Время любить - Дэни Аткинс

Я вполне могла не спешить к своему переводу, потому что в тот день, разумеется, не сумела бы сосредоточиться на таких банальных вещах, как причастия прошедшего времени и сослагательное наклонение. Как Бен справлялся с таким знанием? Как можно смотреть на своих друзей и знать, что вскоре ты потеряешь их всех до одного? И ты ничего не можешь сделать, чтобы этому помешать.

– Как вы оказались вовлечены в это дело и… почему?

Внезапная, поистине ужасная возможность пришла мне на ум, едва я задала этот вопрос. От шока у меня расширились глаза, и я инстинктивно попыталась вырвать свою руку из руки Бена. Только он не дал мне этого сделать.

– Со мной все в порядке, Софи. И в основном я могу сказать то же самое о всех людях, которых вы видели вчера вечером.

– За исключением того, что с ними не все в порядке, – сдавленно возразила я.

Бен не обратил на это внимания и помолчал, прежде чем ответить, пока мимо нас пробегала группа из трех смеющихся и беззаботных детей и собаки. Они обогнули нас и побежали через лес, направляясь к большому озеру, видневшемуся за деревьями. Я внезапно поежилась, как будто на меня повеяло каким-то потусторонним холодом.

– С некоторыми из них я познакомился, когда смотрел дом, – продолжал Бен, когда мы снова остались одни на дорожке. – Адам, муж Марии, продолжал эти встречи даже после смерти жены. Видимо, они были важны для нее, поэтому, возможно, он таким способом ощущал ее близость.

Я кивнула. Это я могла понять.

– Но к вам-то какое это имеет отношение? Наверняка никто не ждал, что вы позволите им продолжать встречи в доме после его продажи?

Вопрос был разумный, но я знаю, что мне не померещилось разочарование, которое я заметила в глазах Бена, когда задала его.

– Никто не ожидал, что я это сделаю… я сам предложил. Я был чужим в этом районе и никого не знал, но когда меня познакомили с Карлой, а потом с Томом, я почувствовал… не знаю… они меня вдохновили, полагаю. Я продал свое дело, порвал со своей подругой и переехал за сотни миль от всех, кого знал, но у этих людей с таким зыбким будущим был гораздо более позитивный взгляд на жизнь, чем у меня. Среди них приятно было находиться. И до сих пор приятно. Поверьте мне, я получаю от этого больше, чем они. Они многому меня научили.

Если и так, я от всей души надеялась, что не этот урок Бен хотел мне преподать, потому что моей непроизвольной реакцией было бежать от этой ситуации и из этого места так быстро, как только что сделали те трое детей.

– И что же происходит во время этих встреч в вашем доме?

Мне представилось, как они планируют заупокойные службы, выбирают гимны, обсуждают достоинства гробов, в которые их положат. По выражению моего лица Бен понял, что я до сих пор не понимаю.

– Ничего не «происходит». Они собираются, общаются, едят пиццу и пьют пиво. Шутят, рассказывают о своих семьях и строят планы. Они просто… живут.

Бен говорил на языке, который я просто не понимала, несмотря на выбранную мною профессию. Он остановился и мягко положил мне на плечи руки, повернул меня к себе, чтобы теплый взгляд этих глаз цвета жженого сахара встретился с моим.

– Софи, мы все умрем… со временем. Никто не может этого изменить. Важно, что ты делаешь до того, как это случится. Никого не запоминают по тому, как он умер. А по тому, как он жил… ну, об этом никогда нельзя забывать.

Остаток нашей прогулки Бен говорил о других вещах, но они были неуловимы, как кружащая в аквариуме золотая рыбка. Я думала только о мрачном и одиноком будущем для Бена. Что он будет делать, когда все, с кем он подружился, умрут? Неужели я единственная из его знакомых, кто не живет под страхом смертного приговора? В этом же есть что-то нездоровое.

Вероятно, это и заставило меня передать приглашение, которое ранее в этот день я практически отклонила в телефонном разговоре с Джулией.

– Не думаю, что Бен из таких людей, – нерешительно протянула я, когда подруга озвучила свое предложение.

– Что? Он не ест? Разве не все ужинают?

Я вздохнула и почти сдалась тогда, без всякого символического сопротивления. Джулия обладала способностью за полмили заприметить одну из моих баррикад и понять, как сквозь нее прорваться.

– Послушай, не переживай, – продолжала она, в ее голосе появились льстивые нотки, так мы пытаемся убедить дикое животное подойти чуточку ближе. – Обещаю, я никак не поставлю вас в неловкое положение и не упомяну, какой хорошей парой вы смотрелись на днях. Когда надо, я могу быть тактичной. Но серьезно, Соф, Бен действительно очень помог той ночью, когда Лейси забрали в больницу… ну, вообще-то, вы оба. И пригласив вас на ужин, мы с Гэри получаем отличную возможность должным образом вас поблагодарить.