Мы под запретом - Нана Фокс

Любимого…

— Что может быть лучше? — удивленно бурчит она и, развернувшись, идет на кухню, шлепая босыми ногами по теплому полу.

— Может, — шепчу я ей вдогонку, но она меня уже не слышит. — Может!

Привычный завтрак — бутерброды и чашка бодрящего кофе. Быстрый сбор — легкие летние брюки, рубашка и кеды. Стандартный план учебного дня — несколько лекций и семинар. Все, как обычно, для всех, но не для меня.

Занятия словно пролетают мимо меня. Я, вроде, и присутствую на них, и даже конспектирую и отвечаю на вопросы преподавателей, правда, порой невпопад. Но мысленно я уже в самолете, по пути на Родину.

Когда заканчивается последняя на сегодня пара, спешно отказываюсь от дружеского похода в ближайшее кафе и опрометью мчусь на поиски куратора. В рюкзаке лежит заявление о небольшом академическом отпуске, и я очень надеюсь, что оно будет принято. Полину Михайловну чудом умудряюсь поймать уже на выходе из университета. Недовольно поправляя сползающую с левого плеча лямку дамской сумочки, она с подозрением смотрит на меня, а затем на протянутый мною лист.

— Что-то срочное? — спрашивает, пробегая глазами по тексту.

— Да! Очень! — Я нисколечко не вру, прикусывая в растерянности губу и делая жалобный вид. — Я же и так опережаю программу, могу и экстерном все сдать, как вернусь. — И добавляю в голос драматизма: — Пожалуйста.

— Ну, хорошо, — соглашается она, и я счастливой пташкой вылетаю из здания.

До вылета еще надо много всего успеть, а главное — собрать чемодан.

Ночной перелет тем и хорошо, что, вымотавшись и морально, и физически за день, в салоне самолета я просто отрубаюсь, стоит мне только занять удобное кресло, накрыться пледом и надеть на глаза забавные очки для сна, при этом не забыв предупредить услужливую стюардессу, чтобы не будила меня до посадки.

— Хорошо, — согласно кивает она, поправляя на мне плед, словно заботливая родительница.

Один перелет сменяется ожиданием следующего, и лишь спустя почти сутки я, немного уставшая, но безумно счастливая, ловлю такси у здания международного аэропорта столицы нашей Родины. Меня не пугают заоблачные цены на услуги извозчика, и я еду домой. Кутаясь в палантин, отогреваюсь в теплом салоне автомобиля и любуюсь осенними пейзажами за окном.

— Девушка, — вырывает меня из дремоты мужской голос, — просыпайтесь, мы приехали.

Вздрогнув, выныриваю в реальность, с любопытством оглядываюсь по сторонам. Водитель уже достал из багажника мой чемодан и рюкзак и ждет, когда я с ним рассчитаюсь. Быстро отсчитав оговоренную сумму, прощаюсь с ним и, вдохнув теплый воздух с запахами пожухлой листвы, захожу в приоткрытую калитку.

— Привет! — кричу громко на весь участок, вводя в шок своим появлением опешившую маму и Игоря, а радостно визжащая Маруся кидается со всех ног ко мне навстречу.

— Кира-а-а-а-а! — Ее звонкий голосок эхом разносится по двору, и на крыльцо выходит баба Тома.

— Деточка! — первой приходит в себя мама. — Ты как здесь оказалась?

— Прилетела, — просто пожимаю плечами и, удерживая под попу повисшую на моей шее «мартышку», делаю несколько шагов к родительнице.

— Привет, дорогая! — Она обнимает нас, а у меня на глазах слезы. — Как же я по вас соскучилась.

— А ну, быстро все в дом! — командует Игорь. — Развели тут сырость, а ребенок полуголый — в нашем-то климате после солнечного побережья!

Он подхватывает мою поклажу и уверенно направляется в дом, а мы семеним следом, причитая и обнимаясь. В своей комнате я быстро переодеваюсь в более подходящий наряд, ныряю в теплый свитер и вязаные носки. Доносящийся с улицы звук въезжающего во двор автомобиля привлекает мое внимание. Сердце на миг замирает, а затем начинает дикую пляску, предвкушая скорую встречу.

Он приехал! Он здесь!

Перескакивая через ступени, опрометью несусь по лестнице, затем — через пустую гостиную и выскакиваю на крыльцо. Наши взгляды встречаются, но мой мир тут же теряет краски, и я захлебываюсь накатившим на меня отчаянием.

Саша, мой Саша, обнимает другую! Ревность застит мне глаза, я ничего не вижу и плохо соображаю. Окинув стоящую рядом с ним девушку свирепым взглядом, я разворачиваюсь и молча ухожу. У меня даже нет слез, а вместо колотящегося еще минуту назад любящего сердца — кусок льда и желание поменять билет и улететь отсюда.

Навсегда!

Глава 26

*Александр*

Сюрприз! Это реально сюрприз, только вот не совсем с тем оттенком. Но двойная порция! А все, потому что кто-то поддался спонтанному желанию сделать свое пребывание на семейном вечере комфортным. Можно ли меня за это осуждать? Да хер теперь разберешь!

По дороге в родительский дом был уверен, что все пройдет гладко и спокойно, что я просто отдохну в кои-то веки без маминого вмешательства в мою неустроенную, по ее словам, личную жизнь. Но теперь думаю, что ее придирки — меньшее из двух зол. А вот обида моей малышки, наполняющая любимые глаза при виде нас с Эмми, стоящих рядом, кувалдой шарахает в мою грудь, останавливая на миг биение сердца и возможность нормально дышать.

Белка! Моя маленькая девочка стоит за спиной Игоря и еле сдерживает слезы, а я чувствую себя кретином и сволочью, но не могу кинуться к ней и, заключив в свои крепкие объятия, целовать, шепча, что все не так, как кажется на первый взгляд. Радость и злость смешиваются во мне ядерным коктейлем, отчего кровь закипает.

Да, сюрпризы не всегда бывают радостными!

Мы только вчера провели за привычным телефонным разговором два с лишним часа, и Белка ни единым словом и даже малейшим намеком не упоминала, что собирается прилететь. Но вот она здесь! А я, блядь, с Эмкой в обнимку! Такое в самом страшном сне невозможно себе представить! Мне сложно предположить, что сейчас творится в ее голове, какие страшные мысли там бродят и какой ярлык она уже пришлепала мне на лоб. Явно «предатель» — это самый мягкий из подобных эпитетов, которыми она меня мысленно удостаивает.

А я безмолвно молю ее дать мне шанс объясниться. Сказать, что все это просто фарс. Игра, комедия для моей мамы, с недавнего времени поставившей себе цель во что бы то ни стало женить меня. И она не перед чем не остановится. Женщина, вбившая себе в голову очередную грандиозную идею, подобна азартному кладоискателю, ищущему древнейшие сокровища. Ее ничем не остановить.

Уговоры не помогают, разговоры по душам — тоже. Даже угрозы вновь свалить в чужую страну на несколько лет не произвели на родительницу должного усмиряющего эффекта. Они лишь подлили