Стихия страсти - Айрис Джоансен

– Джейк, постой! Скажи, почему ты вдруг решил жениться на мне? – тихо спросила она.

– И ты еще спрашиваешь?! Да потому, что я кретин, не способный совершать разумные поступки! Но ничего, я постараюсь заслужить тебя. В конце концов, если я хочу, чтобы ты всегда была со мной, почему непременно нужно отказываться от этого?!

Джейн почувствовала, как бутон надежды начинает раскрывать свои лепестки навстречу жарким лучам горячего чувства, которое светилось в его глазах.

– Но все-таки почему? – настойчиво спросила она.

– Потому что я люблю тебя, – угрюмо буркнул Джейк. – Потому что мне надоело бесконечно думать о том, правильно я поступаю или нет, что будет для тебя лучше, а что хуже. Главное – что ты будешь рядом!

Джейн закрыла глаза и глубоко вздохнула. Ей казалось, что все происходящее находится где-то за гранью реальности. Но когда она снова посмотрела на Джейка, у нее перехватило дыхание – так лучились его глаза.

Девушка медленно подошла к нему, обняла за плечи и по-детски опустила голову на грудь.

– Ты не шутишь? – севшим от волнения голосом спросила она. – Ты действительно любишь меня?

Джейк крепко прижал ее к груди, и голос его подозрительно дрогнул, когда он произнес:

– Я люблю тебя, Рыжик. И не могу позволить тебе уйти!

Взъерошив шелковистые волосы Джейн, он испытующе взглянул на нее, и какая-то скрытая боль промелькнула в глубине его глаз.

– Даю тебе последнюю возможность. Скажи мне «нет» сейчас. Я еще в состоянии собрать всю свою волю и остановиться. Но помнишь, ты как-то обмолвилась, что я буду единственным для тебя – ив постели, и в жизни…

Джейн никогда не слышала, чтобы голос его звучал так робко, почти умоляюще.

– Могу только повторить то, что сказала тогда: ты никогда не услышишь от меня «нет», – твердо ответила она. – Что бы ты ни говорил и что бы ты ни делал – я не изменю своему слову!

Доминик наклонился и поцеловал ее – торжественно и официально, словно на обручении. Они прижались друг к другу, как два человека, которые наконец обрели то, что долго-долго искали.

– Ты вовсе не обязан жениться на мне, – выдохнула Джейн – Я хочу только одного: чтобы ты любил меня. Я в состоянии принять и понять, если ты не захочешь связывать себя никакими узами.

Джейк слегка коснулся губами кончика ее носа.

– Быть может, ты безнравственная женщина и способна жить во грехе, но я человек примитивный и во многом пуританин, – шутливо сказал он. – Я хочу, чтобы мы сочетались законным браком: это даст мне определенные права на тебя, которыми я собираюсь воспользоваться. – Он насмешливо изогнул бровь. – Надеюсь, ты заглянула в глубь своей души? Там ничего не осталось на дне? Что касается меня, то я отбросил последние сомнения. Ты – моя отныне и навеки!

– А ты уверен, что не пожалеешь об этом потом? – обеспокоенно спросила Джейн. – Я бы этого не пережил…

Джейк внимательно посмотрел на нее и произнес необычно серьезно:

– Ты – моя единственная, первая и последняя любовь, Джейн. Я никогда не думал, что это чувство существует на самом деле, пока ты не вошла в мою жизнь и не перевернула ее. Я уже не смогу обойтись без тебя.

Джейк снова протянул руку к телефону, и на этот раз Джейн ему не препятствовала. Крепко прижав к себе девушку другой рукой, он отдал приказ поднять якорь. А потом, наклонившись, вновь обнял ее и нежно поцеловал.

Джейн закрыла глаза и почувствовала, как падает с плеч пляжный халат, как ласково и любовно гладит Джейк ее обнаженную кожу. Поцелуи его становились все более горячими и жадными; язык раздвинул ее губы и вошел в самую глубь влажного, горячего рта. Джейн непроизвольно выгнулась навстречу ему, всем телом прижалась к его напряженной плоти…

Непонятно, как в ее затуманившейся от страсти голове успела созреть новая мысль, но так или иначе она неожиданно уперлась ладонями в грудь Джейка и вырвалась из его рук.

– Погоди! – возбужденно дыша, воскликнула она; лицо ее пылало, золотисто-карие глаза были все еще затуманены, но голос звучал твердо. – Давай поговорим.

Удивленный ее внезапным отказом, Джейк не сразу смог справиться с собой. Но даже когда ему удалось подавить свой порыв, он еще некоторое время не отрывал глаз от ее тугих, налившихся грудей, которые лишь слегка скрывало бикини.

– Вот видишь, как ты непоследовательна! – насмешливо бросил он. – Ну, хорошо. Говори, что тебя волнует.

Джейн поспешно накинула пляжный халат и подошла к дивану. Поджав под себя ноги, она посмотрела на Джейка и похлопала по сиденью рядом с собой. Он послушно подошел и тоже присел на диван.

– Надеюсь, теперь ты действительно понимаешь, как я люблю тебя, милая, – в его темных глазах светилась усмешка. – Никогда в жизни я не останавливался в такой момент! Это просто немыслимо было представить.

– Джейк, наверное, это глупый вопрос, и все-таки… Скажи: как долго ты будешь меня любить? – пылко спросила Джейн, сложив руки на коленях.

Мягкая нежность преобразила обычно циничное лицо Джейка; очевидно, многие бы не узнали его в эту минуту.

– Всегда, – просто ответил он.

– Нет, серьезно! – настаивала девушка.

– Я понял это после ой ночи в Сан-Мигуэло, когда увидел тебя на арене, – сказал он, усмехнувшись. – Во мне боролись самые противоречивые чувства: хотелось Защитить тебя, схватить и унести на руках, а потом исколотить до полусмерти за глупость. Никогда-я не переживал ничего подобного! И это испугало меня. – Он провел пальцем по ее нижней губе. – Ты вдруг стала для меня значить слишком много – больше, чем кто бы то ни было. Но признаться себе в этом? Нет, я начал уверять себя, что испытываю к тебе всего лишь симпатию и что мне просто хочется оберегать тебя, как малого ребенка. Впрочем, довольно скоро я понял, что это не так…

– Но почему ты ничего не сказал? – негодующе спросила Джейн. – Я призналась тебе в тот же самый день, когда почувствовала, что люблю тебя!

Джейк покачал головой:

– Первый раз в жизни мне захотелось быть порядочным. Я не сомневался, что не имею на тебя никаких прав. Я на семнадцать лет старше, а главное – более жесток и озлоблен, чем ты можешь вообразить. Я понял, что должен отправить тебя прочь, как только осознал, какие чувства овладели мною. И все-таки убедил себя, что имею право держать тебя на яхте хотя бы месяца два.

Его пальцы скользнули по ее шее, легли на лихорадочно пульсирующую жилку.

– Но все обернулось против меня! Калид… акула… Все мои благие намерения испарились Я не смог удержаться. И тогда попытался убедить себя, что единственный способ остудить твои чувства – переспать с тобой, показать, что все это не так уж много значит. – Его губы угрюмо сжались. – Как я был глуп! Потому что обезумел сам. Меня тянуло к тебе так, как никогда в жизни не тянуло ни к кому. И я решился взять то, что захотел.