Кто же я? - Анна Миланик

А вот охрана Кручинина не знала, как реагировать. Бежать к Ворону, который устроил потасовку, спасать шефа, дерущегося со своей же сестрой, или молча наблюдать?

Это их бездействие здорово помогало как мне, так и Ворону, смею полагать.

В рукопашном бою выигрывала я. Это, естественно, не понравилось Кручинину, поэтому, когда я сделала удушающий захват, он захрипел, обращаясь к своим людям:

— Остановите ее!

Те, повинуясь приказу, двинулись ко мне, но я, как зверь, вкусивший вкус крови, не хотела отпускать братца из капкана своих рук. Пока амбалы меня оттаскивали, я оставляла глубокие следы от ногтей на коже Макара. Выругавшись, он встал с земли. Какая досада! Так оплошать перед своими приближенными. Хитрец надеялся измотать меня своими конкурсами, а потом уж уложить в бою. Сто процентов неравном.

— Отпустите ее, — послышался голос мужа.

Ворон держал на прицеле Макара. Из потасовки, произошедшей в доме, он вышел победителем. Но сейчас стволы оставшихся во дворе бойцов были направлены на него. Его рану забинтовали, первую помощь оказали.

— Ты в невыгодном положении, — заметил братец, намекая на своих людей. — Не сумеешь всех перебить.

— А мне не нужны все. Выпустить пулю тебе в лоб я точно успею, а там будь что будет.

Защипало глаза, из них норовили покатиться слезы. Какой он все-таки классный. Мой муж, защитник.

На несколько минут показалось, что победа на нашей стороне, но в следующее мгновение Алекса стукнул по голове один из людей Макара, который подкрался сзади.

— Бездари! — Кручинин плюнул на землю. — Как можно было так оплошать? За что я вам деньги плачу? Тащите его к дереву.

Труп Болта сняли, и его место занял Ворон.

Конечно, я попыталась помешать этому всему, понимая, что ничего хорошего братец не затевает. Но разве у меня могло получиться? Теперь за мной зорко следила часть охраны, направив оружие, чтобы не вздумала рыпаться.

— Теперь замечательная у нас с тобой будет игра, сестренка. Решающая. Будем считать, что у нас пока «один — один». Условия следующие: оружие огнестрельное. Цель — твой муженек.

Псих! Как же меня бесило играть по его правилам! А теперь на кону жизнь Алекса. И, как оказалось, моего любимого мужа.

— Я, естественно, понимаю, что доверять тебе оружие очень опасно, но хочу, чтобы ты знала: если ты решишь пристрелить меня, то твоего мужа тут же убьют, а потом и тебя. Поэтому без глупостей.

Как мне хотелось именно это и сделать: пустить младшему Кручинину пулю в лоб. Один из людей Макара встал рядом с Вороном и наставил на него пистолет.

Обеспокоенно взглянула на Алекса. Бледный, без сознания, привязанный к дереву. Сердце сжалось от боли.

— Кто первый стрелять будет? — будничным тоном осведомился братец.

— Я не буду стрелять в своего мужа, — уверенно заявила.

— О, это отличная идея, но твоя задача как раз-таки его не ранить, только расстояние будет побольше, — усмехнулся Макар. — Ты должна попасть в ствол дерева рядом с ним. Выстрел в воздух — это поражение. Не попала, значит, я стреляю, но мишень у меня побольше, чем твоя: весь твой муж, — противно заржал Кручинин.

И мы отошли от дерева на приличное расстояние. От нервов вспотели ладони. Дерево такое маленькое. Как стрелять, чтобы не угодить в Ворона?

В руки попал ТТ. Желание пальнуть в Макара только усилилось, но мысль потерять дорогого мне человека останавливало от такого риска.

Напряглась. Прицелилась в точку чуть выше Ворона и нажала спусковой крючок.

В цель попала. Воронцов не пострадал, но выстрел заставил его очнуться.

Вздохнула облегченно. Бледный муж внимательно следил за моими движениями.

— Еще два выстрела, — следя за мной, сказал братец.

Пистолет в руке дрогнул. Алекс напрягся. Прицелилась, готовая к стрельбе.

Человек, державший на прицеле Ворона, упал. В него прилетела пуля.

«Это не я», — пронеслось в голове. Я не успела нажать на спусковой крючок. Или успела? Все последующие события происходили с молниеносной скоростью.

Услышала выстрел рядом с собой и вскрик Макара. Его ранили в руку. Во двор вбежали люди в черной форме с нашивками «Кобра». Сердце от радости застучало быстрее. Мы спасены! Кинулась к Алексу. Следом за мной на помощь спешил Вадим. Оно и понятно. Сейчас Ворон очень нуждался в медицинской помощи.

— Спасибо за оперативность, — произнес Алекс, глядя на Вадима, когда его отвязали от дерева.

Я повисла на нем и расплакалась.

— Не мог пропустить такую вечеринку, — хмыкнул доктор. — Приехали, как только ты позвонил.

— Ты молодец, детка. Классно стреляешь, — чуть скривившись от боли, произнес Ворон.

Какая я все-таки стала сентиментальная! Нервы ни к черту. Вся эта череда событий в жизни, нет абсолютно никакой передышки. Нервы сдали. Я вдруг запоздало испугалась, что могла потерять Алекса, а еще больше от того, что могла сама его пристрелить.

Слышались проклятия братца, на него надели наручники. Угрозы неслись в мой адрес, но для меня они были пустым звуком.

— Кто пришил Болта? — осведомился человек в балаклаве, глядя на труп. По всей видимости, их главный.

Телом Болтянова занялись судмедэксперты.

— Макар, — уверенно сказал Ворон.

— Чудесно, — обрадовался командир. — Так быстро мы убийства еще не раскрывали.

— Не хотел бы вам мешать, но Александра нужно отправить в больницу, — сообщил Вадим очевидный факт.

Наконец-то я отлипла от Ворона.

— Я в норме, — сказал он, снова привлекая меня к себе и обнимая за талию.

Может быть, я бы и поверила ему, но кровь на голове, бледный вид и огнестрельное ранение говорили об обратном.

Мы приехали в больницу, а в голове сидела всего лишь одна мысль: неужели все закончилось? Весь этот ужас. Постоянные преследования и угрозы со стороны Макара. Больше не нужно быть все время на стреме, переживать, что меня застанут врасплох. Хотя, если бы не Кручинин-младший, то я не встретила бы Ворона. Хоть какой-то плюс.

Параноидальная идея Макара привела его к тюрьме. Оно и к лучшему. Могло все закончиться смертью. И я при всем этом все же не сдала его. Он сам постарался. Совсем башню снесло. Хороший подарочек на день рождения — братец теперь в тюрьме. Не знаю, удастся ли привлечь его за другие грешки, но покушение на Воронцова и убийство Болтянова ему зачтут.

Вдруг в голову пришла мысль, которая мне не понравилась. Макар в тюрьме, Болтянов мертв,