Волк ищет тебя - Чарли Маар

Хотя он, кажется, никуда сбегать и не собирается, продолжая громко смеяться. 

Миша не выжила. Мне даже подходить к ней не надо, чтобы всё понять. Маркус рычит как обезумевший, Рис воет. Камилла плачет. 

Как же так? 

Так не должно было быть. Что за бред, Луна?! 

— Ты должен был её спасти, а не меня! — кричит Ками, затем вскакивает, подбегает ко мне и начинает лупить ладошками в грудь. 

По щекам её текут слёзы. 

— Это я — причина всех бед! Моя смерть всё бы закончила! 

— Ты имеешь в виду, наша? — тихо переспрашиваю, напомнив Ками, что мы теперь неразлучны. Её смерть будет означать и мою смерть тоже. Но даже если бы волки не умирали после смерти пары, я бы всё равно не смог позволить Ками погибнуть.

Она утыкается в моё плечо и начинает громко рыдать.

Я смотрю на Маркуса, который держит тело погибшей дочери, качает из стороны в сторону, уткнувшись носом в её волосы. Это самое страшное, что я когда-либо видел в жизни. Отец, оплакивающий своего ребёнка.

— У нас не так уж много времени, — хмыкает Ассар за спиной. — Если хотите успеть вернуть девочку к жизни — стоит поторопиться. Просто напоминаю. 

25 глава

Ками

Наша история не должна была закончиться так. Она вообще не должна была закончиться. Но вот я стою перед постелью, на которой лежит бездыханное тело моей сестры, и понимаю, что это конец.

А что дальше? Что бы ни было, это будет уже не то.

В моих ушах всё ещё стоит её счастливый смех, в лёгких остался приятный цветочный запах духов Мишель. Я по-прежнему слышу её запальчивые слова, что она прокричала мне в библиотеке, когда мы услышали шум наверху.

"— Я тебя одну туда не пущу! Даже не думай! Сестра за сестру! Я не отступлюсь! Мы — Варраны. Варраны не бросают своих и не отступают!"

Медленно закрываю глаза и чувствую, как по щекам начинают течь горячие слёзы.

Как же так, Луна? Почему ты её забрала у нас? У меня?

Разве мы подобное заслужили?! Хоть кто-то из нас?!

Почему ты поставила перед нами столь страшный выбор — жизнь Мишель или всего мира? Никто не должен вставать перед таким выбором. 

Сестра и брат не должны хоронить сестру, а отец и мать своего ребёнка! И всё ради спасения планеты, которая в массе своей даже знать не будет, какой трагедии и боли это спасение стоило. 

Мама... Она до сих рыдает. Самый жуткий рёв, который я слышала в жизни. Отец не может её успокоить. Я тоже. Никто не может. 

Самир почувствовал смерть Мишель и сейчас спешит с севера вместе с Эриком и Аней. Наверное я никогда не сумею описать ту боль, которая обрушилась сегодня на нашу семью. 

Луна, зачем мы провели тот обряд? Зачем пробудили Древнюю кровь?! Зачем, зачем, зачем?! 

И почему ты не дала нам чуть больше времени? Ведь я уже нашла решение! Отказ от внутренней сущности... Как жаль, что я не успела. Как больно это осознавать. 

— Ками? — позади раздаётся тихий голос Марко. 

Волк подходит ко мне и обнимает за плечи. Я не поворачиваюсь и не смотрю на него, просто откидываюсь на мощную грудь оборотня и беззвучно плачу. 

— Нам пора, малыш. 

— Я не могу. Не могу, понимаешь? Как я могу? 

— Знаю, детка. Я всё знаю. Но у нас только два пути. И не один из них не имеет счастливого конца. 

Прижав ладонь ко рту, я громко всхлипываю. 

— Почему нам решать?! Разве нам такое позволено решать?! 

— Видимо, Луна хочет, чтобы мы решили... 

Из всех существующих выборов в жизни — этот хуже всех. 

"Тот, кого ты любишь, или все остальные?" 

Что бы вы выбрали? 

Я зло вытираю слёзы и подхожу к постели Мишель, осторожно опускаюсь на край и кладу ладонь на холодный лоб сестрёнки. 

Стать вампиром, чтобы убить её. Чтобы ценой её жизни, спасти остальной мир. Вот и вся моя роль. 

— Прости меня, пожалуйста... 

Поцеловав Мишу в щёку и повесив на её шею свой медальон, я выхожу из комнаты вместе с Марко и направляюсь вниз, где нас ждут отец, Рис и альфа Хазард. 

Дождь перестал лить. Луна высоко стоит в небе. Сейчас я её ненавижу. Как и себя впрочем. Сейчас мне не хочется быть связанной с ней. Было лучше, когда я была человеком. Не было бед и смертей. Мы были счастливы. Миша была... 

— Готовы? — спрашивает Йен, когда мы оказываемся внизу. 

Я не отвечаю. Марко кивает, ответив за нас двоих. 

Мой же взгляд направлен на рыдающую маму и тётю Мару, обнимающую и успокаивающую её изо всех сил. 

Прости меня и ты, мам... 

Отец и Рис уже на улице. Отыгрываются на Ассаре, на котором живого места уже не осталось, а он всё хохочет и улыбается. Никак не нарадуется своему триумфу.

Урод ещё просто не знает, чем для него закончится сегодняшняя ночь. 

Всё же Ассар ослаб. Наш с Марко обряд сильно повлиял на него, в негативную сторону. Поэтому убить древнего сейчас будет гораздо легче. 

Мои мысли он сейчас не слышит, потому что в них слишком много боли. Два клана скорбят у меня в голове. И боль каждого я ощущаю как свою. 

Поднимаю голову и смотрю на Луну. Она багрово-красная — оплакивает своё дитя. Мишель... 

— Если бы ты отдала дар воскрешения и бессмертия мне, я бы лучше смогла им воспользоваться, чем он, — шепчу тихо, обвиняя богиню в беспечности и несправедливости. 

До Вершины мира путь неблизкий, но мы быстро добираемся. 

Нам с Марко необязательно было отправляться со всеми, но мы решили, что тоже должны присутствовать. Кроме того, только от него и от меня зависит судьба всего мира. Если он откажется от зверя, а я стану парой Ассара, то Древний сумеет воскресить Мишель, но поработит весь мир. Если же мы примем иное решение, тогда Миша больше не вернётся, но и мир будет спасён. 

Мою грудь рвут сомнения всю дорогу до Вершины. Я чувствую, что и Марко тоже плохо. Даже когда мы оказываемся рядом с обрывом, который я видела в последнем видении, я всё