Второй шанс для старой девы - Анна Рейнс

По пути видим книжный, и моя читательская душа не выдерживает. Прошу остановиться, а сама еще час брожу между стеллажами, выбирая романы. Настроение стремительно повышается.

Магазин просто огромный — занимает собой целый этаж. Дерек, к счастью, над душой не стоит. Замер в отдалении, подобно скале. Девушки смотрят на него, кидают кокетливые взгляды, парочка даже подходят, якобы спросить дорогу. А он и усом не ведет.

Наблюдаю за ним с полуулыбкой, а затем кидаю взгляд в окно. Там небольшой сквер, рядом с которым стоит карета. Подозрительно знакомая. Я глазам своим не верю, когда понимаю, что это экипаж Эммета. Приглядевшись, замечаю, что и сам он внутри. Вижу его профиль.

Если потороплюсь, то, наверно, успею увидеться с ним… Кажется, он кого-то ждет. Не меня ли?

Не меня. Я слишком поздно замечаю, что к карете подходит девушка с яркими рыжими волосами. Садится внутрь. А затем целует его. По-настоящему.

И он не отстраняется.

Глава 16.2

Внутри окатывает холодом и жаром одновременно. Руки в буквальном смысле немеют, и книги падают на пол. Я растерянно оглядываюсь на спешащего ко мне Дерека, а затем вновь на карету. Целоваться они закончили. Рыжая улыбается, а выражение лица Эммета не вижу.

— Что-то случилось? — слышу голос охранника как сквозь толщу воды. Тут же наклоняюсь, чтобы подобрать книги. Руки не слушаются, в груди разливается что-то ядовитое, удушающее.

— Тяжелые. Отнесете их на кассу? — онемевшими губами произношу я.

Он кивает. Направляется к кассе, что находится в самом начале магазина. Я тут же снова бросаюсь к окну. Эммет говорит с кучером — видимо, называет пункт назначения. Мой взгляд ощупывает помещение и натыкается на небольшую дверь.

Запасной выход.

Мысли мечутся в голове, все тело потряхивает. Мне нужно, я просто обязана знать. Да, мы заключили сделку, и о чувствах речи не шло, но… неужели у него действительно есть другая?

Крадусь на улицу, прячусь за деревом, что растет неподалеку от выхода. Карета медленно трогается, увозя парочку с собой. Оглядываюсь по сторонам в поисках наемного экипажа. Мне везет.

На деревянных ногах бегу к стоящей неподалеку карете. Не глядя сую кучеру несколько монет. Явно больше, чем стоят его услуги.

— Следуйте за ними. Прошу, быстрее.

— Слушаюсь, — тут же отвечает он.

Эмоции сжирают меня заживо. Пока едем, не свожу глаз с экипажа Эммета. А когда он останавливается, то все внутри меня все скручиваются болезненной спиралью. Гостиница. Он привез ее в гостиницу.

Тут даже выбирать варианты происходящего не нужно.

Как возвращаюсь к магазину — сама не помню. Дерек меня обыскался и судя по выражению лица, готов был убить. Но стоит мне поднять на него лицо, как гневная проповедь тут же обрывается.

— Все в порядке?

Даже не знаю, чего мне хочется больше: расплакаться или рассмеяться. Какая же я идиотка! Влюбилась в того, для кого я просто… удобная. Приятные часы в постели, нужный дар, да еще и происхождение подходящее.

Может, та рыжуля замужем? Или вообще не единственная у него?

— Простите, я… — я выбита из колеи настолько, что даже не могу придумать оправдание. — Просто хотела побыть одна. Простите еще раз, что доставила столько хлопот. Мы можем вернуться?

— Конечно.

Дерек — просто душка. Перестает мучить меня вопросами, позволяя вариться в собственных эмоциях. Злость, ревность, обида… даже сквозь них я пытаюсь придумать Эммету оправдания. Вдруг это вообще не он, а происки Андрея? Иллюзия. Хотя откуда ему было знать, что я буду там?

Дома я не нахожу себе места. Свадьба через три дня, а мне хочется собрать все вещи и скрыться в неизвестном направлении. Представляю, как Эммет приходит домой, а меня здесь нет. Что он испытает? Злость? Раздражение?

Но гордостью делу не поможешь. Брак с ним выгоден в первую очередь мне. Просто нужно обозначить границы нашего “сотрудничества”. Пусть спит с кем хочет, а я своей жизнью займусь. Мне от него ничего, кроме ребенка не нужно.

А влюбленность… со временем она пройдет и больно больше не будет.

Картинка счастливой семейной жизни трескается пополам. Внутри горько, пусто… как было большую часть моей прошлой жизни. Ничего не меняется.

Когда Эммет возвращается домой, я видеть его не могу. Запираюсь в своей комнате и сижу за туалетным столиком целый вечер. Смотрю на свое отражение.

Не знаю, как пойду в кровать — простыни все пропахли им, нашими объятиями, страстью. Еще утром я с наслаждением вдыхала этот запах. Сегодня вечером меня от него тошнит.

Надо было попросить поменять.

Когда в дверь раздается стук, я на него не отвечаю.

— Марго, ты не спустилась к ужину.

— Я не голодна, — кричу в ответ.

— Тогда дверь открой, — в его голосе слышится холод.

Я молчу. С места не двигаюсь. Не будет же он ломиться ко мне в комнату на глазах всего поместья?

Не будет. Спустя несколько секунд замок щелкает, и дверь отворяется сама собой. Ну да… это же его дом. Странно, если бы у него не было ключей от каждой комнаты. У меня тут вообще ничего своего нет. Оборачиваюсь, встречаюсь с ним взглядом.

И он почему-то зол.

Челюсти плотно сжаты, тело напряжено. Отворачиваюсь снова к зеркалу, чувствуя странное беспокойство.

— Ты сегодня сбежала от Дерека, — бросает он обвинение. — Ты хоть понимаешь, что с тобой могло случиться?

Мне становится смешно. Все, что могло случиться — уже произошло.

— Но ничего же не случилось, — ровным тоном говорю я, делая вид, что перебираю украшения. — Выйди, пожалуйста, из комнаты. Я хочу спать.

— Не раньше, чем ты мне расскажешь, что происходит.

Он снимает пиджак, бросает его на спинку стула. Подходит ко мне и нависает сверху, опираясь рукой на туалетный столик.

— Куда ты ходила? С кем-то виделась? — от его тона у меня мурашки бегут. Низкий, вибрирующий. Эммет касается носом моей макушки, опаляет жарким дыханием. Смысл слов доходит с опозданием. А когда доходит, то с трудом сдерживаю горький смех.

— Ага. С любовником, — с нескрываемой иронией отвечаю я, ловя в отражении его взгляд. — Хотела сбежать с ним, но передумала. На свадьбе эффектнее получится.

Эммет шумно выдыхает. Резко отодвигает стул, на котором я сижу. Ножки громко скрипят по паркету. Разворачивает к себе и нависает, опираясь на подлокотники.

— У тебя сегодня отвратительное чувство юмора.

— Да какие тут шутки. Говорю все как есть. А как