Брак поневоле - Барбара Картленд

Переходя из комнаты в комнату в сопровождении княгини, Камилла заметила, что не все из гостей удостаивались личного приветствия членов правящей семьи. Это подтвердилось в третьей гостиной, когда княгиня тихо сказала:

– Это горожане. Нам нужно поговорить лишь с некоторыми из них.

Девушка подумала, что эти люди выглядели более интересными и живыми, чем разодетые аристократы. Обменявшись несколькими словами с мэром и членами городской управы, весьма польщенными тем, что им довелось быть представленными членам правящей семьи, княгиня и сопровождавшие ее Камилла и Хедвиг прошли через огромные резные двери и оказались в длинном коридоре, где через каждые шесть ярдов стояли ливрейные лакеи, но не было видно гостей.

Княгиня оживленно повернулась к сыну:

– Церемония окончена, Хедвиг. Мы можем пойти в гостиную. Думаю, Камилла не откажется от чашечки английского чая.

– Мне жаль, мама, но я не смогу сопровождать вас, – ответил князь тем же лишенным выражения голосом, отчего казалось, что говорит полуживой человек. Княгиня нахмурилась.

– Я полагала, что мы обо всем договорились, – сказала она, и в ее голосе явно послышалось раздражение.

– Сожалею, но это невозможно, – ответил князь. – Я провожу вас в гостиную.

Княгиня, поджав губы, устремилась вперед. Было видно, что она очень рассердилась. Они вошли в комнату с выходившими в сад окнами. Комната показалась Камилле огромной, но княгиня сказала:

– Это моя маленькая личная гостиная. Как видите, в ней много дорогих мне вещей и портретов.

Их действительно было много. Портреты украшали пианино, туалетные столики и каминную полку. Многие из них были оправлены в серебряные рамы, увенчанные короной; на некоторых внизу стояли автографы.

На столике возле камина стоял сверкающий серебряный сервиз, типично английский. С чувством тоски по дому Камилла разглядывала чайники для заварки и кипятка, молочник, сахарницу и, конечно, чайницу, которые были очень похожи на те, которыми пользовалась ее мать.

Еще раз осматривая комнату, Камилла поняла, как все в ней было истинно по-английски. Княгиня могла править Мелденштейном, но в своих вкусах и привязанностях она оставалась англичанкой. Благоговейный страх Камиллы перед княгиней немного уменьшился, и она даже прониклась некоторой теплотой к своей будущей свекрови.

– Как все здесь восхитительно! – воскликнула Камилла и была вознаграждена улыбкой княгини.

– Ну же, Хедвиг, посиди с нами хотя бы недолго, – попыталась княгиня уговорить своего сына.

– Я уже говорил вам, мама, у меня другие планы.

– В таком случае весьма маловероятно, чтобы ты сегодня снова увиделся с Камиллой.

– Мы увидимся завтра, – равнодушно ответил князь, обращаясь к матери и даже мельком не взглянув на невесту.

Камилла с любопытством посмотрела на князя. Он действительно выглядел гораздо старше своего возраста. В свое время он, очевидно, был очень красивым юношей чисто германского типа. Камилла уловила черты фамильного сходства на портретах его предков, развешанных по стенам. У всех у них были квадратные лбы, белокурые волосы, которые у князя Хедвига начинали уже седеть на висках, и холодные светло-голубые глаза.

Но глаза князя Хедвига казались необычайно темными. Довольно трудно было понять, какого они цвета, поскольку обрамлявшие их ресницы были очень светлыми, а разговаривая с матерью, он прикрывал глаза, словно ему был нестерпим солнечный свет, проникавший сквозь окна.

Цвет лица князя также показался Камилле странным – он был болезненно-желтым. Камилла подумала, не заболел ли князь, когда жил на Востоке, и не лихорадка ли причиной тому, что его кожа была похожа на иссохший пергамент, что определенно его очень старило.

Снимая перчатки, Камилла слушала разговор княгини с сыном. Наконец, щелкнув каблуками, князь Хедвиг поклонился и поднес к губам руку матери, после чего повернулся к Камилле.

– Мы увидимся завтра, – сказал он официальным тоном и, наклонившись, также поднес ее руку к губам. Пальцы его были холодны как лед. «Словно прикосновение мертвеца», – подумала Камилла, с трудом подавив в себе отвращение.

Не промолвив больше ни слова, князь повернулся на каблуках и вышел из комнаты. Камилла с удивлением посмотрела ему вслед. Она уже готова была заговорить, когда раздался мягкий, успокаивающий голос княгини:

– Подойдите и сядьте, мое дорогое дитя. Я должна извиниться за Хедвига, но он слишком переутомлен. Последнее время у него было много хлопот и волнений, пришлось сделать массу приготовлений к вашей свадьбе. Камилла глубоко вздохнула и смело спросила:

– Простите меня великодушно, ваше высочество, но вы уверены, что князь Хедвиг действительно хочет на мне жениться?

Княгиня привлекла Камиллу к себе и усадила рядом с собой на диван.

– Моя дорогая, – сказала она. – Мне слишком хорошо известно, что вы сейчас чувствуете. Хедвиг порой действительно испытывает мое терпение, но дело в том, что он очень застенчив. Он очень скован в присутствии посторонних. Когда вы останетесь с ним наедине, вы увидите, он будет совсем другим.

– Я полагаю, что мы еще увидимся с князем до завтра? – поинтересовалась Камилла. – Как мы можем вступить в брак, не обменявшись друг с другом и парой слов?

– Когда я приехала сюда из Англии, я впервые встретилась со своим будущим супругом на ступеньках алтаря и, тем не менее, прожила с ним очень счастливую жизнь вплоть до его кончины.

– Я хочу знать, ваше высочество, действительно ли князь Хедвиг хочет, чтобы этот брак состоялся? – настаивала Камилла.

Княгиня открыла серебряную чайницу и засыпала ложку ароматного чая в чайник.

– Мой сын, – ответила она, помолчав мгновение, – в самых пылких словах выразил мне свое желание не просто жениться, а жениться именно на вас – Она закрыла крышку чайника и продолжала: – Бесспорно, у него был очень большой выбор невест, но именно вас он захотел взять в жены, как только услышал о вашей красоте и обаянии.

– Но кто мог рассказать князю обо мне? – спросила Камилла.

Княгиня тихо рассмеялась.

– Какая вы рассудительная девушка, – сказала она. – Я вижу, вы не только умны, но и обладаете искренним и открытым нравом, который с первой же встречи завоюет сердца ваших подданных.

Княгиня налила чай в чашку.

– Что вы желаете к чаю, – спросила она Камиллу, – лимон или молоко?

– Лимон, пожалуйста, – быстро ответила Камилла, пытаясь сосредоточиться на разговоре, важность которого она интуитивно ощущала. – Вы не назвали мне имя вашего осведомителя, ваше высочество, – подсказала Камилла.

Княгиня снова рассмеялась.

– Ваша настойчивость будет вознаграждена, – сказала она. – Во-первых, у меня много друзей и родственников в Англии, а во-вторых, когда не так давно оккупационная армия вошла в наше небольшое государство, многие английские офицеры говорили мне, что вы самая прелестная девушка во всей Англии. Теперь, познакомившись с вами, я вижу, что они нисколько не преувеличивали.