Дыши со мной - Джессика Парк

Обратная дорога в колледж кажется бесконечной. Я мечтаю, чтобы путешествие из Бостона в Мэдисон длилось одно мгновение, потому что мне просто хочется вернуться в общежитие. Погода чудесным образом благоволит мне, потому хотя бы не приходится терпеть задержки и отмены рейса. Ко времени приземления я уже вся извожусь от желания оказаться в Мэттьюсе. Поскольку меня никто не заберет, я смиряюсь, что мне придется заплатить небольшое состояние за такси до колледжа.

Джеймс уехал из Бостона вчера, на следующий день после нашего разговора, и я в спешке подготовила и закрыла дом, чтобы успеть на свой самолет. Я не сбежала, нет. Возвращение в кампус – это не бегство. Так долго находиться в доме родителей, да еще и после признания Джеймса, было очень тяжело. Мне понадобится время, чтобы справиться с обидой и последствиями от вранья моего брата. Нет никакого способа исправить наши отношения за один вечер или даже в ближайшие несколько месяцев. Я надеюсь, что прощу его, когда буду готова. Но мне хорошо, потому что я и так сделала огромный шаг вперед во многих отношениях. Просто сейчас пришло время уезжать. Останься я дольше, могла бы уничтожить все хорошее, все свои «успехи», которые годятся для моего мысленного списка. Они завоеваны с трудом, и я не собираюсь от них отказываться.

Только когда такси оказывается в нескольких милях от кампуса, до меня кое-что доходит. Что-то очень важное. Черт подери, я не могу попасть в общежитие. Оно откроется только через неделю. Как можно быть такой глупой? В прошлом году я слышала, как кто-то из одногруппников жаловался, что уткнулся в закрытую дверь, когда вернулся пораньше. Мэттьюс временно меняет замки или что-то вроде того, поэтому я понимаю, что мой ключ не сработает.

Я велю таксисту ехать обратно в центр Мэдисона, пока быстро ищу по телефону отель. Да пошло оно все к черту. Я собираюсь на целую неделю остановиться в самом хорошем и дорогом отеле, который смогу найти. Никаких домашних заданий и пробежек по замерзшему кампусу, а вместо этого множество пенных ванн и удовольствие от сервиса. Отфильтровав результаты поиска по цене от дорогих к дешевым, я звоню в самый первый, «Мэдисон гранд отель Энд Сьютс», и бронирую номер. Технически я бронирую люкс.

Несмотря на довольно заурядное название, отель действительно большой, а персонал очень любезный и профессиональный. Во время регистрации они интересуются, хорошо ли прошел полет, голодна ли я, и могут ли они еще что-нибудь для меня сделать. Что-нибудь поесть? Дополнительные подушки? Полотенца? Услуги химчистки? Уверена, что они в восторге оттого, что забронировали номер на целых шесть дней в это скучное время года, и я смеюсь, когда признаюсь себе, что мне нравится такая суета вокруг моей персоны. Родительскую любовь персонал отеля не заменит, но я рада воспользоваться любым проявлением заботы. Если надо, я даже могу внушить себе, что этого мне более чем достаточно.

Когда мой багаж доставляют в номер, я все распаковываю, потому что не люблю жить на чемоданах. Это место станет моим домом на шесть дней. Мебель цвета черного кофе современна и изящна, а массивное окно выходит на сверкающие огни города.

В ванной стоит джакузи, и можно открыть жалюзи в спальню, чтобы наслаждаться видом на ночное небо из окна номера. После налета на корзинку с дорогой косметикой для ухода, которая явно влетит мне в копеечку, я принимаю горячую ванну и отмокаю минут двадцать, стараясь не думать ни о чем, кроме приятных ощущений. Я брею все, что положено, и даже больше, и делаю какую-то странную грязевую маску для волос, которая должна усиливать блеск. Позже я ополаскиваюсь, наполняю ванну чистой водой и включаю джакузи. Господи боже, это обалденно!

Струи воды ласкают кожу повсюду, и, не успев даже подумать, я уже опускаю руку между ног. Хаос и эмоции после поездки домой не совсем способствуют возбуждению, но очевидно, что телу необходима компенсация. Эта ванна могла вместить еще пятерых человек, но я бы предпочла еще одного. Я достаточно возбуждена и, вероятно, могла бы заставить себя кончить, но через несколько минут убираю руку, понимая, что сейчас я этого не хочу.

Не своих прикосновений мне хочется.

Знаю, мне не стоит фантазировать о Крисе, но я не могу сдержаться. Уступая физическому желанию, я снова просовываю пальцы между ног. Мозг начинает проигрывать сцены того, что бы мы могли делать вместе с Крисом, как бы я могла его касаться, заставлять стонать. Упираюсь ногой в край ванны и засовываю палец внутрь себя. Воспоминания о Крисе, делающем это со мной, обостряют чувства, и я двигаюсь быстрее. Легко представить, что именно он делал со мной тогда, у двери, я помню свои ощущения. Вспоминаю его голос, ласки, каждое произносимое им прекрасное слово. Я думаю о его пальцах между моих ног, о том пожаре, который он пробудил во мне тогда, как прижимался через одежду членом к моей киске и при этом крепко держал в объятиях…

Я останавливаю руку. Боже, что со мной не так? Я тут же удивляюсь, как осмеливаюсь даже думать о таких неприличных словах, но должна признаться, что они кажутся мне уместными. Я вспоминаю грязные разговоры Криса, когда он заставил меня так бурно кончить, и решаю, что эта его сторона, кажется, передалась и мне. Может быть, неудивительно, что я сейчас думаю о словечках из фильмов для взрослых.

Черт. Черт!

Я раздраженно отдергиваю руку. Не хочу сама доводить себя до оргазма. Этого больше недостаточно. Я учусь на последнем курсе колледжа, мне просто нужен секс. А точнее, я хочу, чтобы меня так оттрахали, чтобы я сидеть потом не могла. «Как изящно», – думаю я. Но это именно то, чего мне хочется. К несчастью, сейчас этого не случится.

Я встаю и снова копаюсь в наборе в поисках чего бы еще на себя намазать. Скраб для ног отлично подошел бы, но химический запах малинового ароматизатора отвратителен, а потому я продолжаю поиски. Среди всего прочего рядом с солью для ванны в скромной запечатанной коробке лежит вибратор. Я не беру его, такого мне тоже не надо. Упаковка презервативов и тюбик смазки выглядят как насмешка. Я хватаю их и выбрасываю через проем в стене на кровать. Потом беру невинную баночку с солевым скрабом. В ней нет ничего эротичного.