Станцуй со мной танго - Татьяна Абалова

На все предшествующие события она повлиять никак не могла, но вот торжество наглой Ольги испортить была в состоянии. Тося решила стереть победную ухмылку с лица «невестки» и оставить ту с носом, не пустив сыночка в ее кровать.

«Да я костьми лягу, но что-нибудь придумаю!»

Зря Ольга думала, что уязвила Антонину, лишний раз показав ей власть над сыном. Еще год назад фокус, может быть, и прошел бы. Леонид казался околдованным и ради семьи и желанного ребенка готов был носить на руках и выполнять любые прихоти, но сейчас моделька лишь разбудила в матери дух противостояния.

— Мам, ты сегодня переночуй в комнате тети Саши…

— Чего это? — она подливала кипяток в таз, в котором отмокали ноги Лени. Сам он сидел на стуле, укутанный до самого горла шерстяным пледом.

Если бы не спящая наверху Глафира Степановна, он никогда в жизни не позволил бы возиться с собой как с малолетним. Скворцов стоически перенес и лимонный чай из ложечки, и разогревающий массаж от тети Саши, во время которого едва не получил перелом всех ребер, и долгую лекцию о разрушительном действии некоторых наглых девиц, которые только прикидываются влюбленными, а на самом деле предадут, как только им станет невыгодно «любить».

Леня кивал головой, мама радовалась, что сын соглашается, не подозревая, что он вовсе ее не слушает, и конечно его странная просьба ввела Антонину в ступор.

— Зачем тебе спать в моей комнате? Я тебе уже на кушетке постелила, — Тося простодушно указала на софу у камина, в котором весело играло электрическое пламя. Рядом с ним на коврике лежал Уругвай и сладко щурился.

— А у него там еще одна голая девица, — возьми, да и ляпни тетя Саша.

Тося медленно опустилась на пуфик для ног, Леня, напротив, резко поднялся и опрокинул металлический таз. Вода из него хлынула широким потоком и затопила коврик. Уругвай, услышав грохот, спросонья не понял, что происходит, и кинулся куда глаза глядят, разбрызгивая воду во все стороны. Столкнувшись с креслом-качалкой, на котором сидела Александра Михайловна, взвизгнул и запрыгнул ей на колени. Кресло не выдержало двойную нагрузку и, хрястнув не хуже того сука, с которого сверзнулся Магарыч, рассыпалось.

Тетя Саша, оказавшись на полу, да еще и придавленная собакой, громко охнула, Тося ахнула, Уругвай завыл, а Леонид выругался популярным в эту ночь выражением «Етить твою за ногу!» и, запнувшись о свисающий край пледа, пролетел ласточкой до самого камина.

* * *

— Признавайся, кто в маминой комнате? — тетя Саша обрабатывала небольшую, но весьма кровящую рану на темечке Леонида.

Раненный поморщился: то ли ему не понравился вопрос, то ли зеленка оказалась отменного качества.

— Сначала встречный вопрос: почему еще одна голая девица? Где вы видели первую?

— Ох, кобель! — Тося стукнула сына скрученным полотенцем по хребту. — А Ольга в твоей спальне?

— А эта откуда взялась?!

— Не уходи от ответа, Ленчик, — Александра полюбовалась на результат медицинского вмешательства и заткнула бутылку пробкой. — Ольга сама призналась, что ждет жаркой ночи с тобой.

— Я ей ее устрою, — Леня решительно поднялся со стула.

— Сидеть! — скомандовала тетя Саша. Уругвай тараща глаза послушно выполнил команду. Хозяин же проявил твердость характера — не подчинился. Тогда Звонцова схватила его за ворот майки и раздельно произнесла: — Кто. Спит. В. Тосиной. Комнате?

— Сотрудница.

— Голая сотрудница, — уточнила Александра Михайловна, поражаясь масштабам Ленькиного кобелирования.

— Что, и в правду голая? — в один голос спросили мать и сын.

— А я откуда знаю, — Звонцова пожала плечами и выпустила растянутый ворот из пальцев, дав Леньке возможность свободно дышать. — Я туда не ходила.

— Ну все! Я больше не могу! — Тося в сердцах бросила мокрое полотенце в ту кучу дров, что осталась от любимого кресла. — Я сейчас этот рассадник разврата разгоню!

Сын встал на пути матери.

— Не смей.

— Тось, а Тось… — позвала подругу задумчивая Александра Михайловна. — А ведь там мать твоих будущих внуков… Ишь как взбеленился…

— Правда, что ли? — почему-то шепотом спросила Антонина. — А как же Ольга? Тоже ведь голая.

— Ну почему вы решили, что Глаша голая? — мозг Леонида отказывался что-либо понимать, поэтому хозяин схватился за голову. — Она всего лишь моя подчиненная.

— Тось, а Тось, мне кажется, или сейчас Ленчик говорит о БДСМ? Там же эти, как их… доминанты и подчиненные.

— Ну что мой сын доминант, это я давно поняла, а вот что такое БДСМ?

— Это когда голых связывают.

— Она что, там связанная лежит?! — Тося резво наклонилась и подхватила ножку от кресла. — Ах ты гад какой! Кобель! Развратник!

Сын, сгибаясь под ударами, побежал наверх, Тося за ним, Александра, показав обескураженному Уругваю кулак, поспешила следом.

Вся процессия остановилась у двери Тосиной спальни. Двое из троих тяжело дышали.

— Мама, прекрати!

— Я должна видеть, кто спит в моей постели! Саша, держи его.

Леонид растопырил руки, но где ему выстоять против двух медведиц. Маша-Глаша была обречена.

Вдруг дверь сама распахнулась. На пороге стояла девушка с закрытыми глазами. По ткани ее розовой фланелевой пижамы скакали зайчики.

— Скажите, пожалуйста, где здесь туалет? — тяжко вздохнув, спросила гостья.

Рты захлопнулись и самая вменяемая — тетя Саша показала пальцем, сопроводив коротким указанием «Там».

Девушка кивнула, но шагнула не туда. Александра Михайловна взяла незнакомку за плечи и развернула в нужном направлении.

— Иди в конец коридора, деточка.

— Спасибо, — подала голос «деточка». Пошатываясь, она дошла до туалета и, нашарив ладонью выключатель, закрылась.

Все трое дожидались возвращения феи в розовом в полной тишине, хотя в умах каждого бродили свои мысли.

Она шла назад все так же пошатываясь, иногда вела рукой по стене, чтобы не пройти мимо своей двери. Расступившись, хозяева пропустили странную гостью в комнату и проследили, как она, забравшись в кровать, с головой накрылась одеялом, опять-таки выстеганным собственными руками Антонины.

— Что с ней? — прошептала Тося и обернулась на подругу. — Она, что, нас даже не заметила?

— Такое бывает, когда человек сильно устает. Я не удивлюсь, если она не слышала ни грохота, ни нашего топота.

— Но ведь она разговаривала с нами?

— Тося, такое тоже бывает. Вспомни, как пятилетний Ленчик однажды ночью пришел в твою спальню, выдвинул верхний ящик трюмо и написал туда. И ведь тоже разговаривал с тобой, когда ты его уводила.