Ты для меня? - Людмила Сладкова

— Герман, нам конец! Сюда идет Анна с каким-то…мужиком!

Давыдов описал ситуацию довольно красноречиво, одним единственным словом:

— Бл*дство!

И сама не заметила, как к нему подскочила.

— Что делать? — Вцепилась в мужской локоть мертвой хваткой. — Что будем…

— Уймись! — Строго. — Без паники.

Понимая, что данные на флеш-карту скачать не успел, Герман просто выдернул накопитель и спрятал в карман. Достав телефон, сделал несколько снимков прямо с экрана монитора. Затем, спешно вырубил блок питания, погружая кабинет во тьму.

Однако лунный свет, настырно пробивающийся сквозь окно, позволял им замечательно видеть друг друга. Шаги в коридоре становились все громче и отчетливее. Девушка нервно сглотнула, лихорадочно осматривая помещение.

Им не спрятаться! Это конец.

— Диван, — тихо шепнул Давыдов, — стоит не плотно к стене. Быстро тащи туда свой зад!

— А ты?

В ответ, мужчина схватил ее за руку, и поволок в указанном ранее направлении.

— Там грязно!

— Живо! — Процедил сквозь зубы, подталкивая в поясницу, а сам последовал за ней.

В буквальном смысле.

— Эй, а ну слезь с меня, сейчас же!

Мужская ладонь легла на лицо, перекрывая приток кислорода.

— Есть еще идеи? — Выразительно посмотрел прямо в глаза. — Ни шкафов, ни других диванов я здесь не наблюдаю!

— Ты меня раздавишь!

Привела последний аргумент незная, что пугает больше: страх быть застигнутыми на месте преступления, или же его внезапная близость.

— Ни звука! И прекрати…извиваться.

Лера замерла, пребывая на грани истерики. Мыслить трезво уже не могла.

Его запах дурманил.

Вопреки здравому смыслу, так хотелось прижаться губами к его мощной шее. Спуститься ниже, оставляя мокрый след.

Нет…нет!

Герман фактически уткнулся носом в ее волосы. Дышал медленно и глубоко, как если бы…насладиться пытался. Каждый выдох опалял кожу, вынуждая всякий раз покрываться мурашками.

— Ну, и пульс, Мелкая! Меня боишься, или себя?

Он откровенно издевался! Ситуация мужчину явно забавляла.

— За своим следи! — Тихонько гаркнула в ответ. — Дышишь так, будто это тебя, а не меня, к полу придавил здоровенный мужик.

— О! Выходит, я красивый — здоровенный?

— Ты — придур…

— Т-с-с! — Приложил палец к ее губам, заставляя замолчать.

В пьянящей тишине щелкнул замок. После чего, дверь торопливо заперли.

— Наконец-то, Аня!

Послышался сдавленный стон. За ним последовал смачный поцелуй.

— Давай, скорее! Покажи, на что способен.

Звук срываемой одежды. Определенно точно. Его ни с чем не перепутать.

Вон и бусины посыпались по полу.

— Теперь ты должен мне ожерелье, взамен порванному, сумасшедший!

— Не вопрос!

Лера шокировано вытаращила глаза. Все еще не веря собственным ушам, уставилась на Давыдова.

— Скажи…это же не то, о чем я подумала? — Произнесла одними губами.

Мужчина беззвучно застонал.

— Попадос!

Звуки примитивной страсти набирали обороты. С рабочего стола на пол полетели папки с документами.

— Ты прекрасна! Давай, раздвинь ножки…покажи себя.

Вероятнее всего, просьбу Анна выполнила, потому как ее напарник заурчал в голос.

— Аня…так держать. Какие щелочки! Мой Бог! И складочки…влажные. Ты сводишь меня с ума.

— О, да, Миша! Вот так! Хорошо. Оближи меня! Оближи всю!

Лера стала пунцовой, сгорая от стыда и неловкости.

Лицо полыхало. Пульс зашкаливал. Дыхание рваное. Поверхностное.

Боже! Как после подобного в глаза ей смотреть?

Не правильно. Вместе с тем порочно, и дико возбуждающе. Столкнувшись взглядом с Германом, и вовсе дышать перестала.

Все видел. Все понимал.

Он внимательно наблюдал за ее реакцией. С прищуром. Как хищник за жертвой. На самом краю. Перед прыжком. В его глазах сверкала неизведанная черная бездна. Завлекала. Манила. Притягивала.

Затуманенным мозгом осознала вдруг, как сильно Давыдов возбужден. Как тяжело дышит. Как нетерпеливо стискивает в кулаке ее локоны.

— Да, Миша! — Взвыла от удовольствия Анна Александровна. — Тр*хай меня! Куда только пожелаешь! Да, черт бы тебя подрал!

— Не переживай, Анечка, я везде побываю!

Это уже слишком, для нее! Конкретный перебор!

Огнем полыхала. Стала столь влажной, что и признаться страшно. Стыдно.

Конец! Это конец!

Давыдов принял решение. Вынес приговор.

И гори все синим пламенем.

Его рука медленным, но уверенным движением поползла вверх по ее оголившемуся бедру, сбивая и без того задравшийся подол платья еще выше. Сердце ухнуло вниз. Внутренности узлом скрутило от нахлынувших эмоций. Герман замер всего на пару секунд, ощупывая пальцами кружевную ленту от чулок.

— Мелкая! — Прохрипел прямо в ухо, пробуждая к жизни тысячи нервных окончаний. — Когда только носить их научилась?!

— Ты…что творишь? — Попыталась вразумить. — Перестань!

— А ты что со мной творишь?

— В каком смысле?

— Я готов был взять тебя еще в коридоре. У стены.

О, черт!

От его слов между ног стало еще жарче. Еще мокрее.

— Не надо, прошу.

— Почему? Ты же хочешь.

— Это все…неправильно.

Мужчина, не обращая должного внимания на ее невнятное бормотание, хозяйским жестом запустил руку в вырез платья, и сжал пальцами нежный сосок.

Теребя его. Умело играя.

Против воли выгнулась дугой навстречу изысканной ласке. Прикусила губу, дабы не застонать.

Хотя на этот счет можно было и не переживать. Звуки, издаваемые жаркой парочкой, перекрывали все.

— О, да! Да! Да! — Верещала Смирнова. — Какой шикарный член!

Лера же замерла, чувствуя бедром каменную плоть Давыдова. Словно электрический разряд пропустили между ними.

— Герман, — ужаснулась силе собственного желания, отдаться ему прямо сейчас, — нужно остановиться.

— Не проси! Не смогу. — Рвано выдохнул. — Уже нет…