В ожидании счастья - Джил Грегори

– Еще двадцать шагов, – хрипло прошептала она. И пошла дальше под палящим солнцем.

Хэтти Бенсон вдохнула аппетитный запах яблочного пирога. В такую жару лучше всего съесть яблочный пирог. Как только он немного остынет, она выйдет на веранду и будет наслаждаться. Она смочила водой салфетку и протерла свое полное потное лицо и шею. Было около полудня – самое жаркое время дня, и делать ничего не хотелось, разве что посидеть немного на веранде, обмахиваясь веером. В доме стояла непривычная тишина – мужчины должны вернуться после продажи скота не раньше чем через месяц. Она очень скучала по Биллу и сыновьям, но, как убеждала себя Хэтти, направляясь к двери на веранду с салфеткой в руках, она и отдыхала – ведь готовки, стирки и уборки стало значительно меньше. Когда она открыла дверь, ее охватил поток раскаленного воздуха. Застонав, она опустилась в кресло в углу веранды. С приятным чувством она снова протерла прохладной влажной салфеткой шею, промокнула щеки и виски и выжала последние капли воды в вырез платья. Как хорошо сидеть здесь в тени и не двигаться. Она пожалела, что не догадалась взять с собой ведро воды, чтобы опустить в него ноги, но теперь ей было лень встать и пойти за ним. Удовлетворившись тем, что у нее есть влажная салфетка и кресло-качалка, она прикрыла глаза от слепящего, жестокого техасского солнца.

Она уже почти уснула, когда до ее слуха донесся странный шелестящий звук. Она выпрямилась и тревожно осмотрела двор, пытаясь разглядеть, что нарушило сонную полуденную тишину. Она козырьком приложила руку к глазам и прищурилась, увидев странную фигуру, приближавшуюся к колодцу.

– Что за… – пробормотала она, приподнявшись с кресла, и тут ее пронзил ужас. В тот же миг она сбежала с веранды и помчалась через двор, забыв про усталость и палящий зной.

Мэгги брела вперед, наполовину ослепшая от солнца и усталости. Мышцы на спине и в руках болели так, что от этой боли на глазах выступили бы слезы, если бы в ее теле осталась хоть капелька влаги. Она в отчаянии чувствовала, что уже падает на землю, падает… Но стоит ей опуститься, она больше не поднимется. А ей нужно… во имя Эбби, Регины, Джоны… не останавливаться! Еще двадцать шагов…

– Мэгги Блейк? О Боже!

Мэгги упала на колени, кто-то взял Эбби из ее рук, Регина сползла с ее спины на землю. С губ ребенка сорвался тихий стон.

– Амелия? – Мэгги с умилением смотрела на женщину, стоявшую перед ней и прижимавшую к груди Эбби. Ее охватила такая радость, такая благодарность, что она чуть не задохнулась. Затуманенным взором она рассматривала Амелию: любимое морщинистое лицо, белый узел волос. – О, Амелия, слава Богу, что ты здесь. Помоги Регги. Она хочет пить. И Эбби тоже. Она выпала из коляски и ударилась головой. И мне кажется, у нее сломана рука.

– Я унесу Эбби в дом, а потом вернусь за Региной. И за вами, – отчетливо произнесла Амелия, унося Эбби.

– Не беспокойся обо мне, я могу идти, – прошептала Мэгги в пустое пространство. Она хотела посмотреть, куда идет Амелия, но не могла поднять голову. Тут она снова услышала стон Регины.

– Все хорошо, дорогая. Амелия нам теперь поможет. – Она произносила слова, но с ее губ не сорвалось ни звука. Трава ласкала ее щеку, солнце припекало затылок. Мэгги хотела сесть, но когда пошевелила головой, весь мир вокруг вдруг закружился, превращая траву, деревья и солнце в ошеломляющий калейдоскоп оранжево-золотисто-черного цвета. А когда все вокруг стало черным, она погрузилась в эту тьму, в холодную пучину и больше не чувствовала ни ветра, ни травы, ни солнца.

* * *

– Выпейте, но немного. Вы заболеете, если не будете сдерживаться некоторое время. – Хэтти Бенсон наблюдала за тем, как Мэгги жадно пила воду из тонкого кувшина. – Достаточно, – резко сказала она, забрав кувшин.

Мэгги лежала на высоких вышитых подушках на диване, набитом конским волосом, в доме Бенсонов. К ее лбу кто-то прижимал мокрую салфетку.

– Где Эбби и Регина? – По мере того как к ней возвращалась память, ее начала охватывать тревога. Она попыталась подняться, но, почувствовав неожиданную слабость, снова откинулась на подушки. Она все еще смертельно хотела пить, кожа горела и казалась покрытой волдырями, а руки болели так, как будто их жгли огнем. Она посмотрела на круглое, спокойное лицо Хэтти, разглядывающей ее из кресла. – Вы послали за доктором? Рука Эбби…

– Вам не стоит беспокоиться. Я наложила хорошую шину. И рана на голове перестала кровоточить, порез оказался не таким уж глубоким. Бедная девочка сейчас спит – если говорить точнее, они обе спят в кроватях моих сыновей. Но скажите, Мэгги Блейк, как вы попали в прерию с этими двумя девочками в такой денек? Вам троим очень повезло, что вы остались живы.

– Знаю. – Мэгги убрала с глаз упавшую прядь волос и потянулась за кувшином с водой. – Мне нужно еще немного.

Хэтти молча подала ей кувшин.

Мэгги пила медленно, вспомнив о последствиях, которые ждут человека, выпившего слишком много воды после дня, проведенного в жаркой пустыне. Но вода была такой вкусной, холодной и сладкой, чистой, как снег… Она с усилием оторвала кувшин от губ и встретилась со строгим взглядом Хэтти. Потом рассказала, что случилось с ними по пути в город.

– Разумеется, было глупо с моей стороны ехать в такую жару, – закончила она. – Как подумаю о том, что могло случиться…

– Девочки заслуживают хорошей порки за то, что начали драться за фляжку, как глупые щенки койота, – заметила Хэтти. – Но полагаю, они и так достаточно наказаны, – снисходительно согласилась она, когда Мэгги попыталась ей возразить. Хэтти некоторое время молча рассматривала ее, изучая растрепанные рыжеватые волосы, из которых выпали все шпильки, обожженные солнцем щеки и потрескавшиеся губы. Глаза Мэгги покраснели и воспалились.

– Вы сделали доброе дело, Мэгги Блейк, – сказала наконец Хэтти и кивнула. – По-настоящему доброе, – повторила она. – Не знаю, как вам, такой хрупкой женщине, удалось пронести их такое расстояние и в такую жару! Это настоящее чудо, но я видела его своими глазами!

– Я сделала то, что должна была сделать.

– Однажды я проехала двадцать миль в метель, чтобы отвезти моего Джо к доктору. – Хэтти покачала головой. – Мы оба чуть не замерзли в пути, но мы сделали это! – Ее глаза встретились с глазами Мэгги, и впервые с того дня, как Мэгги познакомилась с ней, лицо Хэтти смягчилось и на нем появилось некоторое подобие искренней улыбки.

– Вы должны остаться здесь и отдохнуть, а я позабочусь о ваших малышках. Они молоды и полны сил. Они без труда выкарабкаются.

– Миссис Бенсон. – Мэгги села, почувствовав, как у нее засосало под ложечкой, когда она увидела, как далеко продвинулось солнце на запад. – Уже поздно, мне нужно домой. Мой сын уже должен проснуться, и его надо покормить.

Хэтти Бенсон уже направлялась к лестнице, ведущей на второй этаж. Она обернулась и кивнула Мэгги:

– Не беспокойтесь, дорогая. Я отвезу вас домой. Мы устроим удобную постель для Эбби в моем фургоне, и я дам ей несколько капель виски, чтобы она спала и не чувствовала боли в руке от тряски. Положитесь на меня, и я мигом доставлю вас обратно в Тэнглвуд.