Мальвина для бандита - Дина Данич

Арес ждал меня в спальне. Он тоже уже успел сходить в душ, и теперь снова выглядел идеально.

– Ты от меня прячешься.

Это было не вопросом, а простой констатацией факта.

– Может, немного? – робко улыбнулась я.

Астахов вздохнул и отвернулся к окну. Это дало возможность вздохнуть свободнее – под его взглядом было сложно абстрагироваться и успокоиться. Я устроилась в кресле и закуталась поплотнее в халат.

– Вчера ты попросила меня рассказать о себе, – заговорил он спустя какое-то время. – Сегодня я прошу о том же.

Мужчина обернулся и пристально посмотрел на меня.

– Рассказать? Но ты, наверное, и так все про меня узнал, – пожала плечами в ответ.

– Не все. И я бы хотел узнать, почему ты боишься скорости.

– Это не очень веселая история, – вздохнула я, вспомнив, как меня накрыл приступ паники в его машине. – Да ты и сам, скорее всего, догадываешься обо всем.

– Возможно. Но я хочу, чтобы мы оба научились доверять друг другу и делали шаги навстречу. Оба.

– Да ты прям психолог-знаток, – проворчала.

– Олег тоже так говорит.

– Про тебя? С чего бы?

Он многозначительно ухмыльнулся.

– Скажем так, у них с Машей далеко не всегда была такая идиллия, как сейчас.

– Правда? – тут же заинтересовалась я. – Она упоминала, что когда-то была в похожей ситуации. Что это значит? Олег ее тоже держал под замком?

– Это долгая история, – передразнил он меня.

– Я никуда не спешу.

– Как и я…

– Ладно. Баш на баш?

– Согласен! – хитро подмигнул мне Арес.

– Но чур, ты первый! – тут же выставила условие.

– Хитрюга, –  закатил глаза он.

– Я свое слово держу.

– Хорошо. Слушай…

– 57 Стася -

Рассказ Арес поверг меня в шок. В голове не укладывалось, что Олег и Маша прошли через такое. Я же видела, с каким трепетом этот пугающий мужчина на нее смотрел. Даже не верилось, что их история началась с не самого приятного знакомства. Убеждена, Астахов рассказал мне лишь часть, в общих чертах. А если узнать подробности, то поводов для изумления будет немало.

– Не понимаю, – покачала головой я. – Зачем тогда она мне помогла? Если саму похитили и…

– Хороший вопрос. Правильный. Но это Маша, – он развел руками. – Пусть Олег с ней сам разбирается.

– А он ее… накажет? – ужаснулась я.

Арес расхохотался.

– Накажет? Эту егозу? Очень сомневаюсь, – протянул мужчина. – Но надеюсь, воспитательную работу все же проведет, – добавил уже серьезнее. – Потому что вас могли найти не только твои помощники.

– Руслан выглядел очень уверенно, – заметила я. Взгляд Астахова тут же помрачнел. Все-таки ревнует…

– Не боишься дразнить меня? – обманчиво мягко поинтересовался он.

Я замерла в ожидании, но хозяин квартиры не двигался – просто прожигал меня своим фирменным взглядом.

– Я ничего такого не имела в виду, – наконец, сдалась под его напором. – Просто… Кто он вообще?

– Сын Олега.

– Сын? – удивилась я. – И он пошел против отца, чтобы помочь мачехе? – окончательно запуталась от хитросплетений.

– У них все очень непросто, – скривился Аерс. – Но если ты планируешь познакомиться с ним поближе, чтобы узнать…

– Да ничего я не планирую! – вскинулась я. – Мне вообще, что ли, ничего не сказать теперь? Ты все воспринимаешь в штыки!

Мужчина стиснул зубы, но промолчал. Воздух в комнате накалился, и я не знала как это исправить. Почему-то когда дело касалось кого-то из посторонних особ мужского пола, Астахов словно забывал про адекватное поведение. Для меня было в новинку подобное. Вроде бы было понятно – просто ревность. Конечно, я знала о таких эмоциях. Но никогда не сталкивалась с настолько ярким их проявлением.

И пока не знала, как с этим справляться. Но что я точно знала – ругаться и выяснять отношения не хотела. Арес неоднократно спасал меня и смог доказать, что доверять ему можно. Просто это было сложно для меня. Но это не значит, что не надо пытаться.

– Мои родители погибли в аварии, – тихо произнесла я, решив сменить тему разговора. – Я была в тот момент с ними. Им не повезло – скорая ехала слишком долго, а я… Я смотрела как они умирали. Там. В крови.

– Поэтому ты боишься скорости?

– Не то, чтобы боюсь. Просто… избегаю. В тот вечер мы не должны были никуда ехать. Но мне очень хотелось куклу, которой не было в магазинах нашего города, а родители пообещали купить мне ее. Ира приболела и отказалась поехать с нами. – Я вздохнула и отвела взгляд. Вспоминать прошлое было нелегко. Но я обещала, так что отступать было нельзя. Ведь Арес тоже доверил мне не самую приятную часть своих воспоминаний. – Папа просто не успел… Нам навстречу выскочил какой-то внедорожник, и мы не успели увернуться от удара…

Тепло любимого мужчины окутало меня неожиданно. Я так погрузилась в воспоминания, что даже не заметила, как он подошел и сел рядом.

– Тебя воспитывала сестра?

– Да. Она могла бы сдать меня в детдом, не брать на себя ответственность…

– Не могла, – жестко припечатал он.

– Она не была обязана, – грустно произнесла я. – Потому что считала, что это я была виновата в их смерти. Если бы я не заупрямилась – они были бы живы.

– Ты не могла знать. Ты не виновата!

– Нет. Виновата. Правда в том, что это из-за меня они поехали в тот день. Мне не стоило упрашивать их…

Арес ничего не сказал – просто прижал к себе покрепче и медленно гладил по спине. Впервые за долгое время я почувствовала настоящую поддержку. Такую, о которой давно мечтала. И даже надеяться не могла, что когда-то получу.

– Мне жаль, Стась, – наконец произнес он спустя какое-то время.

– Ты теперь не будешь со мной гонять, да?

– Волнуешься, что я не доберу адреналина? – хохотнул он. Я пожала плечами в ответ. Что было сказать? Что я, кажется, начала за него переживать? Что пыталась понять, как строить отношения с человеком, которому необходимо ходить по краю?

В этот момент раздался звонок в дверь, и я тут же напряглась.

– Тише, это доставка.

– Доставка?

– Еда. Я жутко голодный. А ты?

Кивнула на автомате. Пока раскладывала готовую еду и сервировала стол, все еще думала над последними словами Астахова. Недобрать адреналина… А ведь это можно не только гонками? Что там еще – бросаться под пули, участвовать в нелегальных сделках, жесткий секс… Вспомнились и слова про те самые веревки.

Стало не по себе.