Маскарад - Мэри Кингслей

Начался второй акт, и в театре стало заметно какое-то движение. Зрители начали перешептываться. Сделав паузу, Бланш бросила взгляд в зрительный зал и замерла – отовсюду к сцене пробирались солдаты. Но страшнее всего было то, что у стены стоял человек с моста Ламбет, из таверны Табарда, человек, который был в театре на прошлой неделе, который, по непонятным причинам, преследовал Саймона и ее.

– Будьте осторожны, принцесса! – послышался голос из-за кулис, Бланш оглянулась и увидела лакея, своего возлюбленного, в расшитой ливрее и напудренном парике. Но это был вовсе не Томас, перед ней стоял Саймон.

– О Боже! – от неожиданности воскликнула Бланш, зрители засмеялись. – Что вы тут делаете?

– Ваша преданность госпоже доведет до беды, – сказал Саймон следующую реплику своего героя. – Продолжайте, – добавил он шепотом.

– Мне нет дела до того, что вы думаете, вас поймают!

– Нет, вы лукавите, вам есть до этого дело. Есть план, будьте настороже.

Бланш механически продолжала играть роль, как вдруг в зале кто-то заулюлюкал.

Что-то упало на сцену прямо перед Бланш и забрызгало ей юбку – это был гнилой помидор.

– Мы хотим Одетту, – закричал кто-то из зрителей. Тут же к нему присоединились еще несколько голосов, другие зашумели, требуя продолжения пьесы. Откуда-то из угла снова послышался крик, требующий Одетту, и в партере завязалась драка.

– Что нам делать? – спросила Бланш, перестав думать о роли.

– Ждать, – ответил Саймон. Его глаза скользили по зрителям, драка распространилась уже по всему залу. – Возможно, у нас есть шанс спастись.

– Бей красные камзолы! – крикнул знакомый голос, и зрители тут же переключились на солдат. Началось настоящее побоище, все разом забыли про актеров, занятые исключительно солдатами.

– Сюда! – кто-то громко позвал Бланш. Только она повернулась, как Макнелли схватил ее за руку и потащил за кулисы. Теперь она поняла, кто был зачинщиком драки, – У солдат сейчас достаточно проблем.

– Солдаты за сценой? – спросила она и почувствовала, что Саймон схватил ее за другую руку.

– О них не беспокойтесь, все побежали в зал.

– А ты отчаянный парень, Макнелли, – сказал Саймон, стягивая парик и бросая его на пол.

– А ты не знал, – откликнулся Макнелли. – Но у нас нет времени восторгаться друг другом. Наденьте это.

Он протянул Бланш огромную шляпу. Они побежали по коридорам, сквозь людскую толчею.

– Он был в зале, – сообщила Бланш, запыхавшись, – тот человек, что был в театре.

– Его зовут Хейвуд, – сказал Макнелли, останавливаясь перед боковой дверью на улицу. – Стойте здесь, а я посмотрю, что снаружи. – Все в порядке, солдаты на улице тоже заняты.

– Кто он? – спросил Саймон, пока они бежали вдоль стены театра.

– Все, что я знаю, так это то, что его зовут Квентин Хейвуд. Осторожно, здесь ступеньки, не оступитесь в темноте.

Они спустились к аллее, которая тянулась параллельно театру. Теперь они были недалеко от центрального входа. Здесь тоже слышались крики, звуки ударов и топот тяжелых сапог.

– Сюда!

Макнелли опять схватил Бланш за руку и толкнул ее в темноту позади здания театра.

– Там дорога, идите по ней, не сворачивая, и придете…

– Вот они! Держи их! – закричали в темноте, противоположный конец аллеи осветили факелы.

– Бегите! Я задержу их, – сказал Макнелли, подталкивая Бланш.

– Я никогда этого не забуду, – успел сказать Саймон, и они с Бланш побежали по дороге, которую им указал Макнелли.

– С ним все будет в порядке? – спросила Бланш, пытаясь не отставать от Саймона. Она снова стала беглянкой, снова покинула мир, который стал привычным, но почему-то это совсем не трогало ее. Бланш была почти счастлива.

– Побереги дыхание, – сказал Саймон, даже не подозревая, что творится на душе у Бланш. – Макнелли может позаботиться о себе.

– Ты знаешь, куда идти?

– Нет, Макнелли успел только показать дорогу, когда мы шли из амбара в театр.

Со стороны театра все ближе слышались крики.

– Сюда, – сказал Саймон и стал подталкивать ее наверх. – Полезай на стену!

– Хорошо, что у меня был брат, – пробормотала Бланш, цепляясь за плющ, который увивал изгородь. Оказавшись наверху, она охнула. Стена была высотой в десять футов, и с обратной стороны не было плюща, по которому они смогли бы спуститься в сад. Вдруг Саймон оказался рядом с ней на стене. Он прыгнул вниз и мягко приземлился с обратной стороны. Оказавшись на земле, он поднял руки, чтобы поймать ее. Бланш прыгнула не раздумывая, и его сильные руки подхватили ее.

– Сюда.

Они побежали к противоположной стороне сада. Где-то совсем рядом залаяла собака, в окне появился свет.

Он остановился как раз позади коттеджа, вглядываясь в темноту. Затем они пробрались через живую изгородь, быстро перебежали дорогу и снова оказались в чьем-то саду.

– Думаю, я знаю, где мы.

– Мы будем здесь прятаться?

– Нет, здесь нас быстро найдут. Но у меня есть план. Ты сможешь бежать? – Саймон потянул ее за руку и через некоторое время они оказались на берегу реки.

– Не бойся, здесь неглубоко, – успокоил ее Саймон.

– Почему, когда я с тобой, непременно должна переходить вброд реки? – возмущалась Бланш, идя по пояс в воде, позади уже слышался лай собак.

Наконец они перешли реку и выбрались на крутой берег.

Бланш выбилась из сил, когда они, наконец, миновали склон. Перед ними рассталась ровная местность, а слева виднелись какие-то постройки.

– Где мы?

– На церковном кладбище, – ответил Саймон, отпирая ворота. – Если я правильно понял, Макнелли устроил нам убежище где-то здесь.

– Саймон, только не на кладбище!

– И они без труда найдут нас, – сказал Саймон и оглянулся. – Мы оставляем следы.

– А чего ты хотел после перехода реки? – съязвила Бланш, следуя за ним среди могил, которые едва вырисовывались в темноте.

– Мы не сможем перебраться через мост, – подал голос Саймон и неожиданно остановился, Бланш налетела на него, едва не сбив с ног. – Осторожно!

– Ой!

Бланш потерла ушибленный нос.

– Саймон, что мы вообще тут делаем?

– Прячемся. Вон там есть склеп… Проклятие!

Позади них неожиданно появились отблески фонарей и послышались голоса.

– Только не склеп.

Это было уже слишком. Они стояли перед небольшой постройкой в готическом стиле из белого мрамора. Бланш вздрогнула. Саймон потянул за ручку.