Смерть в наследство - Татьяна Алюшина

Говорить не пришлось. Сделав заказ и пожелав друг другу приятного аппетита, не изменяя хмурому молчанию, как основной защитной линии поведения, они как-то очень быстро поели. Вероника даже не почувствовала вкуса того, что ела.

Все-таки хот-дог — не такая уж плохая идея!

Они вышли из кафе, и Вероника подумала, усмехнувшись про себя невесело, что погода, неожиданно изменившись, весьма соответствует ее настроению.

Набежали тяжелые дождевые тучи, надежно спрятав солнце, и поднявшийся ветерок оказался пронизывающим и прохладным.

Кнуров поставил машину на небольшом пятачке, правой стороной вплотную к стене дома, заехав на тротуар. Собственно, когда они подъехали, нашли единственное и совсем неудобное место, где можно было хоть как-то припарковаться.

Вообще, чтобы найти в центре Москвы днем место для парковки да еще умудриться его занять, надо обладать навыками циркового акробата, выступающего в паре со своей машиной, или автотрюкача со спецподготовкой.

Пока они не то обедали, не то ужинали, джип Сергея приперла сзади красная «ауди», и сейчас он изображал некий высший пилотаж, пытаясь вырулить и одновременно высматривая просвет между машинами, едущими мимо по небольшой узкой улочке. Нике пришлось отойти метров на пять вперед, ожидая, когда он проделает все эти маневры.

И в это время, не предупредив о себе ни одной каплей, обрушился ливень! Именно обрушился — сплошной темно-серой стеной, застав врасплох водителей, пешеходов и стоящую на тротуаре Нику.

Она не могла побежать к машине, потому что Кнуров в этот момент, проявляя чудеса изворотливости своего автомобиля, в прямом смысле выруливал на дорогу, пытаясь разъехаться с идущей параллельно с его джипом «девяткой», водитель которой, с обычным московским дорожным хамством и упорством, не желал уступать, собрав за собой небольшую гудящую пробку, напрочь перекрыв возможность проехать и себе, и Кнурову.

Ника, оглянувшись, не увидела ни козырька, ни подъезда, ничего, где можно было бы спрятаться от льющейся на нее воды. Хотя прятаться, пожалуй, уже поздно — она почувствовала, как по спине, ногам, рукам ручьями бежит холодная вода. Ее куртка, блузка, джинсы, даже белье промокли насквозь, и ручейки, стекая по ногам, скапливались в туфлях.

Сергей, сатанея от тупости ситуации, послав водителя «девятки» в очень правильном и конкретном направлении, резко вывернул руль и, задев бампер «жигулей», по касательной рванул вперед, затормозил возле Ники, на ходу открывая для нее дверь.

Она быстро забралась внутрь машины.

— Сиденье намокнет, — вздохнула она, пожалев автосалонную красоту.

— Да и хрен с ним! — зло ответил Кнуров, включая печку на всю мощность.

— Мы едем по следующему адресу?

— Да вы что, дамочка?! — возмутился по-взрослому господин Кнуров. — Вам надо срочно переодеться, вы промокли и дрожите!

Он очень разозлился, когда увидел, как она стоит и беспомощно озирается, пытаясь найти какое-нибудь укрытие, и смотрит на него. Он готов был выскочить из машины и придушить этого придурка на «девятке»!

Ника молчала, она отвернулась и смотрела в окно, на разбушевавшуюся водную стихию, за пару минут превратившую Москву в разлив множества ручейков.

А что говорить?

Переодеться, конечно, здорово, но, как говорят на Украине: «Да хто ж дасть-то?»

Ливень, сделав свое стихийное дело, начал выдыхаться, переходя в простой дождь.

Они остановились у какого-то дома. Сергей подъехал к самому подъезду, заглушив мотор, резко выдернул ключи из замка зажигания и вышел из машины. Открыв дверцу с ее стороны, протянул руку и почти выдернул Веронику с сиденья.

— Идемте!

— Еще один подъезд? — спросила она, ничего не поняв.

— Нет, этот подъезд мы осматривать не будем. Я здесь живу!

Ухватив за мокрый рукав куртки, он потащил ее в подъезд и дальше, мимо сидящего в стеклянной будочке охранника, в лифт, в квартиру и, захлопывая на ходу за ними дверь, приказал:

— Раздевайтесь, быстро! — и стал стягивать с нее куртку и расстегивать джинсы.

— Да вы что?! — переполошилась Ника.

Схватив словно железными клещами за руку, выше локтя, Кнуров потащил растерявшуюся Веронику в ванную.

— Снимайте все и под горячий душ! Быстро! Я принесу вам полотенце и халат.

Отдав приказ, он вышел.

И с чего это его так разобрало, подивилась Вероника. Да и ладно, какая разница! Оставив попытки понять, что это с ним и почему он так злится, быстро стянула с себя холодную, мокрую одежду и встала под душ. Она и не подозревала, что так замерзла!

Когда горячие струи смыли верхний холод, оказалось, что она замерзла и внутри и дрожала противной мелкой, мурашечной дрожью.

Она забыла закрыть дверь на замок и задернуть занавеску, но поняла это, только когда мистер Кнуров зашел в ванную и повесил на крючок полотенце и большой махровый мужской халат. Вероника, резко повернув на звук голову, не сделав попытки прикрыться или выйти из-под живительных струй горячей воды, спросила:

— У вас совесть есть?

— Нет, остались только ум и честь! — так же зло и отстраненно ответил разбушевавшийся негодованием господин Кнуров и вышел.

Распарившись до того, что мышцы превратились в ленивую кисельную массу, она выбралась наконец из душа и, насухо вытершись, укуталась в халат.

Халат, как и ожидалось, был ей велик.

«Наверное, это должно мило смотреться или что-то подразумеваться в том, как дамочка носит огромный мужской халат? Надо было не закидывать подальше умные журналы, а поизучать, поизучать. Ведь что-то в них про такую ерунду наверняка написано! И что при этом положено из себя изображать?» — подумала Вероника, рассматривая себя в зеркало, и послала мысленно все это подальше: что ж теперь поделаешь, если ей неинтересно ничего изображать, да и скучно сие занятие!

Перекрестившись на всякий случай, сама не зная почему, она вздохнула и вышла из ванной.

— Але! — крикнула она. — В каком направлении мне двигаться?

— В моем! — ответил откуда-то сбоку Кнуров.

Пройдя по коридору и повернув налево, Ника попала в большую, светлую и очень стильную кухню.

«Знакомая кухонька, правда, болталась я здесь не совсем чтобы в физическом состоянии!» — подумала Вероника, осматриваясь.

— Выпейте! — Сергей протянул ей бокал, наполовину наполненный янтарной жидкостью.

— Что это? — Она понюхала и сморщилась.

— Коньяк, хороший французский коньяк! В вашем случае выполняет роль лекарства.

Она решительно выдохнула и выпила залпом.

— Вот и молодец! — похвалил он, забирая у нее бокал. — Присаживайтесь, сейчас я сделаю чай с медом.