Мама для чужой дочки - Ксения Богда

– Главное, что это можно исправить.

– Поль, – ждет, пока я посмотрю на него, – потерпи ещё несколько деньков. Пожалуйста, Ледышка.

– Как будто у меня есть выбор.

Олег улыбается и проводит костяшками пальцев по моей щеке.

– Люблю тебя.

– И я тебя, Олеж.

Одновременно опускаем взгляд на Лизку, и я не могу сдержать смешка.

– Её реально надо было называть Соней, – смеется Олег.

– Перестань, пусть спит. Давай я её в кроватку перенесу.

Олег заходит следом в комнату и приваливается к дверному косяку.

– Завтра с дядь Жорой едем к Димону. Он там по своим каналам договорился на встречу подольше десяти минут. Я хочу ему про Лизку сказать, Поль.

Глава 29

Олег

Стук трости дяди Жоры о пол немного притупляет настороженность. Мы ждем Димона, каждый думает о своем и старается не нарушать тишину в комнате для допросов.

Хотя дядька волнуется, постоянно на дверь оглядывается. К шагам в коридоре прислушивается.

Я его не виню. Наверное, вел бы себя так же, если бы мой ребенок оказался в такой ситуации.

– Расскажешь ему про Лизу? – все же нарушает молчание.

Киваю.

– Хочу узнать, кто мать малышки и почему в бумагах мое имя, хотя я не имею никакого отношения к его пассиям.

Дядя Жора с облегчением кивает.

– Да, так лучше, пусть узнает, что он потерял из-за своего эгоизма.

Морщусь. Димон не из тех, кто будет жалеть, что у него на свободе остался маленький ребенок.

Сколько его помню, он не стремился становиться так рано отцом.

– Понятия не имею, смогу ли сдержаться и не дать ему в лицо, – хмыкает дядька.

– Знаешь же, что это ни черта не изменит, дядь.

Тяжелый вздох.

– Так вот же…

Дверь распахивается, и на пороге возникает удивленный Димон.

– О, ну наконец-то ты явился, – он ещё не видит отца, только меня, – я уж думал, я тут гнить буду, никому не нужный.

– Я не один, Димон, – киваю вправо, где дядь Жора орлиным взглядом следит за каждым шагом Димона.

Брат останавливается, чуть переступив порог, но сопровождающий впихивает его в комнату и захлопывает дверь.

– Зачем он тут? – кивает на дядьку.

– Потому что он твой родной отец.

Димон плюхается на стул. Руки в наручниках, щетина на лице. В этот раз у него видок похуже, чем в нашу первую встречу.

– Он сейчас нотации начнет читать.

– А зачем мне это? – отмирает дядь Жора и встает напротив Димона. – Просто решил тебе в лицо посмотреть. Послушать, как ты вообще до такого додумался?

Димон болезненно морщится.

– Ну вот. Началось.

Я скриплю зубами. Ещё немного – и я сам ему вмажу за то, что так неуважительно к отцу.

Дядь Жора кладет мне на плечо руку, как чувствует, что я на грани.

– Не надо, Олег.

Димон весело сверкает глазами, переводит их с меня на отца и обратно.

– А я смотрю, вы прям спелись.

– Сын, ты правда это все сделал? – переходит к делу дядь Жора.

Ну да, он, в отличие от меня, знает, как правильно спрашивать, чтобы не соврали. Даже Димону не удавалось дядьку вокруг пальца обвести.

Брат молчит. Опускает голову и шумно выдыхает.

– Да, я реально это все проворачивал.

– С какой целью? – а вот и включается дядька-следователь. – Как выбирал жертв?

Димон дергается и начинает смеяться.

– Не, бать, ты не на работе, и я не обязан отвечать на твои вопросы. Уж пардон, – разводит скованные руки и морщится, когда в кожу впиваются браслеты наручников, – вы если приехали просто побазарить, то это мимо. А если помочь, то где адвокат?

И в этом весь Димон. Его даже решетка не изменит. Я это сейчас, сидя напротив него, четко осознаю.

– Адвоката нужно заслужить. А ты чем заслуживаешь? – дядь Жора усмехается и усаживается рядом со мной.

– Ой, бать, ну ты же можешь меня вообще без адвоката отмазать. Но нет, ты у нас для такого слишком принципиальный.

– Принципы ни при чем, сын. Каждый должен отвечать за преступления.

– Ой, да-да, конечно.

Дядька только качает головой.

Надо как-то сообщить Димону о Лизе. Хоть очень хочется оставить это в тайне, но я не смогу спокойно жить с девчонками, не узнав, кто мать Лизы и чего от неё можно ждать.

Включаю на телефоне фото Лизки с Полиной и поворачиваю экран к брату. Он вглядывается в фото и хмурится.

– Полинка прям ещё сильнее похорошела. Красотка. Родила, что ли?

– Это твоя дочь, Дим, – стараюсь, чтобы голос звучал как можно более равнодушно.

Брат вопросительно выгибает бровь.

– Бред, – но глазки бегают, а значит, врет, – нет у меня детей.

– Дим, кто такая Таня и чего от неё можно ждать? Я не повешу на тебя малышку, она уже живет с нами и будет у нас с Полиной. Но мне нужно знать элементарное про мать этой девочки и почему в документах мое имя?

Руки Димона подрагивают, но он крепче сжимает губы. И это начинает меня бесить. Ну неужели так сложно ответить? Просто сказать, что и как?

Но брат молчит, и тогда мне в голову приходит кое-какой план. Подленько, но мне важно все выяснить во что бы то ни стало.

– Если ты мне ответишь, то я обещаю поговорить насчет тебя с адвокатом.

Да, да, я знаю, что это называется шантажом. Но на войне все средства, как говорится…

А сейчас для меня намного важнее обезопасить Лизу и Полину, чем в глазах брата оставаться супер порядочным родственником. Он же не пытался до этого момента быть хотя бы более-менее нормальным.

Подставлял, играл по каким-то своим правилам и забивал на меня и дядьку.

– А это подло, братишка, – скалится Димон, пока я под столом сжимаю и разжимаю кулаки.

Давай же, отвечай мне…

– У тебя учусь, – наши взгляды пересекаются, и я вижу момент, когда Димон сдается.

– Хорошо, я расскажу тебе, что знаю сам. Но это немного.

– Быстрее, – тороплю, потому что тут у нас время не резиновое и в любой момент брата могут выдернуть в камеру.

– Таня – одна из моих бывших пассий. Мы с ней встречались не так чтобы долго, но как-то она мне позвонила и сказала, что беременна от меня. Я не поверил, да и беременная баба мне была ни к чему. Я пригласил её к тебе, свой адрес я светить не собирался. Решил вообще откупиться и предложил аборт, на что мне было сказано, что от ребенка она не будет избавляться, да и вообще уже поздно. – Димон