Константин - Лана Морриган

Она думала, что вот-вот откроет глаза и окажется снова в палате, среди белых простыней и капельниц, с тревожным взглядом Алисы, с уставшими лицами родителей. Думала, что тело вновь будет тяжелым, а каждая клеточка — ломкой и слабой.

«Я умерла? — подумала она, не решаясь озвучить свой страх вновь. — Может, это и есть смерть? Теплая, тихая. Рай для меня — это Константин. Его руки, его глаза, его голос».

Она не знала, чего боится больше: проснуться или поверить, что счастье навсегда.

Пальцы Леи осторожно скользнули по его груди. Под ее ладонью билось сердце.

Она закрыла глаза крепче, стараясь удержать момент, словно если прижмется к мужчине сильнее, то время перестанет двигаться и реальность не сможет забрать ее назад.

Их мир был замкнут в шелке простыней и полумраке комнаты, но постепенно тишина начала трескаться. Снаружи просыпался город. Сквозь тяжелые шторы доносились далекие, но резкие звуки: лай собаки, голоса прохожих, звонкий смех ребенка. Проехала машина, гул ее мотора прорезал воздух, и Лея вздрогнула.

Она приподнялась на локте, вслушиваясь в какофонию пробуждающегося города.

Губы Леи приоткрылись, дыхание стало поверхностным. Она прижала ладонь к горлу, желая удержать жгучее чувство, разливающееся по венам.

Константин уловил изменения в Лее мгновенно.

— Ты голодна? — спросил он спокойно.

Она облизала припухшие губы и кивнула.

— Безумно.

Вампир соскользнул с постели. Движения были быстрыми и четкими, лишенными суеты. Он открыл скрытый отсек в тумбе, достал два тонких фужера и перелил в них алую жидкость. Кровь текла медленно, вязко, переливалась рубиновыми отблесками. Манила. Обещала успокоение.

— Выпей, — сказал Константин негромко, протягивая ей один из фужеров.

Лея села, подтянув колени.

Холодное стекло дрожало в ее пальцах.

— Это же кровь, — произнесла она откровением. — Кровь? — спросила с сомнением.

— Верно, — Константин не стал медлить и осушил фужер, подавая пример своему «сердцу».

— Мне всегда нужно будет пить кровь?

— Всегда.

— А это… это не сделает меня монстром?

Константин сел рядом, так, чтобы их плечи соприкоснулись.

— Быть монстром — это выбор.

— А ты… ты был монстром?

— Был.

Лея недолго смотрела на почти черную жидкость в фужере. К жажде прибавилось сомнение, но жгучая пустота внутри толкала вперед. Она прижала стекло к губам и сделала первый глоток.

На этот раз боль в горле была короче. Лея шумно выдохнула, прильнула к бокалу и осушила его до дна, жадно облизав губы.

— И все-таки вкусно, — прошептала она, не решаясь взглянуть на Константина.

В этот момент на первом этаже раздался тихий щелчок замка, затем шаги и приглушенный голос. Кто-то вошел в дом и говорил по телефону. Лея вздрогнула, резко подняла голову, вслушиваясь.

— Кто это?

В нос ударил новый запах. Сильный, пряный, с примесью хвои и прохладной земли. Он был странным, слишком насыщенным. Лея прикрыла нос ладонью, но аромат только сильнее проникал внутрь, вызывая волнение и тревогу.

— Константин… кто это? — повторила она, шипя.

— Моя коллега. Бывшая ученица. Она пришла в лабораторию, что на третьем этаже.

— Но… — Лея сжала простыню, ее зрачки расширились. — Она не человек.

Константин кивнул.

— Верно. Яна — оборотень.

Лея резко выдохнула, не понимая, бежать ей прочь или бросаться на запах.

Константин накрыл ладонь Леи своей.

— Тише, — произнес он. — Она не враг.

Но Лея не могла успокоиться. Запах оборотня врывался в ее легкие, бил по рецепторам, дергал за нервы. Он был навязчивым, чужим и раздражающим.

— Это… слишком, — прошептала она, сжимая виски. — У меня все внутри… кричит. Она опасна.

— Она другая, да, — мягко согласился Константин. — Но опасности для тебя нет. Тебе нужно время, чтобы привыкнуть. Ты не вовремя, Яна! — громко сообщил вампир гостье.

Шаги внизу прекратились и последовал ответ:

— Прошу прощения.

— Только не спеши, — попросил Константин, вызывая у Леи недоумение.

Если судить по звукам, гостья вернулась к двери, вышла на улицу.

Хруст гравия.

Звук двигателя спортивного автомобиля, шуршание шин, и на территории дома наступила тишина.

— Зачем ты попросил ее не спешить?

— Не хотел, чтобы ты восприняла ее спешку как слабость.

Лея прижалась к плечу Константина, стараясь уловить только его запах.

Высший вампир погладил ее по обнаженной спине.

— Мы древние враги, даже если не воюем. Твое тело реагирует правильно. Я все контролирую, не бойся себя, — сказал он и поднялся с кровати. Открыл комод, достал одну из своих рубашек и хлопковые штаны.

— Встань, — мягко попросил он.

Лея послушно опустила ноги на пол, простыня сползла, и Константин помог одеться. Сначала натянул штаны, придерживая Лею за талию, чтобы она не потеряла равновесие. Потом расправил длинные рукава рубашки, обернул Лею в прохладную ткань и аккуратно застегнул верхние пуговицы.

— Так лучше, — произнес он наконец и чуть пригладил ее взъерошенные волосы.

Лея опустила взгляд на рукава, почти полностью закрывающие ее ладони, и рассмеялась.

— Я выгляжу нелепо.

— Ты выглядишь моей.

Он достал комплект одежды для себя и начал рассказывать:

— В этом мире есть не только люди. Вампиры. Ты уже знаешь об этом. Существуют оборотни.

Лея подняла встревоженно голову. В этот момент могло показаться, что Константин не контролировал передвижения и ее действии, но это было не так.

— Значит, сказки были правдой?

— Сказки — это отражение реальности, искаженной временем, — ответил он. — Есть люди. Есть ведьмы. Те, кто видят больше, чем простые люди. Есть демоны.

Сейчас Лея потеряла интерес к внешнему миру, она сосредоточилась на рассказе Константина.

— Вампиры ненавидят оборотней. Оборотни ненавидят вампиров. Ведьмы презирают вампиров, терпят людей и боятся и ненавидят демонов. Демоны ненавидят и презирают всех. Если бы были соревнования по высокомерию и жестокости, демоны по праву заняли первое место.

— А вампиры? — поинтересовалась Лея, впитывая новую информацию, как губка, и все больше убеждаясь в том, что происходящее не может быть правдой.

— Вампиры заняли второе место. Ведьмы третье. Оборотни миролюбивы по своей природе. Если дело не касается их пары и потомства. Они редко включаются в конфликты. Не пытаются доказать силу и демонстрировать власть. Прекрасно ассимилировали в обществе людей. Мы —