Жестокий бог - Л. Дж. Шэн

Что Вон вообще здесь делал? И с каких это пор его волнует, что со мной случилось?

Он повернулся, и его глаза напугали меня. Они были намного темнее, чем их естественный цвет, и наполненными. Полными ненависти, гнева и… страха? Клянусь, я видела за этими чувствами что-то искреннее.

– Ты спишь с ним? – выплюнул он.

– Моя сексуальная жизнь тебя не касается, – решительно сказала я, возвращая себе выдержку. Он преследовал меня весь день, а ночью вернулся, чтобы сделать… что именно? Но ответ был очевиден. Я. Или, по крайней мере, он хотел от меня того же, что получил от Арабеллы, Элис и своего гарема девчонок: полное подчинение и минет.

Он пришел не в то место.

– Ответь мне! – повысил он голос.

– Конечно, я занимаюсь сексом с Поупом. – Я мило улыбнулась, когда Поуп поднялся, глядя на Вона с еще большей ненавистью. – Посмотри на него, Вон. Поуп в десять раз талантливее тебя, адекватнее и красивее. Ты насмехался надо мной насчет того, что я девственница, весь наш выпускной год, но знаешь что, Спенсер? – Я поднялась на цыпочки, приблизила губы к уху Вона и понизила голос, чтобы Рафф не мог нас услышать. – Я думаю, что это тебе нужен урок или два. Стоять там, когда тебе отсасывают член, не требует особого мастерства, и я ни на секунду не верю, что ты не хочешь прикасаться ко мне. Ты просто не знаешь, как это сделать.

Потрясенный, он сделал шаг назад. Потом я увидела его дикие глаза, слегка расфокусированные, и поняла, что зашла слишком далеко.

– Все, что у вас с ним происходит, прекращается сейчас же, – объявил он. – Ты принадлежала мне в Тодос-Сантосе, и здесь ты, черт возьми, тоже принадлежишь мне.

– Ого… – Поуп рассмеялся за спиной Вона, заставив нас обоих повернуться к нему. Он смахнул пыль со своих брюк. – Кому-то нужно успокоительное и выпивка, а еще лучше – взглянуть правде в глаза. Она никому не принадлежит, приятель. В наши дни решение за женщиной. Радикально, я знаю.

– Заткнись, – огрызнулся Вон, поворачиваясь ко мне. – Я останусь здесь на ночь.

Я попыталась подавить свой истерический смех. И по большей части преуспела.

– Проваливай. – Я указала на дверь.

– У меня был действительно фиговый день, Хорошая Девочка, и я не в настроении ссориться. Но если ты выберешь этот вариант, тебе лучше знать, что ты будешь в проигрыше.

Глупо было задумываться о его чувствах, но даже в темноте Вон выглядел таким усталым и измученным, что я не хотела быть той, кто полностью сломит его. По какой-то причине, хоть мне и нравилось трепать ему нервы, я поняла, что больше не жажду его боли. И это беспокоило меня. Очень сильно.

Я выдохнула, слегка кивнув Поупу.

– Все в порядке.

– Ты уверена? – он нахмурился.

Я обошла Вона, чтобы обнять лучшего друга, понимая, что это, вероятно, был первый раз, когда Поуп и Вон встретились.

– Вон, Поуп. Поуп, Вон. Поуп – мой лучший друг. Вон… – Я замолчала, переводя взгляд между двумя парнями, стоящими друг перед другом. – Вон – сукин сын, – невозмутимо произнесла я.

– Арабелла сказала, что ты помог ей заполнить анкету, которую я по глупости принял. Спасибо, что обременил меня никчемным малограмотным помощником. – Поуп протянул руку, и Вон мгновение изучал ее, прежде чем неохотно пожать.

– Тронь Лен еще раз, и Арабелла будет наименьшей из твоих забот. – Вон вежливо улыбнулся, недружелюбно сжимая руку Поупа.

Поуп присвистнул, приподняв бровь.

– Лен.

Клянусь, Вон покраснел, но было слишком темно, чтобы сказать наверняка.

– А теперь беги, дружище, – предупредил Вон.

Как только мы остались одни, он повернулся ко мне. Я скользнула обратно в постель, игнорируя его присутствие. Я устала бродить по замку весь день, пытаясь найти его, и я не хотела драться. Я раскрыла свою книгу фэнтези и прислонила ее к стене, лицом к которой лежала, как будто я не была в кромешной темноте. Позади меня Вон сделал движение, чтобы лечь в постель.

Я подняла руку, даже не обернувшись.

– Даже не думай об этом. У меня все еще есть нож. На этот раз я порежу тебя глубже.

– Это будет уже третья отметина, которую ты оставишь на мне. На данный момент ты уже должна знать, что меня это не волнует.

Я заметила фиолетовый засос у него на шее, но понятия не имела, о каком еще шраме он говорил. Я повернула голову, чтобы посмотреть через плечо, мое любопытство взяло верх надо мной. Вон приподнял рубашку и показал мне шрам, оставшийся после того, как я зашила его в ванной. Очевидно, я проделала ужасную работу. Я все еще могла видеть, как рана зигзагообразно заживает, как настоящая молния. Его кожа вокруг нее зажила. Метка собиралась остаться такой навсегда.

Я снова вернулась к книге, повернувшись к нему спиной.

– Я оказала тебе услугу.

– Я не жаловался, – сказал он легко.

– Где ты был сегодня?

– Работал.

– Почему ты мне не позвонил?

– Потому что мне не нужна помощь.

– Почему ты предложил мне эту должность, если не хочешь, чтобы я тебе помогала? – Я все еще смотрела на ту же страницу, не в силах разобрать ни слова, не зажигая лампу.

Я спрашивала его о стажировке или обо всем остальном между нами? В одну секунду он был заинтересован – собственнический, неуравновешенный, бешеный – а в следующую он полностью проигнорировал меня.

– Потому что… – Его голос становился все ближе, и я поняла, что он навис надо мной, что он может коснуться меня в любой момент. От этой мысли по моей коже пробежала дрожь. – Я хотел держать тебя в поле зрения, а ты хотела быть здесь. Слушай, у меня был паршивый день. Я даю тебе полную свободу действий, чтобы ты работала над своим проектом следующие полгода. Не беспокойся о моей скульптуре. Она будет готова вовремя, и она будет восхитительна. Предложения о работе будут сыпаться от всех подряд.

– Ты никому не позволишь это увидеть, – сказала я.

– Нет.

– Даже моему отцу?

Ответа не последовало. Господи. Я повернулась к нему, со стуком захлопнув книгу.

– Он знал, что ты не позволишь мне это увидеть, и все равно позволил мне приехать сюда и потратить на тебя шесть месяцев моей жизни?

Вон сел на край моей кровати, разглядывая меня со спокойным любопытством.

– Ты хотела приехать сюда.

– Как стажер.

– Следовало уточнить.

– О, отвали. Я не занимаюсь благотворительностью.

– Никто и не говорил, что это так, – процедил Вон, теряя терпение. – Слушай, ты зарабатываешь себе репутацию, ничего для этого не делая. Я справляюсь со своими делами сам, и, обещаю, я устрою тебя на стажировку, когда мы закончим. Мне это подходит, Хорошая Девочка.