет, ты поменяешь. Даже если я не знаю, что оно делает — это просто красивое кольцо. — Он замялся. — И мне нравится видеть его на твоей руке.

Я повернула руку под свет, чтобы оно заиграло:

— У твоей мамы были крошечные пальцы.

— Не особо. Она тоже носила его на мизинце. — Он колебался. — Я могу изменить размер, если хочешь.

Меня кольнула тревога.

— Нет, мизинец — нормально, — сказала я, и он притянул меня ближе, чтобы поцеловать.

— Ты забавная, — прошептал он. — Если бы я собирался делать тебе предложение, то точно не стал бы делать это голым посреди леса.

— Трент… — начала я, но он наклонился и снова поцеловал меня.

— Отдай его Тритон, — прошептал он, когда мы оторвались друг от друга. — Я не могу просто сидеть и смотреть, как ты уходишь в одиночку, пытаясь всем помочь. То, что ты носишь кольцо моей матери, ещё не значит, что всё изменилось.

Но именно так это и ощущалось. Перемены были неизбежны, особенно если я не смогу уладить всё с Ковеном. Я заставила себя улыбнуться, снова устроившись у него в объятиях, и уставилась в звёзды. Всё, что было у него здесь, было чудом. Я знала, что Ал хотел, чтобы я отказалась от реальности, обменяв свою опасную жизнь и стресс от постоянной борьбы с желаниями города на спокойное расширение знаний. Ковен забудет обо мне. С Айви всё будет в порядке. И с Дженксом тоже.

Но когда я сидела рядом с Трентом и рисовала глифы защиты на его ладони, я знала — это не мой путь. Я не отправлялась в прошлое, чтобы Ковен оставил меня в покое. Я шла, потому что прокляла кого-то. И это была моя ответственность — снять проклятие, даже если мне придётся потерять всё ради этого.

Точка.

Глава 11

— Можно ли, пожалуйста, включить кондиционер? — пробормотал Ал с заднего сиденья, и я встретилась с его измученным взглядом в зеркале заднего вида, прежде чем перевести его на Айви, сидящую рядом.

— Уже почти приехали, — сказала я, и Ал фыркнул грубо. Если включить кондиционер, Дженкс замёрзнет. То же с открытым окном. Но когда Ал начал возиться с заблокированной кнопкой водительского стеклоподъёмника, я пошла на компромисс: чуть приоткрыла окно и включила печку на полную.

Ал фыркнул в ответ, а Айви нервно дёрнулась. Демону был нужен не просто прохладный воздух, а нечто свежее, очищенное. Беспокойная вампирша наполняла салон смесью запахов секса и конфет, а её холодные пальцы с безупречным маникюром неумолчно выбивали беззвучное стаккато по колену, пока я вела машину на неспешной скорости тридцать пять миль в час по опустевшим ночным улицам Цинци, направляясь в Эден-парк.

Моё затянувшееся прощание с Трентом, возможно, было ошибкой — мы с Дженксом вернулись домой и обнаружили, что нас уже ждут Ал, Айви и