Брак понарошку - Артелина Грудина

— Она пришла ко мне за помощью.

На языке крутилось столько вопросов! Почему к тебе? Больше не к кому? Ты помог? Ты все еще любишь ее? Это тот шанс, когда можно все вернуть для них. Значит Илья решил им воспользоваться…

Я устало прикрыла веки. Не хочу на него смотреть. И ему не стоит видеть мои слезы.

— Я могу назвать тебе много причин, почему я не остался в стороне, почему протянул ей руку помощи. Но ты должна знать: ни одной из них не является мое желание возвращаться в отношения с Анной.

Что?

Теперь я смотрела на Илью во все глаза ища хоть какие-то признаки лжи или сомнения.

— Я не хочу быть с ней. У меня нет желания возвращаться в то прошлое, потому что мне безумно хорошо в настоящем. С тобой. Кира, я люблю тебя.

Не верю собственным ушам. И глазам тоже.

Тем временем Илья подошел ко мне совсем близко и присел, чтобы наши лица находились на одном уровне.

— Мы договорились с тобой попробовать по-настоящему построить семью и я не намерен менять свое решение. Мне было страшно ошибиться, пообещать тебе большее, чем я могу дать. Поэтому я молчал и даже всячески боялся признаться самому себе, что влюблен. Но сегодня, когда Аня сказала, что в положении, я чуть с ума не сошел. Выбор между любовью к тебе и долгом перед своим, как я подумал, ребенком убивал меня. Сомнений не осталось. Ты дорога мне. Дороже всех. И я не буду торопить тебя, просто хочу чтобы ты знала о моей любви. И что я весь твой и ничей больше.

Я и не заметила, что у меня по щекам потекли слезы.

— Ну, что ты плачешь?

Илья стал бережно вытирать их, а я наконец-то смогла вздохнуть полной грудью. Получился правда свистящий такой звук, но мне уже было все равно.

Я прыгнула в объятия Ильи, повисла на его шеи и крепко поцеловала в губы.

Соленый вкус быстро сменился сладостным томлением. Руки Ильи не просто исследовали мое тело. Они прижимали к себе так близко, что одежда стала мешать. Хотелось других прикосновений, когда кожа к коже и жар, один на двоих.

— Я тоже люблю тебя, — прошептала, когда поцелуй прервался, а наши лбы продолжали соприкасаться.

Я видела, как в глазах Ильи рождается свет, а на губах появляется шальная улыбка. А затем мне показали небо в алмазах. Мое тело парило в нирване, а в душа ликовала.

Мой. Любимый. Любящий.

Глава 20

Илья

Струи горячий воды приятно били по спине и дарили уставшим мышцам пусть и недолгое, но успокоение. Я прикрыл глаза и подставил лицо воде. На заднем фоне слышались голоса из раздевалки. Парни что-то обсуждали и ржали, как лошади. Разобрать слова я даже не пытался, поэтому громкий звук удара и грохот стали для меня внезапным.

Ну, все напарился.

Повязав полотенце на бедра, я рванул к парням. Ожидал увидеть дерущимися Тоху и Диму, но остолбенел, когда понял, что Игорь набивает морду лучшему другу Косте.

— Какого Лешего?

Парни кое-как оттянули взбешенного парня и поставили Костю на ноги.

— Ты очумел? — зыркнул подбитым глазам пострадавший на своего друга.

— А ты? Ничего не попутал? Не забыл, а? Так я тебе напомню: у тебя дома жена!

Руки Игоря были сжаты в кулаки, а глаза горели гневом. Он с трудом сдерживал себя. Костя же громко заржал.

— Ну, дома. А где ей еще быть? Пусть там и сидит. Я ничего против не имею. А меня вот ждет маленькое, сладенькое приключение. Что такого, не пойму. Тебе-то какое дело? Ты полиция нравов?

— Игорь…

Жека вышел вперед и покачал головой:

— Не нужно.

— Кретин! — зло бросил парень и вышел из раздевалки.

— Во де-ла… — протянул Олег, смотря вслед Игорю, — ну, ты и мудак, Костя, — покачал головой парень, и перевел взгляд на парня, который пальцами вытирал кровь.

Все-таки бровь ему друг рассек знатно.

— Пошли в медпункт.

Капитан команды взял Костю за плечо.

— Моя жизнь, моя семья. Что хочу, то и делаю. И нечего мне тут мозги промывать, ясно?

Парень зло посмотрел на нас всех, а затем вырвал руку из захвата Жени.

— Да идите вы все!

Громко стукнув дверью шкафчика, он подхватил свою сумку и вышел.

— Не хотите пропустить по бокальчику в баре? — поинтересовался у парней капитан команды.

— Бокальчик? — Тоха заломил бровь.

— Сока, — уточнил Жека и многие заржали.

— Ну, если только яблоневого или березового…

— Я с вами.

У Киры сегодня шопинг с подругой, так что дома меня никто не ждет. Наши питомцы слишком уж флегматичны и самостоятельны. Человеческое внимание им особо не нужно. Иногда мне кажется, что это я у них выпрашиваю разрешения потрогать их, а они нехотя соглашаются, чтобы не обидеть меня.

В общем, между посиделками с парнями в баре и беседами с домашним мини-зоопарком, я выбрал первое.

И не прогадал.

По крайней мере нам было весело. Парни как-то приободрились, стали играть в дартс, травить анекдоты, атмосфера стала более дружелюбной и легкой.

Единственное, что заставлял меня нервничать — это без конца и края звонивший телефон Жени. Пусть наш кэп и поставил его на вибро-режим, но это жужжание раздражало не меньше мелодии.

Мужчина время от времени смотрел в сторону телефона, но принимать вызов не спешил.

— Марго? — спросил Тоха Женю, не выдержав.

— Она самая.

— Хочет назад?

Женя сделал глоток сока и поморщился так, словно в стакане было виски.

— Я больше ее не хочу. Ни в каком виде.

— О как…

— И что тебя излечило? — поинтересовался я, удивленно.

Сколько лет мы все видели эти встречи-расставания. Казалось, так будет всегда. И вдруг Женя стал таким категоричным в своем решении. Меня радовали эти перемены, но хотелось знать их причину.

— Твой мальчишник, — засмеялся кэп и похлопал меня по плечу. — Спасибо, друг. Должен буду.

Мы с Тохой обменялись взглядами. Никто из нас ничего не понимал, но мы оба были рады за Жеку.

— Всегда пожалуйста. Обращайся, если что.

Я подмигнул другу.

— Парни, а вы видели вчерашний бой между Савиным и Хэндром?

У нас на плечах повис Богдан.

— Что, и вы тоже не смотрите бокс? Ну, нет… Вы убиваете во мне всю веру в человечество…

У меня заиграла мелодия на телефоне и я с улыбкой сбежал от нытья Боди на улицу. Правда улыбка быстро исчезла, стоило мне принять вызов от матери.