Гражданство для попаданки - Екатерина Зыкова

— Ты забываешься! Если в тебе и есть что-то от Мон’Штрау, то разве что его рекомендации. И как ты посмела дотронуться до меня! Я — Эрик Чарлсон. Мой отец — придворный некромант, который занял место твоего знаменитого родственника.

— Н-да, Эрик, на принца ты точно не тянешь. А с такими загонами, твоему отцу должно быть стыдно за тебя.

Парень посерел от злости, но я и не думала останавливаться. Надо же мне на ком-то выместить свою обиду. Чертов демон!

— О-о-о, так у тебя, Эрик Чарлсон, еще и проблемы с памятью. Забыл, о чем говорил профессор пятнадцать минут назад? «Контроль над эмоциями» — одно из главных правил. Но, видимо, ты не в состоянии его придерживаться.

— Довольно.

Я перевела взгляд на того, кто встрял в нашу милую беседу. Им оказался сосед Чарлсона. Парень не был агрессивно настроен, напротив — он был сдержан и холоден. Если изначально, происходящее его забавляло, то сейчас мы явно вышли за рамки дозволенного.

— Чарльз, но эта сумасшедшая…

— Я сказал — довольно.

Не знаю, кем приходится Эрику этот Чарльз, но он явно внушает уважение. Даже я поостыла под этим его «довольно». Чарлсон отвернулся, а его сосед обратился ко мне:

— Прошу простить моего кузена. Контроль над эмоциями дается ему труднее остального, — к моему удивлению, Эрик фыркнул, но не повернулся к нам. — Меня зовут Чарльз Гилберд. Генри, имя нашего профессора по некромантии — Дастин Кроссман.

— Э-э… спасибо, — я аж растерялась от такой резкой смены собеседника. На выручку мне пришел неожиданно вернувшийся преподаватель, своим появлением заставивший нас всех замолчать.

Профессор Кроссман продолжил свою интересную лекцию, а меня тем временем волновал вопрос: интересно, он знает, что на белоснежном вороте рубашки, выглядывающим из-под рясы, красуется след красной помады?

***

— Вопросы?

В воздух неуверенно поднялась одинокая рука, сидящей на первом ряду девушки. Дождавшись кивка профессора, она встала.

—  Адептка Савин’э, — робко представилась худенькая фигурка. По аудитории послышались смешки. Очень странная реакция на вполне…приличную фамилию. Или дело не в этом? Кто эта девушка и за что ее не любят?

— Скажите, профессор Кроссман, а когда мы будем проходить призыв усопших?

— Точно не на первом курсе. Еще вопросы есть? По сегодняшней теме? Нет? Тогда все свободны. Кроме адептки Гунвор.

Ребята молча встали и, поспешно собрав вещи, удалились. Я последовала их примеру — сложила тетрадь в сумку — и подошла к кафедре, возле которой стоял преподаватель.

— Профессор?

— Адептка Гунвор, Вам выпала непростая задача — будучи полукровкой, влиться в ряды некромантов, но при этом оказана большая честь — наследие Мон’Штрау. Речь сейчас не о титуле, а о крови Кристофера. Хоть Вы и двоюродная племянница, но, уверен, что можно попробовать слепить из Вас что-то толковое. Из уважения к моему покойному другу, я постараюсь помочь Вам с освоением такой непростой науки, как некромантия. Есть что сказать?

Стоило мне только успокоиться после общения с Шаараном и стычки с Эриком, как у меня опять выбивают почву из-под ног. Профессор дружил с моим…отцом? Я должна расспросить его о нем, узнать хоть что-то. Конечно же, нельзя, чтобы Дастин Кроссман заподозрил неладное.

— Каким он был? Кристофер Мон’Штрау. Я не успела познакомиться с дядей до его смерти, — мой голос предательски дрогнул.

— Он был поистине Великим некромантом. А Вам, адептка Гунвор, нужно лучше контролировать свои эмоции, — назидательно произнес преподаватель, сохраняя хладнокровное выражение на своем бледном лице.

Я постаралась принять наиболее невозмутимый вид, но не уверена, что из этого получилось. Тем не менее, я продолжила с вопросами:

— Для меня не имеет значения, на сколько силен был мой дядя. Каким чело… кхм… существом он был? Справедливым ли? Добрым? Верным своему слову?

Некромант вздохнул и отвернулся от меня, уставившись в окно. Его ответ был монотонным, скрывающим истинные эмоции:

— Кристофер был справедливым и порядочным. Воспитание — это у него в крови. Он всегда оставался верным себе и своим принципам. Не кидался обещаниями, если не был уверен в их исполнении. Он дорожил своей семьей. Я помню, как он переживал, когда его единственное дитя было похищено. А все из-за того, что поверил не тому человеку. И поплатился за это предательством Фредриха Третьего. Не представляю с какой болью он жил все эти годы. Как он мог себя сдерживать, как мог контролировать свои эмоции и оставаться лучшим некромантом в этом мире?..

Профессор Кроссман резко замолчал. На его бесстрастном лице мне удалось рассмотреть выступившее сожаление. Каким бы ни был преподаватель черствым, хочется верить, что они с отцом были друзьями и он, действительно, сожалеет о его гибели.

— Возвращаясь к теме нашего разговора — Вы должны поглощать в себя как можно больше знаний. Я буду пристально следить за Вашими успехами и, если того потребуют обстоятельства — вмешаюсь. Будете заниматься со мной индивидуально.

Звучит, конечно, заманчиво, но я очень надеюсь, что услуги сего индивидуума мне не понадобятся. Пока ограничусь занятиями с профессором Гайриненом. Хотя, если хорошо подумать, Дэриал специализируется на светлой магии и драконьей сущности. А вот на счет некромантии…

Решено. Как только я буду уверена в поведении одного из моих источников — воспользуюсь предложением преподавателя некромантии.

— Спасибо, профессор Кроссман. Буду стараться изо всех сил.

— Рад это слышать. А теперь поспешите, следующее занятие начнется через… Сейчас, — мне показалось, или один из уголков его губ дрогнул? Я поспешила на выход, но оказавшись возле двери, резко развернулась и произнесла:

— Кстати, профессор, советую убрать след от женской помады. Вот здесь, — я указала на свой воображаемый воротник и, дождавшись реакции преподавателя — самообладанию которого пришел конец, выскочила за дверь.

Глава двадцатая.

Чемпионами становятся не в тренажерных залах.

Чемпиона рождает то, что у человека внутри — желания, мечты, цели.

(с) Мохаммед Али

Который раз я за сегодня опаздываю? И это в первый день занятий. Просто издевательство какое-то…

Я бежала так быстро, словно меня преследовала толпа ходячих мертвецов. В зал, находящийся в подвальном помещении, я прямо-таки ворвалась. Облегчение окатило меня волной, когда я убедилась, что никого, кроме других адептов, еще нет. Пронесло…

Ребята стояли группами, на которые