Сокровенная правда - Нева Олтедж

он проводит дорожку из поцелуев по моей груди и животу, пока не доходит до трусиков. Сергей глядит на меня с самодовольной улыбкой, берет пояс трусиков между зубами и стягивает их. Затем берет мою ногу и целует лодыжку, продвигается вверх по бедру, и зарывается лицом между моих ног. Я резко вдыхаю и хватаю его за волосы, стону, когда он лижет клитор — один, второй раз, а затем посасывает его.

— Я мог бы провести весь день, просто играя с твоей киской, — бормочет он и проникает в меня языком. Он продолжает лизать и сосать, сжимая при этом мою попку, двигаясь все быстрее и быстрее, пока не возникает ощущение, что я сейчас взорвусь. Затем он легонько покусывает клитор, и оргазм накрывает меня.

Я все еще не пришла в себя, когда он притягивает меня к себе за шею и впивается в мои губы. Я чувствую на нем свой горько-сладкий вкус. Другой рукой берет меня за поясницу, чтобы удержать меня на месте, пока располагает член у моего входа.

Серей отстраняется, глядя мне в глаза.

— Я так люблю тебя, — шепчет он, постепенно проникая в меня. Я хочу сказать ему то же самое, так сильно, что сердце разбивается на кусочки. Вместо этого сжимаю губы и цепляюсь за его плечи, не сводя с него глаз. Я стону, когда он зарывается в меня еще глубже, и прижимаюсь лицом к его шее. Его горячее дыхание обдувает кожу моего плеча, и я наслаждаюсь тем, как он погружается в меня снова и снова. Этого почти достаточно, чтобы я забыла о завтрашнем дне. Со стоном мы кончаем вместе.

— Диван, спальня или душ? — спрашивает Сергей, когда восстанавливает дыхание.

— Душ, — бормочу я и крепко обхватываю ногами его талию. Ни на секунду не позволю ему вырваться из моих объятий дольше, чем это необходимо.

— Хорошо. — Он усмехается и несет меня вверх по лестнице в свою ванную.

— Сегодня воспользуюсь твоим гелем для душа, — говорю я, когда он ставит меня под струю воды.

— Я думал, ты любишь сладкие ароматы.

Я пожимаю плечами, беру с полки темно-синий флакон, выдавливаю немного на ладонь и начинаю намыливать тело.

Сергей заходит в душевую кабинку и, подложив палец под мой подбородок, запрокидывает мою голову.

— Что случилось?

Вода из душа брызгает мне в бок, когда гляжу в его светлые глаза.

— Ничего. А что?

Боже, даже смотреть на него больно, потому что знаю, что завтра уеду.

— Ангелина, ты не умеешь врать. — Мы оказываемся лицом к лицу. — Что происходит?

— Не понимаю, о чем ты говоришь.

Сергей кладет ладони на кафель по обе стороны от моей головы и смотрит на меня, сжав губы в тонкую линию.

Я делаю глубокий вдох.

— Может, мы закончим с душем, или ты и дальше собираешься нависать надо мной, как горгулья?

— Не надо мне врать. Никогда, — предупреждает он. — Если ты не хочешь о чем-то поговорить, это нормально. Если тебе нужно пространство, это тоже нормально. Я знаю, что быть со мной может быть слишком тяжело. Но ты не будешь мне лгать. Договорились?

Я смотрю вниз и киваю.

— Я не хочу об этом говорить.

— Хорошо. Тебе нужно пространство?

— Нет. — Я качаю головой.

— Если хочешь, я буду спать сегодня в другой комнате.

Ни за что. Это наша последняя ночь вместе, и будь я проклята, если позволю ему спать где угодно, а не в моих объятиях. Положив ладонь на его грудь, я медленно скольжу вниз, пока не добираюсь до его члена и обхватываю его рукой.

— Ты точно не будешь спать в другой комнате, — говорю я и стискиваю его уже твердеющий член.

Сергей вдыхает, обхватывая меня за талию и прижимая к себе.

— Разговор еще не закончен, Ангелина.

— Мы можем продолжить завтра. — Я целую его в грудь. — Ты обещал мне секс-тур по своему дому. Я жду, что ты выполнишь обещание. Или это слишком много для тебя? — Я приподнимаю бровь.

С его губ срывается рычание, и он перекидывает меня через плечо.

— Наша следующая остановка — кухонный стол, — сообщает он и касается ладонью моей голой задницы.

* * *

— У тебя есть планы на завтра? — спрашиваю я, скользя руками по спине Сергея.

Он лежит поперек кровати на животе, а я сижу на его пояснице. У меня ушло пятнадцать минут, но мне удалось убедить его позволить мне сделать ему массаж с одним из моих розовых масел.

— У меня встреча около полудня, — бормочет он в подушку. — Мы можем прокатиться после этого.

— Да, — выдыхаю я, затем целую его между лопаток. — Прокатиться — звучит здорово, детка.

С каждой минутой мне все труднее притворяться. Словно наблюдаю за песочными часами, в верхней колбе которых осталось совсем немного песка, а песчинки падают все быстрее и быстрее. Я скольжу ладонями к плечам Сергея, затем спускаюсь по его рукам — тем самым рукам, которые вынесли меня полумертвую из грузовика и спасли мне жизнь. Закончив с руками, я возвращаюсь к его спине, мои движения становятся более легкими, скорее ласкающими, чем массажными, пока не чувствую, как он расслабляется, а его дыхание становится глубже. Сергей крепко уснул, поэтому я продолжаю еще пять минут, прежде чем осторожно встаю с кровати. Беру с тумбочки телефон, отправляю сообщение рыжей сучке о том, что буду готова завтра в полдень, и направляюсь в ванную.

Закрыв дверь, снимаю одежду, захожу в душевую кабинку и включаю горячую воду. В тот момент, когда брызги попадают на меня, прислоняюсь спиной к кафелю. Все тело будто налилось тяжестью от того, что я должна сделать. Сначала опускаю голову, потом подкашиваются ноги, и я опускаюсь на дно душевой кабинки. Крепко обхватываю руками колени и притягиваю их к груди. У меня больше нет ничего, за что можно было бы уцепиться, так что придется обойтись этим. Может быть, если я схвачусь сильнее, мне удастся удержать осколки сердца в себе.

Дверь закрыта, вода заглушала все остальные звуки, и я наконец позволила себе сломаться. Слезы, смешиваясь с потоком воды из душа, стекают в слив.

Что мне делать завтра? Я не могу просто исчезнуть. Нет, мне нужно оставить записку с объяснением. Придумать кучу лжи, что-то, что убедит Сергея, что я решила уйти по собственному желанию и больше не хочу его видеть. Мне придется причинить ему боль. И написать что-нибудь ужасное, если хочу, чтобы Сергей в это поверил. Я не могу рисковать Сергеем, если он последует за мной, потому что Диего убьет его.