Пленник страсти - Джорджет Хейер

Боваллет стоял у стены, легко опираясь на меч и рассмеялся, словно эта сцена казалась ему донельзя забавной.

— Потише, сеньор Белая Борода, я еще здесь!

— Он смеется над вами! Вы же видите, он насмехается!!! — кричал Перинат, выйдя из себя. — Я докажу вам! Позовите стражу! Позовите стражу!

Диего вложил меч в ножны.

— Да, позовите стражу, — сказал он. — Мы должны в этом хорошенько разобраться. Эй, вы, там! Позовите стражу!

Новели быстро повернулся к нему.

— Вы, кажется, отдаете приказания в моем доме, дон Диего?

Но многие голоса поддержали это решение.

— Да, надо позвать стражу! Необходимо разобраться в этом деле, Новели! Если Перинат ошибся, шевалье простит его! Если же он говорит правду… Нет, зовите стражу!

Новели нерешительно смотрел на Боваллета, разрываясь между чувством долга хозяина и мучившими его подозрениями. Позади Боваллета уже стояли несколько человек, следившие за каждым его движением и готовые воспрепятствовать малейшей попытке к бегству. Боваллет не переставал улыбаться.

— Действительно, пошлите за стражей, сеньор, — предложил он.

— Шевалье, вы простите эту бестактность? — спросил Новели, совершенно потерявшись.

— Конечно, сеньор, — мягко ответил Боваллет. Взгляд его остановился на Доминике, рука поднялась к бородке и он, как бы ненароком, на мгновение приложил палец к губам. Заметив, что она опустила глаза, он понял — его намек усвоен.

Кто-то из слуг бросился звать стражу. Сэр Николас повернул голову и увидел группу людей, загораживавших от него двери.

— Бог ты мой, вы, верно, считаете этого Эль Боваллета отчаянным человеком, сеньоры? — произнес он.

Перинат вложил меч в ножны. Первый приступ безумной ярости миновал, теперь он говорил спокойно, но горько и убедительно.

— Вы и в самом деле отчаянный человек, если осмелились появиться в Испании, — сказал он. — Вы посмеялись надо мной и над всеми остальными, Боваллет, но хорошо смеется тот, кто смеется последним.

Глаза Боваллета блеснули.

— Будьте уверены, последним посмеюсь я, — заверил он. — Вы говорите, я — Эль Боваллет, но еще один человек в этой же зале утверждает обратное. Кажется, сеньорита должна знать это наверняка.

— Как же, знает она! — вскричал дон Диего, не замечая предупреждающего взгляда своей матери. — Этим нас не обманешь, собака!

— Хватит, довольно, — вмешался Новели. — Допрос будете вести не вы, Диего. Успокойтесь, я приказываю! Если мы несправедливы к вам, шевалье, я надеюсь, когда все уляжется, вы будете снисходительны и только посмеетесь над нами.

— Можете быть в этом уверены, сеньор, — ответил сэр Николас. — Мы посмеемся вместе. Не волнуйтесь, все кончится хорошо, не сомневайтесь. — За дверями послышались шаги и звон шпор. — Ага, вот и стража! Да уж, теперь я вижу, каким опасным типом вы считаете этого Эль Боваллета! Бог ты мой, Кастильская стража[83], да еще целая дюжина!

Он был уже окружен. Лейтенант, явно удивляясь происходящему, неловко поклонился.

— Сеньор, я сожалею, но я вынужден просить вам отдать мне ваш меч. — Меч был тут же передан ему рукояткой вперед. — Сеньор, соблаговолите пойти с нами.

— С величайшим удовольствием, сеньор лейтенант, — ответил Боваллет. Он оглянулся на своего друга из Андалусии. — Дон Хуан, похоже, нам придется перенести игру в trucos[84], которую мы запланировали на завтра. Может быть, в ближайшее время я не смогу выполнить кое-какие свои обещания. Примите мои извинения. Но, что касается более поздних сроков, то все остается в силе. Сеньор, ведите меня!

Он вышел, плотно окруженный кольцом стражников, а Доминика все еще повторяла про себя слова: «Что же касается более поздних сроков, то все остается в силе… Все остается в силе… в силе…»