Его строптивое счастье - Анна Мишина

Ломаю голову, как с ней переговорить. Женщины! Боже, как вас помирить? Как мне поступить правильно?

Слышу, как дочь после ванной шлепает босыми ногами в кухню. Включает чайник. Что-то делает. Иду следом за ней. Наблюдаю.

Девчонка достает хлеб. Масло с сыром и колбасой. Хлопья с молоком.

— Я сама за вами буду ухаживать, раз она нас бросила, — говорит, не поднимая на меня глаз.

— Почему ты решила, что она нас бросила? — спрашиваю, пытаюсь понять ее.

— А ты не видишь? Сам же сказал, что она ушла. И вещи свои забрала. Я не нашла ее зубной щетки в стаканчике. По-моему, все очевидно, — пожимает плечами и принимается резать колбасу.

Я прохожу к столу и сажусь.

— Лика, что у вас случилось? — спрашиваю, наверное, в сотый по счету раз.

— Она не может уследить за детьми, — поднимает на меня свои ясные голубые глаза. — Зачем она нам? Мне кажется, она это поняла и ушла.

— Но она тебе нравилась. Вы вместе проводили время, — начинаю подбираться к ней. Хочу выведать все. Но вчера не удалось и вряд ли получится сейчас. А ультиматумы ставить не выход.

— Пап, — смотрит на меня как на неразумного. — Видимо, мы плохо ее знали. Давайте завтракать. Я есть хочу.

Но как? Я о еде и думать не хочу. Набираю еще раз Яру. Но снова нет ответа. Тогда я набираю самого Зарецкого.

— Да, Макс, — отвечает он.

— Здравствуйте, Алексей Петрович. Подскажите, Яра у вас дома?

— В смысле? — не понял мужик. — Вы поругались, что ли?

— Она ушла. Не пойму, когда. На телефон не отвечает. Волнуюсь.

— Уходил из дома, ее не было. Но я наберу Ларе, узнаю, — проговорил он и сбросил вызов.

— Мы гулять пойдем? — спрашивает дочь, привлекая к себе внимание.

Гулять!

Набираю девушке сообщение. Прошу ответить на мои звонки. Или перезвонить.

Слушаю болтовню мелкой. Понимаю, что она меня сегодня никуда не отпустит. Пока они дружно жуют, набираю мать и выхожу из комнаты.

— Да, — отвечает бодро.

— Мам, детей к тебе завезу сегодня?

— Что случилось, Максим? — серьезным голосом спрашивает меня.

А когда мать называет меня полным именем, значит, понимаю, что что-то произошло.

— Лика что-то натворила. Яра ушла, — выдаю правду.

На том конце провода повисла тишина на пару секунд.

— Что говорит дочь?

— Ничего, мам. Только лишь обвинения в сторону девушки. Но я не понимаю, с чего такие перемены. Они ведь хотели купить платье ей на выпускной.

Ударяюсь о стену затылком, стараясь привести мысли в порядок. И купили ведь. Пакеты так и остались в машине. Я про них забыл.

— Странно, — выдает задумчиво. — Привози. Только мы в деревне, — сбивает своими словами все планы.

Я-то думал, они в городе. А это за город ехать. Время. Но деваться некуда. Даю команду паковать вещи детворе и как можно быстрее собираться.

Мелкие воспринимают поездку как приключение и совместный отдых. Ничего. Я еще попробую выведать, что у них там случилось. Не верю, что Яра могла обидеть Лику.

До деревни добираемся небыстро. Кажется, весь мир против меня. А по возвращению в город пробиваю колесо.

Это карма небесная, что ли? Почему сейчас?

Убиваю минут тридцать на смену запаски и снова за руль. В сторону дома Ярославы. По пути набирал офис. Но Яры сегодня не было. Хотя она и предупредила, что не будет. А причину не назвала. Значит, с ней все в порядке? Хотелось верить.

Зарецки не перезвонил и на звонок больше не отвечал. Черт-те что!

Добрался до квартиры Ярославы. Но мне не открыли. Прислушивался, разглядывал окна. Но там темень. Будто и нет ее дома.

Тогда-то и срываюсь к Зарецкому домой.

Лариса меня не пускает. Одно радует, что девушка здесь. Спит. Переживала и не спала ночь. От этих слов нутро все сжимается. Понимаю, что бросил ее с мыслями плохими. Она любит детей моих. Видел же в каждом ее жесте и взгляде. Не подошел к ней. Не поговорил. Кусок идиота!

Лариса закрывает дверь квартиры. А я, недолго думая, опускаюсь на ступеньки, опираясь плечом о стену. Не уйду, пока не поговорим. Мне нужно извиниться. Я не готов ее потерять снова.

Глава 23

Ярослава

— Пап, — постучав, заглядываю в комнату.

Отец сидит за своим рабочим столом. Взглядом сосредоточен на экране ноутбука.

— Пап? — захожу, прикрыв за собой дверь.

— О, — поднимает взгляд. — Проснулась? — на его губах появилась улыбка.

— Угу, — киваю и подхожу к нему.

Целую в заросшую щеку, приобнимаю. Вдыхаю такой знакомый и родной запах с детства.

— Расскажешь, что у вас случилось?

Я сажусь в кресло рядом с ним, а он поворачивается в своем ко мне. Подбираю под себя ноги. И молчу. Не знаю, как начать разговор.

— Он приходил, — заговаривает первым.

Киваю.

— Слышала.

— Что у вас стряслось? — спрашивает. Хмурится и о чем-то думает. — Я обещал, если он тебя обидит я ему жизнь “сладкую” устрою.

— Я, наверное, вспылила, — отвожу взгляд.

— Ты?

— Я. Пап. То, что случилось, не важно. Нам надо самим в этом разобраться. Мне просто нужно остыть немного, — вздыхаю. — Мне нужно сказать тебе кое-что важное.

— И что же это? Переезжаешь к нам? — усмехается. — Я только за.

— Нет, пап. Хотя, да. Я пока поживу у вас, если вы не против. Лара не против, — улыбаюсь.

— Уже сговорились, — смеется. — Так что там за важная новость?

— Я беременна, пап. По крайней мере все на это указывает. Я очень надеюсь, что все именно так.

— И ты молчишь? — поднимается с кресла и подходит ко мне, обнимает крепко. Целует в макушку. — Ох уж этот Туманов! Таки заделал мне внука, — качает головой.

— Пап, я люблю его, — признаюсь отцу.

— Я не против. Только помиритесь, чтобы дети росли в полной семье.

— Мы обязательно все обсудим, — обещаю.

— Он знает?

— Нет, — качаю головой. — И пока говорить не хочу. Потому что УЗИ еще ничего не показало. Через дней пять покажет и тогда скажу. Но я уже чувствую это волшебное состояние.

— Дай бог, малышка.

После разговора с отцом я принимаю душ и ухожу в комнату. Достаю из кармана телефон и вижу сообщение от Макса. И пропущенные от него.

Сердце сжимается от обиды. Кручу телефон в руках и не знаю, что ответить.

Вдруг гаджет оживает в руках. Звонок. Туманов.

Мои руки дрожат. Я пялюсь на имя абонента, но брать не решаюсь. Телефон замолкает. За тем приходит сообщение.

“Я вижу, что ты в сети. Ответь мне, Яра. Прошу тебя”.

Когда-то у нас ничего не получилось.