Пуговицы и кружева - Пенелопа Скай

Я забралась в джакузи и откинула голову на свернутое полотенце. В небе сверкали звезды. Они казались гораздо ярче, чем в Штатах – наверное, потому, что не было городской подсветки. Я смотрела в калейдоскоп звездного неба, стараясь найти знакомые планеты и светила. И ненадолго забылась. Звезды меня успокаивали.

– Не возражаешь, если я присоединюсь?

Я никогда не слышала его шагов. Он появлялся внезапно. Услышав его голос, я едва не подпрыгнула. Оторвав голову от свернутого полотенца, я увидела его – в спортивных штанах и черной футболке. Именно в этом наряде он появлялся передо мной вечерами.

– Оставь меня в покое.

– Ты целый день была в покое.

– Да, но этого недостаточно.

Он не рискнул подойти ближе. Руки он держал в карманах и смотрел куда-то вдаль через расстилавшиеся поля. Виноградники накрыла тьма, но тем не менее их еще можно было различить. Ветерок защекотал мне затылок, теребя мокрые волосы.

Я откинулась обратно на полотенце, ожидая, когда он уйдет. Я понимала, что он опять хочет секса. Но именно сегодня мне не хотелось.

– Спокойной ночи, Кроу.

Но, вместо того чтобы уйти, он разделся и опустился в джакузи рядом со мной:

– Что-то не так?

– Нет. Просто я не хочу, – ответила я, не отрывая взгляда от звездного неба.

– А вчера я бы так не сказал, – усмехнулся Кроу.

Мне захотелось дать ему по яйцам.

– Эй, ты, Пуговица!

Его игривое настроение мигом испарилось, словно дымка над горячей водой. Он снова повелевал и желал моей покорности.

Но мне не хотелось.

Тогда он подплыл ко мне и погладил мое бедро. Его пальцы скользнули у меня между ног. Мне захотелось, чтобы он коснулся моего клитора. Но в тот же момент я отрезвела:

– Что надо?

Он снова положил мне руку на бедро:

– Поговори со мной.

– Мне не нужна сегодня пуговица. Уйди!

Он убрал руку, поняв, что меня не соблазнить, причем на его лице я не заметила особого разочарования.

– Я ведь не только твой хозяин, – сказал он. – Я ведь и твой друг.

– Ты мне не хозяин, – отрезала я. Весь накопившийся яд вылетел у меня изо рта вместе с каплями слюны. – Ты не владеешь мною и никогда не будешь владеть!

Его терпения и обходительности как небывало. Остался лишь безжалостный злодей.

– Я. Твой. Хозяин, – отчеканил Кроу.

С этими словами он схватил меня за запястье и вывернул его, отчего рука оказалась в неестественном положении. Еще чуть-чуть, и он мог сломать ее.

Было больно и неудобно, но я не подавала виду. Я терпела, не желая просить пощады.

Кроу резко рванул руку, так что я оказалась прижатой к его груди. Молниеносным движением он схватил меня за подбородок и сжал его двумя пальцами. Наши взгляды встретились.

– Ты. Принадлежишь. Мне. – Он еще крепче сжал пальцы. – И чем раньше ты осознаешь это, тем легче тебе будет. – Пальцы скользнули мне на шею. – Теперь повтори, что я сказал.

– Никогда.

Я ни за что не склонилась бы перед ним. Он может владеть моим телом, но не разумом. Да, мое тело чисто физически реагировало на присутствие внутри его члена. Моим губам было приятно прикасаться к нему. Но проникнуть в мой разум ему не удастся. Если уж Боунсу такое не удалось, то этому и подавно.

Кроу стиснул мою шею:

– И если до этого я дарил тебе свою милость, это не означает, что так будет и дальше. Не искушай меня.

Он еще сильнее сдавил шею, почти лишив меня воздуха.

– Лучше я сдохну, чем буду повторять за тобой! – Он действительно мог утопить меня в ванне, но я все равно не хотела идти у него на поводу. – Я не считаю похитителя моим хозяином. Я не уступила Боунсу, не уступлю и тебе.

Мы неотрывно смотрели друг другу в глаза. Кажется, мне удалось не вздрогнуть.

Кроу приблизил ко мне свое лицо. Я заметила, как под водой восстал его член. Чем сильнее я отталкивала его, тем сильнее он желал меня. На его глаза набежала тень, как будто именно такой ответ он и хотел услышать.

Каждый раз, когда я оказывала ему сопротивление, его одержимость становилась все яростнее.

Он стиснул мое горло, полностью перекрыв кислород:

– Посмотрим.

С меня было достаточно.

Я больше не собиралась мириться с моим заключением. Из своего «долга» я выплатила лишь две пуговицы, но ради них мне пришлось немало вытерпеть. И сколько еще предстояло?

Отчасти я все же уважала Кроу. Он мог причинить мне боль, но не делал этого. Он мог просто заставить меня раздвинуть перед ним ноги и взять меня, как ему хотелось. И когда Кейн хотел взять меня силой, он мог спокойно не вмешиваться.

Но я все еще ненавидела его.

Я ненавидела себя за то, что все еще интересовалась им. Я исходила от ярости за то, что он так глубоко «зацепил» меня. Мне действительно нравилось его присутствие, нравились наши загадочные разговоры. Так не должно было быть.

Я не должна была любить своего тюремщика.

Мне было нужно выбраться на свободу.

Я вошла в дом и пробралась на кухню. Там было темно, лишь лунный свет лился через окно. Но этого было достаточно, чтобы я смогла отыскать кухонные ножи. Их ручки торчали из прорезей металлического стеллажа рядом с раковиной.

Я вытащила самый большой из них.

Его спальня располагалась этажом выше. Я никогда не заходила туда, но знала, что она рядом с его кабинетом. Стараясь не шуметь, я поднялась вверх по лестнице и пошла по темному коридору. В моей тумбочке валялась скрепка для бумаги, и с ее помощью я рассчитывала вскрыть замок его двери.

Я работала тихо. Наконец что-то клацнуло, и замок открылся. Сердце бешено колотилось, и я затаила дыхание, боясь выдать свое присутствие.

Когда дверь отворилась, я прокралась внутрь. Как и во всем доме, здесь было темно. Это была самая просторная комната во всем особняке. Здесь была оборудована гостиная с плоским телевизором, баром и письменным столом у стены.

Закрыв дверь, я на цыпочках прошла дальше. В руке была крепко зажата рукоять ножа. И я была готова убить человека, что похитил меня. Я была готова перерезать ему горло и позволить ему истечь кровью. Если его тело не успеют обнаружить до утра, мне, возможно, удалось бы завладеть ключами от его автомобиля и добраться до аэропорта с его деньгами. Возможно, мне удастся сесть на ранний рейс и улететь домой.

Домой!

Я миновала гостиную и оказалась в коридорчике, который вел в его спальню. Ноги осторожно переступали по полу. Я была без обуви, а из одежды оставила лишь длинную, до колен, футболку. В случае чего я могла бы солгать, что просто ищу какую-нибудь вещь.