Сколько у тебя? 20 моих единственных!.. - Карин Боснак

Рокфорд расположен в округе Виннебаго, и местные жители заявляют, что это название — в честь индейского племени виннебаго. Я говорю «заявляют», потому что насчитала там двадцать два трейлера и ни одного индейца[42]. Даже при моем отеле, «Клок Тауэр ресорт», была специальная парковка для трейлеров. Не хочу никого упрекать во лжи, но, согласитесь, вероятность того, что округ назван в честь производителя транспортных средств, стоит рассмотреть.

Пускай название отеля не вводит вас в заблуждение, я не пускаю деньги на ветер; это место скорее тематический парк, чем курорт. Справедливости ради следует сказать: это лучший отель в стиле «вестерн», расположенный прямо у автострады, где основным развлечением является семейная водная игровая зона с винтовой горкой. Вчера, проходя через вестибюль, мы с Евой столкнулись с двадцатифутовой водоплавающей змеей. Завидев ее, Ева зарычала, попыталась выскочить из сумки и броситься в атаку (как в случае с игрушкой Уэйда — в смысле с куклой), но я удержала ее. Я занервничала и с трудом усадила ее в машину. А потом чувствовала себя как одна из тех теток, которых показывают по Женскому каналу и которых играют Свузи Курц и Мередит Бакстер Бирни, — я как будто воспитывала ребенка на глазах у общественности. Понимаю, что Ева — всего лишь собака, но ей тоже нужна стабильность в жизни, особенно после всего, что она пережила.

Итак, об отеле.

Не слишком дорогой, восемьдесят долларов за ночь. Впрочем, если вы задерживаетесь на три ночи, это дороговато. Я приехала поздно вечером в четверг и с тех пор торчу напротив дома родителей Блондина. Сегодня уже понедельник, а Блондин не показывался. Единственными живыми существами внутри были его мать и отец, то есть два пожилых человека, жутко похожих на него. Я уже начала волноваться и не знала, чем себя занять. Прослушала записи 1997 года, которые напоминали о Блондине, несчетное число раз. Поверьте, хоть я и любила эти песни, но такое количество «Спайс герлз» никто не в состоянии выдержать. «Так скажи мне, чего ты хочешь, чего ты на самом деле хочешь, хочешь!»

Я не хочу, чтобы они воссоединялись, вот чего я хочу. И хочу, чтобы кто-нибудь рассказал мне, что случилось с «Чумбавамба»[43].

Подождав еще немного, я позвонила Колину уточнить, правильный ли адрес он дал. Когда он снял трубку, я приветствовала его песней:

— Мммбоп! Боп, боп, мммбоп! Йадайа-да-а-а! Бомп попс! Рок, рок, йе-йе-е-е… — Слов я вообще-то не знаю.

— Тебе стоит связаться с Лайонелом Ричи, — посоветовал он. Я посмеялась в ответ.

— Да, возможно. Слушай. У меня вопрос. Адрес Мэтта Кинга, который ты мне дал, — уверен, что он правильный?

— Абсолютно, — тут же ответил Колин. — На сто процентов.

Я разочарованно вздохнула. Где же может быть Блондин? На далекой звезде? Иль верхом на козе? В красном автомобиле? Иль верхом на кобыле? Он летит в самолете? Или просто «в улете»?

О… это уже близко к теме. Итак…

Где же Блондин?

Стихотворение Делайлы Дарлинг

Он мог загулять или просто выпивает.

А может, сейчас косяк забивает?

Рассыпает дорожку из кокаина?

Ест грибы или под амфетамином?

Колет в вену или нюхает клей?

А мне нужно найти его как можно скорей.

И я не отстану — не из таких я людей!

Да я талантлива, черт побери!

Внезапно из телефонной трубки доносится какое-то ворчание и щелчки.

— Что ты там делаешь?

— Качаю пресс. — В конце фразы голос Колина прервался. Видимо, он включил громкую связь.

— Качаешь пресс? Тебе это ни к чему, у тебя роскошные брюшные мышцы.

— А, так ты все-таки разглядывала мой живот!

— Ну, я бросила взгляд, поскольку он оказался прямо перед моим носом. Не могла удержаться.

— Ах вот как. — Колин явно не поверил такому объяснению. — А что насчет моих ног?

— По этому вопросу вынуждена сослаться на Пятую поправку[44], — хихикнула я. — Итак, ты фанатик фитнеса?

— Вовсе нет, но придется всерьез задуматься над этим, потому что, не хочу сглазить, но меня пригласили на пробы в «Живем только раз».

— В сериал «Живем только раз»? — восхищенно воскликнула я.

— Да, в сериал «Живем только раз». Ты его смотришь?

— Нет, просто… э-э, я знала, что ты актер, но не думала, что настолько хороший.

— Большое спасибо.

— Да ладно, я просто дразню тебя. Что ж, раз ты так занят, не буду отвлекать тебя.

— Ага, все равно мне пора заняться выпадами в широком шаге.

— Удачи. — Я уже отключила было телефон, но все же… — Ой, погоди, Колин!

— Да?

— Тебе не нужно делать выпады. У тебя и так роскошные ноги.

Я почти слышала, как он улыбался.

— Я знал, что ты разглядывала!

С улыбкой я положила трубку. Небольшой невинный флирт после стольких провалов — то, что доктор прописал. Воспрянув духом, натянула бейсболку и выглянула в окошко. Перед домом родителей Блондина остановился почтальон. Несколько секунд спустя он отъехал, а на пороге осталась стопка конвертов. Целая стопка. Внезапно мне в голову пришла идея.

Да, я знаю, что красть чужую почту нехорошо, — уголовно наказуемо как вторжение в частную жизнь (и я сама пришла бы в негодование, если бы стащили мою), но мне необходим хотя бы намек, ключ к разгадке. Мне необходима эта почта.

Уже через несколько секунд я, подобно адской летучей мыши, унесла с места преступления, сжимая в руках, стопку бумаг. Прыгнула в машину и заперла двери. Оглядевшись, дабы убедиться, что меня никто не видит, надела резиновые перчатки (на случай, если федералы надумают снять отпечатки пальцев) и начала с большого пакета. Из «Магазина на диване», адресовано матери Блондина. Я разорвала упаковку, заглянула внутрь и обнаружила там шесть махровых тюрбанов для волос, «не таких громоздких, как обычные полотенца», как гласит прилагаемый буклет. Поморщившись, рассмотрела один поближе. По-моему, такой же «громоздкий» и совершенно точно уродливый. Отложила пакет в сторону и принялась за почту.

Счета, счета, еще счета, а затем… маленький конверт из места под названием «Лили Понд». Разорвав его, я увидела записку: