Шанс на счастье - Адалин Черно

Легко сказать, но трудно сделать, думаю, смотря на экран мобильного, где вот уже третий день подряд периодически высвечивается имя Руслана. Я не отвечала, пока была дома, не беру трубку и здесь. Знаю, что поговорить нужно, но отвечать… боюсь.

Не того, что он будет извиняться. Кажется, я только этого и жду. Что он позвонит и скажет, как виноват, как сильно жалеет, что остался, что соскучился. По мне и дочке. Что хочет нас увидеть и обнять. Я подсознательно жду от него раскаяния, а в действительности боюсь, что отвечу и ничего этого так и не услышу.

Слабо верится, что Руслан в принципе способен понять свою ошибку и вину. По крайней мере не сейчас. Я знаю, что Оля еще не пришла в себя. Леонид сказал. Боюсь отвечать на звонок Руслана из-за страха услышать обвинения в свой адрес и угрозы забрать дочь, которой я сознательно его решила. Наверное, я недостаточно хорошо знаю мужчину, от которого родила. Точнее, совсем не знаю, потому что не представляю, какова сейчас его реакция на мой отъезд.

Меня шатает от версии к версии, я предполагаю, думаю, прикидываю, но не могу добраться до истины. Что ему нужно? На самом деле. Что он хочет мне сказать?

— Настойчивый ухажер? — насмешливый голос откуда-то сверху заставляет меня отвлечься от телефона.

Мягко-розового цвета губы, натянутые в широкую улыбку, белоснежные ровные зубы и ямочки на щеках — первое, во что утыкается мой взгляд, когда я поднимаю голову.

— Простите, не удержался, — на этой фразе мужчина перетягивает мой взгляд к своим глазам, которые смотрят на меня открыто и искренне. Они у него серо-голубые, почти прозрачные, с четкой янтарной радужкой по кругу.

Наверное, нужно что-то сказать.

— Я Данил, — теперь мой растерянный взгляд падает на руку, которую мужчина протягивает мне для пожатия.

Я действую на инстинктах и вкладываю свою ладонь в его, пока еще толком не понимая, что делаю и кто этот человек напротив.

— Ну слава богу, а то я подумал, что вы восковая фигура, — шутит он. — Смотрели на меня и не шевелились.

Я улыбаюсь впервые за последние дни. Даже не из-за шутки, хотя нужно признать, это он умеет делать, сколько из-за искренности и умения расположить к себе.

— А ваше имя. Скажете?

— Аня.

— Красивое-е, — слегка тянет мужчина. — Можно я присяду, Аня?

Мой короткий кивок служит ему разрешением. Уже через минуту Данил сидит за столиком напротив и делает заказ подошедшей официантке. Когда девушка в униформе уходит, Данил переводит взгляд на меня.

— Вы всегда так знакомитесь с женщинами?

— Как так? — следует мне ответ.

— Настойчиво.

— Нет, — он улыбается. — Посмотрел на вас и понял, что если буду спрашивать, рискую быть посланным.

— С вашей тактикой у меня не было выбора, — признаюсь. — Первые минуты я вообще не понимала, кто вы и что вам нужно.

— А сейчас понимаете?

— Сейчас я по крайней мере знаю ваше имя. Кстати, как вы поняли, что я русская?

— Оглянитесь, — он улыбается. — Местные женщины одеваются по-другому.

Я приехала только вчера, поэтому еще толком не успела осмотреться, а ведь это и правда так. Первое время мне встречались туристы, поэтому я не сильно обратила внимание на внешность, а вот сейчас это особенно бросается в глаза. Да и женщин в кафе практически нет.

Данил отвлекает меня от тревожных мыслей. Мы разговариваемся. Я узнаю, что он живет здесь около трех лет, но сам родом из России. Здесь у него бизнес, какой именно я не уточняю, а он не распространяется.

— А вы здесь? Туристка?

— Нет, по работе. Я модель, снимаюсь для коллекции известного бренда одежды.

— Вот почему я сразу обратил на вас внимание, — с улыбкой произносит Данил. — Я ведь фотограф. Интуитивно чувствую родную душу.

Так я узнаю, что Данил замена Руслану в съемках. Мы смеемся, когда это выясняется и понимаем, что нам вместе работать немало времени.

— А что с прошлым фотографом? — неожиданно спрашивает он. — Меня позвали случайно. Я когда-то давно работал, был известным в этой области, потом открыл свою студию, теперь люди работают на меня, ну и бизнес.

— Он… у него семейные проблемы, — произношу, заметно мрачнея.

В этот момент звонит мой телефон. И там ожидаемо имя Руслана. Морщусь. Разве непонятно, что я не хочу разговаривать?

— Так почему ты не берешь трубку? Мы, кстати, можем на ты?

— Да, вполне. Не беру, потому что не хочу разговаривать, — отключаю звук и переворачиваю телефон экраном вниз.

— Настойчивый поклонник?

— Можно и так сказать, — говорю уклончиво. — Отец моей дочери. И по совместительству прошлый фотограф.

Мне не хочется ничего скрывать. Данил открытый и привлекает меня именно этим. Не вижу смысла недоговаривать, если он все равно узнает о том, что случилось. Почти все сотрудники были в курсе, когда мы уезжали из Берлина, а по пути сюда стали осведомлены даже те, кто понятия не имел, что происходит. Новости разлетаются быстро, а уж плохие и скандальные — моментально.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Внимание Данила ко мне не смогут не заметить и не удивлюсь, если о том, что у меня был роман с прежним фотографом, ему скажут тут же. Как бы невзначай, между делом, оповестят привлекательного мужчину о том, что женщина, на которую он обратил внимание его вовсе недостойна. На это найдут сразу две причины: у нее взрослая дочь, и ее только что бросил предыдущий фотограф, от которого она и родила.