Химера, или Дитя двух отцов - Татьяна Михаль

* * *

Ерохин, Марина, Лена Наумова, большинство учёных, медиков и людей из охраны Ерохина больше не находились на этом свете.

Они заслужили свою участь…

И я бы убила ещё столько же, лишь бы вернуть Игната…

Новость о страшных опытах, которые устраивал Ерохин на своих закрытых базах, прикрытых под другой деятельностью, желая вернуть своё былое здоровье и молодость, прогремела на весь мир.

Также все узнали и о том, что моя дочь — химера.

Это был сложный период — километры журналистов, бесконечные звонки, преследования, чтобы получить наши фотографии и взять интервью…

Но Тарас с Егором всё урегулировали — не знаю, как… Но я рада, что, наконец, наступила блаженная тишина и покой.

Егор, брат Игната, вступив в права наследования и отдал мне и Катюше тот самый дом, в котором всё и началось…

После произошедшей трагедии я сильно изменилась. Я воспринимала весь мир так, будто он желал навредить моей дочери и моему мужчине. Мне всё вокруг казалось враждебным и злым.

Я стала другой — жёсткой, беспощадной и резкой. Только в кругу своей семьи, в которую входили мои родители, Катюша, Тарас и Егор — брат Игната, я становилась похожей на себя прежнюю.

Наша жизнь будет сложной — я это знаю. А судьба моей девочки — очень непростой, но мы справимся. И это я тоже знаю.

* * *

Виктория

Три года спустя

Сегодня я вспоминала Игната, темпераментного и очень хорошего человека, который любил меня и любил жизнь.

Да, я не любила его так, как любила Тараса, — но он навсегда остался в моём сердце зеленоглазым красавцем.

Тарас… Мой любимый муж — моя опора и защита.

Я любила Тараса так, что у меня захватывало дыхание, и замирала душа при одной лишь мысли о нём. Тарас меня боготворил и постоянно мной восхищался.

А сегодня, мы узнали, что ждём сыночка. Сыночка, которого назовём именем Игнат.

Моя семья — всегда плечом к плечу, мы всегда будем любить друг друга и заботиться друг о друге всю нашу долгую жизнь…

Тарас подхватил меня и Катюшу на руки и мы, громко хохоча, переступили порог нашего нового большого дома, который купили совсем недавно. А за нами, громко лая, нёсся маленький беспредельщик — золотистый лабрадор по имени Раф.

«Я приму всё, что подарит мне судьба и эта жизнь, потому что я сильная. Я сильна тем, что у меня есть замечательная и любящая семья. Они и есть моя сила».

— Люблю тебя, — прошептала на ухо любимому мужу.

— А я сильнее люблю, Вика, — ответил он серьёзно. — Больше жизни тебя люблю…

* * *

Тридцать лет спустя

Катерина

На мне было потрясающей красоты платье, которое безупречно сидело и подчёркивало все достоинства, но никто не знал и даже не догадывался, насколько оно неудобное и колючее.

Дурацкие блёстки!

И уговорил же меня братик надеть именно его… Ух! Задам потом ему трёпку.

Но тут же, все мысли о неудобстве пришлось забыть, так как объявили меня.

— Нобелевская премия в области медицины и физиологии присуждается Каролинским институтом, Волковой-Шаховой Екатерине Тарасовне-Игнатовой, за открытие механизмов, посредством которых клетки человека могут восстанавливаться за счёт собственных резервов…

Да. Этот день настал.

Благодаря тому, что я родилась не такой, как все, я хотела понять себя и свой организм. Наука захватила меня до такой степени, что я получила Нобелевскую премию.

Я видела со сцены как кричат, аплодируют и улыбаются мои родные — мама, отец, несносный брат… и мой незримый ангел-хранитель, мой второй папа — Игнат.

Я подошла к микрофону и начала свою речь.

— Эту премию я хочу посвятить двум дорогим мне людям. Одного давно уже нет рядом, но я всегда ощущаю его поддержку и любовь. А другой стал для меня всем… Шахову Игнату и Волкову Тарасу, моим отцам, посвящается…