Аромат рая - Дженнифер Блейк

– Очень жаль, но я подумала хорошенько и решила, что мне лучше отказаться от нее. И к тому же лучше, если я вообще покину твой дом.

– Нет. – Он сказал это нарочито грубым голосом и схватил ее за руки. – Я не позволю тебе уйти!

– Ты не посмеешь удерживать меня против моей воли.

– Попробуй... – В хватке его рук чувствовалась едва сдерживаемая сила.

Но она и не пыталась освободить и вырвать руки.

– И ты дашь наконец мне возможность доказать мою силу?

Райан отреагировал на ее находчивость лишь тем, что криво ухмыльнулся.

– С какой стати я стану тебя отпускать? Чтобы ты ушла к другому мужчине? – строго спросил он.

– Чтобы в конце концов оставить тебя в покое...

– Мне не нужен покой, мне не нужен и этот дом, если в нем не будет тебя, без твоего проклятого запаха духов.

Ее глаза затуманились.

– Значит, тебя ко мне влечет только этот запах? – спросила Элен, наклонив голову.

– Ты прекрасно знаешь, что нет.

– Я знаю?

– Могу тебе это доказать, – сказал он с мрачным видом. – Тебе когда-нибудь приходилось заниматься любовью на жестком полу?

– Ты же хорошо знаешь, что...

– Да, знаю. Это одно из моих любимых воспоминаний. Знаешь, иногда я тоскую по темной яме под домом Фавье.

– Но почему? – растерянно спросила Элен.

Райан прекрасно понимал, что причина состояла в том, что там, в темноте тайника, он не мог видеть в ее глазах молчаливую сдержанность. Потому что тогда они оба были твердо уверены, что Дюран Гамбьер погиб. Потому что на протяжении тех дней Элен Ларпен полностью принадлежала ему...

– Выходи за меня замуж, – сказал он.

У Элен перехватило горло. В этот момент ей захотелось, чтобы она никогда не слышала об этих духах. Сначала она не верила в их силу, не хотела верить, но с каждым днем убеждалась в обратном. Поэтому со стороны Элен было бы несправедливым принять его предложение, которое, очевидно, сделано под воздействием ее духов, а не является его собственной волей. Зачем ей муж, который сделал предложение по принуждению, пусть даже и невольному?

– Зачем? – Она спросила так тихо, что ему пришлось наклониться, чтобы расслышать ее вопрос. – А что плохого в том, что мы и без этого вместе?

– Тебя это, быть может, и удовлетворяет, но я хочу большего, – ответил Райан.

– Что еще может между нами быть больше того, что уже есть?

– Общее будущее. Дети. – Он говорил очень тихо, но уверенно. Его синие глаза потемнели.

Сердце Элен защемило так, что стало трудно дышать. Как легко ответить ему «да» и безоглядно принять все, что Райан только что пообещал. Но что будет, если он когда-нибудь узнает, какуюшуткуона нечаянно с ним сыграла. Замужество слишком серьезный шаг, это – навсегда, и ей не хотелось бы жить вместе с человеком, который станет ее презирать.

– Я не могу согласиться на это. И, пожалуйста, не проси меня.

В ее глазах и на лице он вдруг увидел печаль... «Неужели эта печаль связана с Гамбьером?» – подумал Райан. Он проклял день, когда Жан принял плантатора на борт «Си Спирит». И почему только этого человека не оставили там, на острове, чтобы он испытал свою судьбу?

– Но могу я спросить тебя: почему?

– Это только каприз, и он скоро пройдет. Каприз, который возник из-за того, что судьба свела нас вместе и бросила в объятия друг друга, а еще... из-за моих духов.

– К черту твои духи! – крикнул он раздраженно. – Я знаю, что я...

– Мне важно, чтобы ты понял, что они не простые, а особенные, – перебила его Элен, движимая непреодолимым желанием сбросить груз тайны, отягощавший ее долгое время, рассказать ему все. – Этот запах сильно и странным образом влияет на мужчин. Ты не знаешь...

– Я знаю об этом столько, сколько мне надо, – отрезал он с нетерпеливым раздражением. – В эту минуту меня интересует одно – почему ты не хочешь дать мне тот ответ, которого я жду.

Она попыталась вразумить его. Отведя глаза, чтобы не видеть его напряженного и жаждущего взгляда, Элен лихорадочно пыталась найти какие-нибудь слова, способные успокоить его.

– То, что мы вместе, – это временное соглашение и ничего более, – нервно проговорила она.

– И именно поэтому оно тебе нравится?

– Мне надо найти собственный путь в жизни. Я хочу сама распоряжаться собой, хочу, чтобы никто не мог контролировать меня, мои поступки...

– Я и не собираюсь контролировать тебя, Элен. Мне только хочется, чтобы ты со мной была в безопасности.

– Это только слова... Ты меня оставишь, как только захочешь!

Последнее Элен произнесла с горечью. Вспомнив, как отец оставил ее во Франции в гуще революционных событий... Она боялась идти на риск – вдруг придется снова остаться в одиночестве?

Возможно, именно по этой причине Элен никак не могла перестать пользоваться своими духами. Ей так важно было сохранить ощущение безопасности, которое давал ей Райан...

Кривая улыбка тронула его лицо.

– Я оставлю тебя только в том случае, если ты заставишь меня сделать это силой. Так что не поддавайся унынию, ни в коем случае. Раз ты говоришь, что предложение выйти за меня замуж было сделано случайно, забудь о нем и о том, что я могу тебя оставить. А пока я сделаю тебе другое предложение. Нас и Мазэнов пригласили в Воксхолл на спектакль труппы Морвена, который состоится через три дня. Месье Мазэн заказал ложу и нанял лодку. Он хочет пригласить всех, кто сумел спастись с Сан-Доминго. Что ты об этом думаешь?

Райан говорил с легкостью, но Элен почувствовала в его голосе холодок и некоторую напряженность. Принимая его приглашение, она даст ему понять, что их отношения останутся прежними, и, может быть, это лучший выход в создавшейся ситуации. Элен сглотнула комок в горле и взяла себя в руки.

– Почему бы нам и не пойти? – наигранно веселым голосом сказала она.

Воксхолл находился у слияния канала с Байо-Сент-Джон, посреди множества таверн, игорных домов, харчевен и танцевальных залов. Сооруженный еще испанским генерал-губернатором Каронделетом, этот канал начинался у внешних обводов городских укреплений и заканчивался у озера Понтчартрейн. Предназначался он для избавления от наводнений.

Группа гостей, приглашенных Мазэном, разместилась на широкой, как баржа, лодке. Они отправились сразу после захода солнца, присоединившись к веренице других судов, направлявшихся вверх по узкой и извилистой протоке к длинному выходу из озера. Внезапно налетел порыв бриза, чуть охладив лица путешественников. Лодочник, управлявшийся с шестом, пел песню в такт своим движениям. Канал давно не чистили, поэтому он обмелел из-за постоянных илистых наносов, его глубина теперь не превышала и метра. Поэтому по нему свободно могла пройти только лодка-плоскодонка. Вдоль берега стояли ивы и кипарисы, цветы которых, похожие на зеленые камешки, тяжелыми гирляндами свешивались с узорчато-кружевных веток. Когда ветки опускались низко над водой, с них мгновенно поднимались в воздух тучи комаров, а водоплавающие жуки стремительно уносились вперед, словно старались обогнать их неуклюжее судно. В воде отражался розовый и бледно-лиловый отсвет заката.