Драйв - Кейт Стюарт

Я достала свои последние десять долларов и положила их на барную стойку, чтобы заплатить за пиво, которое мы не могли себе позволить, но Рид подхватил купюру и направился к музыкальному автомату.

— ЭЙ! — воскликнула я. — ЭЙ! — я вскочила и бросилась за ним, как раз в тот момент, когда автомат сожрал мои деньги.

Я не смогла сдержаться и дважды шлепнула его по лбу.

— Каброн!85

Он бросил на меня предупреждающий взгляд, прежде чем заговорить:

— Сегодня ты в моих руках, так что не беспокойся об этом. А теперь, женщина, — он указал на стоявший в углу музыкальный автомат, — перед тобой лучший, мать его, джукбокс86 в Остине. Выбирай мудро. За каждый трек тебя будут судить.

— О, ну всё, держись, — сказала я, перелистывая пластиковые обложки с песнями.

— За каждый трек, который я одобряю, — получаешь пиво.

— Даже так!? Сейчас ты увидишь, Краун, на что я способна!

У меня было шесть песен на выбор. Я перебирала кнопки на автомате быстро и уверенно — как настоящий профи, кем, по сути, и была.

Я села как раз в тот момент, когда зазвучала губная гармошка в песне When the Levee Breaks группы Led Zeppelin87.

Рид кивнул Джону, и мне было присуждено мое первое пиво. Я победно усмехнулась.

— Сейчас я преподам тебе урок, — сказала я, с наслаждением осушая холодное пиво и чувствуя, как настроение возвращается. Я начала покачиваться под музыку. Рид провел рукой по волосам; его трехдневная щетина скрывала ямочку на щеке. Я ненавидела его щетину за это.

— Итак, как давно ты сюда переехал?

— Когда мне было восемнадцать.

— И сколько тебе сейчас? — спросила я, смущенная тем, что не удосужилась спросить, сколько лет мужчине, с которым я сплю каждую ночь. Я просто полагала, что он ровесник Пейдж.

— Двадцать пять, — сказал он, отпивая пиво.

— Вот как, — пробормотала я, оценивающе глядя на него. — А когда ты родился?

— В тот же день, что и ты.

Я открыла рот, и сразу закрыла.

— Что?

Он нянчился со мной в свой день рождения. Внезапно я почувствовала себя самым большим куском дерьма в луже.

— Только не начинай. Ненавижу дни рождения. Я врал твоей сестре два года, говоря, что родился в Рождество. Всегда говорю, что уезжаю домой, и никуда не еду — просто чтобы избежать тортов и всей этой ерунды.

— Ого, — сказала я, отковыривая этикетку с бутылки, пока из динамиков играла песня Walking After You Foo Fighters88.

Мне присудили еще одно пиво.

— Думала, тебе не понравится эта, — сказала я с самодовольной усмешкой. — Она немного лайтовая. А еще потому, что ты похож на Дэйва Грола89. Но теперь, если присмотреться, — сказала я, прижимая лоб к его лбу, — ты выглядишь как более угрюмая версия. Как чувак, который ненавидит дни рождения и визжащих фанаток.

— Ошибаешься, — сказал он, подняв пиво, — мне нравится эта песня, и я люблю визжащих по мне фанаток.

Я взяла стопку, которую предложил нам Джон, молча чокнулась с ними и осушила ее как хороший предлог, чтобы скрыть легкий ожог от алкоголя, застрявший у меня в горле.

— Каково это? — спросила я.

— Что — каково?

— Играть?

Он посмотрел на меня, нахмурив брови.

— Ты ловишь кайф от этого?

— Да, — тихо сказал он, поворачиваясь на сиденье. — Когда толпа реагирует, и песня попадает в самое сердце — это круто. Адреналин зашкаливает, и когда всё заканчивается, ты просто остаешься полностью выжатым.

— Звучит как секс, — сказала я, толкнув его в плечо.

— Близко, но иначе.

— Господи, я так завидую. Я пыталась. Я хотела быть как Шон Исоулт.

— Кто? — спросил он.

— Бас-гитаристка из White Zombie90.

— А, да, она была крутой.

— Всё еще крутая, почитай, приятель. Они начали играть еще до моего рождения. — Я привлекла его внимание. — Знаю, что их признали только в конце девяностых, но они пахали десять лет, прежде чем пробиться. Вот что я пытаюсь тебе сказать.

— О, Господи, — сказал он, взглянув на Джона. — Еще один мотивационный спич.

— Нет, ладно, всё, — сказала я. — Хорошо, а ты знаешь, кому в рок-н-ролле выпал самый жирный шанс?

Он наклонился ближе, уголки его глаз смягчились, и он нежно поцеловал меня в губы.

Это было его первое публичное проявление чувств — если не считать того представления для Дилана — и это ошарашило меня до такой степени, что я почти забыла, о чем говорила. Почти.

— Всем им. Каждая группа, которую ты слышишь по радио. У них у всех есть история. — Я указала на входную дверь. — И у этих групп, которые приходят сюда каждый вечер, тоже будет своя. Некоторые из них не будут такими великими, как другие. Но именно для этого я здесь. — Я направила свое пиво в его сторону. — Чтобы писать о лучших.

Если бы Рид олицетворял какой-то взгляд, это была бы смесь секса и скептицизма.

— То есть если ты не можешь играть на басу как Бог, то пишешь о тех, кто может?

— Да, именно так, особенно если они так же недооценены, как Шон Исоулт.

— Она не недооценена.

— Ты даже не знал ее имени, — напомнила я.

— Убедила, — сказал он, когда мы чокнулись пивом.

Заиграла Redemption Song группы Bob Marley and the Wailers91, и Джон откупорил еще одно пиво, даже не глянув в сторону Рида. Я с радостью добавила ее к своей растущей коллекции бутылок.

— Хуанита, тащи свою задницу сюда! — крикнул Рид из-за стойки бара, наблюдая, как я виляю бедрами под Pride and Joy, Stevie Ray Vaughan92.

Наслаждаясь тем, как его взгляд скользил по моим зигзагообразным движениям рук над головой и двойному акценту бедрами под бас, я проигнорировала его приказ и позволила выпивке и стил-гитаре вести мое тело. Небольшая группа людей собралась за столиком у края танцпола рядом с джаз-боксом, пока я вытанцовывала, как какая-то бесстыдная двадцатилетка, которой была.

Я прокричала Риду, который смотрел на меня прожигающим взглядом со своего места:

— Моя мама говорила, что когда ты счастлив — ты должен танцевать! И когда ты зол — ты должен танцевать! И когда ты слишком много выпьешь текилы — ты должен танцевать… пока плачешь!

Столик рядом со мной взорвался аплодисментами, передавая мне очередной шот. Приветствуя обжигающее