Охота за невестой - Джейн Фэйзер

Пруденс отряхнула с манто пыль и скользнула в него. И тотчас же почувствовала себя окруженной атмосферой роскоши и элегантности. Это было чрезвычайно экстравагантное манто с высоким воротом, ласкавшим шею. Капюшон плотно прилегал к голове, закрывая уши; из-за него виднелись только тщательно уложенные рыжие локоны на лбу. Она сунула в муфту руки в перчатках и, усмехнувшись, решила, что, если даже ей будет нестерпимо жарко, она потерпит. Смотреться в зеркало не стоило, Пруденс и так была уверена, что выглядит потрясающе. Ей потребовалась секунда, чтобы переложить содержимое карманов плаща в карманы муфты, и она спустилась с лестницы.

Честити все еще была в холле, но Гидеона видно не было.

– Ты выглядишь просто великолепно, Пру.

– Знаю, – ответила Пруденс. – В этом манто любая женщина так выглядит. Где он?

– Пошел разогревать мотор. К тому же не хочет оставлять автомобиль без присмотра.

– Он сказал, куда мы едем?

Честити покачала головой:

– Я спросила, но он лишь ответил, что, возможно, ты вернешься поздно, но нам не надо беспокоиться, потому что ты в надежных руках.

– О Господи! Он невыносим! – воскликнула Пруденс. – Вообразил, будто женщинами можно манипулировать как угодно!

– Ничего не поделаешь, так уж он устроен, – хмыкнула Честити.

Звук клаксона, донесшийся снаружи, заставил обеих вздрогнуть. Дженкинс поспешил открыть для Пруденс дверь.

– Думаю, сэр Гидеон ждет вас, мисс Пру.

– Хотелось бы знать, как ты догадался, – сказала Пруденс, чмокнув Честити. – Увидимся вечером.

– Удачи!

Пруденс заколебалась:

– К чему мне удача, Чес?

Честити пожала плечами:

– Не знаю. Удача нужна всем.

Прозвучал еще один сигнал клаксона. Пруденс закатила глаза и поспешила к выходу.

Гидеон стоял возле машины, поставив одну ногу на ступеньку, а руку держа на панели управления. При виде Пруденс, сбегавшей по ступенькам, он широко распахнул глаза.

– Мне бы надо было позаботиться о санях и тройке лошадей, а также о русском морозе!

– Лошади понесли бы, услышав ваш чертов клаксон, – сказала Пруденс запальчиво. – В нем не было никакой надобности.

– Знаю и прошу прощения, – ответил Гидеон. – Мне следовало проявить больше терпения.

Он галантно открыл перед ней дверцу машины и тут же испортил все впечатление, сказав:

– Но вы ко мне привыкнете.

– Не думаю, что это моя главная цель, – пробормотала Пруденс, устраиваясь на сиденье.

– Вы что-то сказали?

Он все еще стоял, придерживая дверцу.

– Ничего, – ответила Пруденс, одарив его любезной улыбкой. – Я иногда разговариваю вслух. Вы к этому привыкнете.

Она поудобнее разместила ноги под панелью управления. Гидеон недоумевающе поднял брови, обошел машину и сел на водительское место.

– Вам лучше надеть вот это. – Он потянулся к задней части салона и пошарил там. – Вот, – сказал он, передавая ей автомобильные очки в оправе из металла и кожи. – Вы можете надеть их поверх собственных.

Сам он надел такие же.

– Зачем они мне? – спросила Пруденс, разглядывая очки.

– Разумеется, чтобы защитить глаза от ветра во время езды. Вы сами почувствуете, что это необходимо.

Он завел мотор, и машина плавно тронулась с места.

– Должно быть, вы мало спите, если обычно встаете так рано, – заметила Пруденс, продолжая вертеть в руках диковинные очки. – Ведь сегодня воскресенье.

– Простите, если я нарушил сон, необходимый вам для сохранения красоты, – ответил он весело. – Но даже при езде со скоростью двадцать миль в час потребуется примерно три часа, чтобы добраться до места.

– Три часа! – Пруденс удивленно уставилась на него. – Куда же мы, черт возьми, отправляемся?

– Это сюрприз, – сказал он. – Я вам уже говорил, что сюрпризы нередко бывают условием удачной кампании.

– Только в суде, – возразила она.

– Уж там-то само собой разумеется, – со смехом согласился он. – Но как вы справедливо заметили, сегодня воскресенье. Поэтому лучше не говорить о судах.

– Но я думала, мы займемся подготовкой к процессу.

– В некотором роде да, но не так, как вы это себе представляли. Не будем тратить этот прекрасный день только на дела. Нервничать, напрягаться. Вообще-то я предпочитаю не перегружать себя работой по воскресеньям. Это позволяет мне сохранять свежесть мыслей.

Пруденс не нашлась что ответить. Она ехала на машине неизвестно куда, неизвестно зачем, с человеком, который с каждой минутой нравился ей все меньше.

– Значит, вы мне солгали, – сказала она, наконец. – Для того лишь, чтобы втянуть меня в эту авантюру, заставить провести с вами день.

– Но это грубое преувеличение, – запротестовал он с легкой улыбкой. – Я вам как-то говорил уже, что для подготовки к процессу мне важно узнать вас получше.

В его словах была логика, и Пруденс не стала возражать.

– А я думала, что хотя бы воскресенье вы проводите с дочерью, – сказала Пруденс.

– Сара проводит воскресенье интересно и с пользой для дела, – ответил сэр Гидеон. – Ее день расписан по минутам, и для отца просто не остается времени.

– Понимаю..

Машина набирала скорость, и теперь Пруденс чувствовала, насколько силен ветер. У нее слезились глаза. И она надела смешные очки с выпуклыми стеклами и повернулась взглянуть на своего спутника. Он почему-то улыбался, и хотя она не видела выражения его глаз под стеклами очков, догадывалась, что вокруг них собрались веселые морщинки, а в их серых глубинах пляшут золотые искры. Его рот не стал менее чувственным с момента их первой встречи, только ложбинка на подбородке, казалось, уменьшилась. Она отвела глаза и уставилась на дорогу, глубже засунув руки в муфту.

– Итак, куда же мы все-таки едем, Гидеон?

– В Оксфорд, – ответил он. – Мы попадем туда как раз к ленчу в Рэндолфе. А потом, если не будет слишком холодно, покатаемся на лодке. Но в вашей шубе вы не озябнете, если даже пойдет снег.

– И мы сделаем пятьдесят миль в одну и столько же в другую сторону за один день?

– Я люблю ездить на машине, – ответил он с благодушной улыбкой. – Особенно на этой. Она с легкостью делает двадцать миль в час. День прекрасный, хоть ветер и резковат. У вас есть возражения?

– А вам не приходило в голову, что у меня могли быть другие планы на этот день? – спросила Пруденс.

– Приходило, но я решил, что в этом случае вы откажетесь от моего приглашения. – Он бросил на нее взгляд, и его улыбка стала шире. – Я старался написать записку так, чтобы было ясно, что это приглашение, а не повестка в суд. Надеюсь, мне это удалось.