Первый раз в первый класс, или Любовь вне расписания - Ольга Иванова

— Авторитетные люди, — я хмыкнула, но сердце затопил безудержный страх: вдруг она говорит правду?

— Маша? Ты уже здесь? — Варя внезапно появилась на лестнице, в пижаме, босая, со Смоки в обнимку. Глаза заплаканы, губки дрожат. Кошка тоже была непривычно притихшая и даже не пыталась вырываться. Видимо, чувствовала, что это вокруг нее сгущаются тучи.

— Да, я уже пришла. А ты чего не спишь так поздно? — я улыбнулась как можно спокойней. — Идем, я тебя уложу…

Но Варя продолжала стоять на месте и с опаской смотреть на мать.

— Да не буду я твою кошку трогать, — раздраженно бросила ей Катерина. — Иди уже спи. И не реви…— она резко развернулась и двинулась куда-то в сторону кухни.

— Идем, — проговорила тогда тихо Варя, сама вкладывая мне ладошку в руку.

— Почему она не любит кошек? — спросила Варвара, будто намеренно избегая произносить «мама».

— Люди разные, Варюш. Кто-то может и не любить кошек, это его право, — я подвела ее к кровати и откинула одеяло: — Залазь, — и продолжила начатую тему: — Но не думаю, что твоя мама все это делала со зла. Если у нее аллергия, то это действительно очень неприятно и даже опасно, — я все же решила не настраивать Варю против матери, наоборот, смягчить ситуацию. — Но ты ведь слышала? Она не заберет Смоки, так что спи спокойно…

— А если хочешь, — в детскую как раз зашла Нина, — я возьму Смоки к себе… Спрячу в своей комнате. Там ее точно никто не найдет.

И Варя радостно кивнула, а потом протянула ей котенка. Я же с сожалением подумала о том, что Катерине так и не удалось завоевать доверие собственной дочери. Дочери, которая в ней всегда так нуждалась.

— Только береги ее, — попросила Варя Нину.

— Конечно, — улыбнулась та. — Она сегодня будет спать на моей подушке как принцесса.

Варя наконец тоже улыбнулась и залезла под одеяло.

— Маша, — потом снова позвала меня. — А папа не придет сегодня?

— Нет, он приболел, — я страшилась, что она заметит слезы на моих глазах, поэтому поспешно отвернулась, сделав вид, что поправляю одеяльце. — Но он скоро выздоровеет и вернется домой…

— Скорей бы, — зевнула Варя, поворачиваясь набок.

Я дождалась, пока она заснет, и тихо вышла из комнаты. В коридоре меня опять ждала Нина.

— Как она? — поинтересовалась она обеспокоенно.

— Все хорошо, спит уже, — успокоила ее. — А эта? — уточнила я шепотом, подразумевая Катерину.

— Кажется, уже тоже спать пошла. Я проследила, видела, как хлопнула ее дверь, — тоже понизив голос, ответила Нина. А потом восхищенно посмотрела на меня: — Ну, Маша, я такого от тебя не ожидала!.. Как ты ей отпор дала!

— Сама удивлена, — ответила я, усмехнувшись и покачав головой. — Просто… Она меня вывела из себя. Не могу терпеть несправедливость, особенно если это касается беззащитных. Ладно, она меня хотела выставить за дверь, но обращаться так с собственной дочкой… Это выше моего понимания. Еще и Денис…— я глянула на часы, отмечая, что уже почти полночь.

— Как там Денис Игоревич?

— Без изменений, Нина, без изменений…— я прислонилась спиной к стене, а потом же, все-таки не выдержав всех свалившихся за сегодня передряг и несчастий, заплакала. — Мне так страшно, Нина, — я закрыла рот ладонью, чтобы не дать рыданьям прорваться наружу.

— Ну, Машенька, что же ты…— она притянула меня к себе и, обняв, похлопала по плечу. — Не надо, все обойдется… Не может же сразу столько напастей на нас свалиться… Все обойдется, вот увидишь… Надо верить в это.

— Да, надо верить, — я кивнула и быстро вытерла слезы. — Все будет хорошо.

— Останешься или поедешь обратно в больницу? — спросила Нина.

Я в нерешительности посмотрела на дверь Вариной спальни. Стоит ли оставлять ее одну?

— Я присмотрю за Варей, — Нина правильно истолковала мои терзания. — Даже посплю вместе с ней… Не дам ее в обиду. Теперь после твоего выступления у меня тоже есть козыри, — она усмехнулась. — И договор тоже есть.

— Значит, вы отпускаете меня? — я растроганно улыбнулась.

— Езжай к Денису Игоревичу, — она кивнула. — Мы здесь справимся, не волнуйся. И пойду Васю позову, пусть тебя отвезет. Тем более он еще не спит.

— Спасибо… Схожу тогда переоденусь.

На смену деловому костюму, который носила в школе, я подобрала удобные джинсы и свитер. Еще успела по-быстрому принять душ: мало ли на сколько придется задержать в больнице? Положила в сумку все деньги и документы — а это уже, чтобы обезопасить себя от вторжения Катерина. Теперь уже и не знаю, на что она может пойти, только бы досадить мне.

Василий уже ждал во дворе. Садясь в машину, я успела бросить взгляд на окна мансарды: свет выключен. Значит, Катерина уже спит. И, по всей видимости, не мучается переживаниями ни о дочери, ни о бывшем муже.

Оказавшись в Склифе, сразу направилась к Тамаре, у которой даже в это ночное время работа кипела: незадолго до моего прихода скорая привезла очередного тяжелого пациента. Но заметив меня, блондинка все же оторвалась от экрана компьютера и сообщила:

— Он без изменений, — а после показала куда-то за мою спину. — Но зато к нему приехала его мать… Тоже сказала, останется здесь.

Женщина, знакомая мне лишь по фотографии в Вариной комнате, расположилась на той же самой скамеечке, где раньше сидела я. Узнала ее сразу, несмотря на объемные зимние одежды. Помедлила лишь секунду, собираясь с духом, а после уже решительно направлялась к ней.

Похоже, пришло время познакомиться с мамой Дениса.