Почти прекрасны - Джейми Макгвайр

– Я поговорил с врачом. Все оплачено, – сказал я.

– Что? Но как?

– Ее младшая сестра была в том пожаре. Похоже, я помог ей выбраться.

Трентон свел брови на переносице.

– Дьявол!

– Так что отдыхай. Тебе это ничего не будет стоить.

Вернулся папа со стаканчиком и пластиковой ложкой сверху. Передал его мне.

– Спасибо, пап, – сказал я, кладя в рот брату несколько кусочков льда.

Трентон кивнул и расслабился, его дыхание выровнялось, позволяя ему поддаться слабости, которая охватывала его тело. Он закрыл глаза и моргнул, вздрогнув от боли.

Папа встал рядом с койкой и провел рукой по короткому ежику коричневых волос Трентона.

– Отдыхай, сын.

Трентон прильнул к руке отца, все еще лежа с закрытыми глазами.

Что бы это ни было, закрадывалось подозрение, что Трентон проведет тут больше одной ночи.

Глава 20

Улучшение

Трэвис

Я заморгал, привыкая к темноте больничной палаты Трентона. Папа неподвижно посапывал на койке в углу. Я же задремал в кресле, а Кэми уснула, положив голову Трентону на ноги.

Капельница, похоже, поймала воздух, система громкой связи вызвала медсестру. Пока я находился в палате, у Трентона два раза брали анализ крови, к тому же каждый час приходила медсестра, чтобы проверить показатели и капельницу.

Я не понимал, как можно пойти на поправку в больнице. Даже не будучи пациентом, я уже испытывал тошноту и усталость.

Зажужжал телефон, и я увидел несколько пропущенных сообщений.

– Черт, – прошипел я, выпрямляясь и глядя на телефон.

Только одно сообщение от Эбби с пожеланием спокойной ночи. Я улыбнулся, еле удержавшись от ответа. Боже, как я скучал по ней.

Первую ночь после Вегаса мы проводили порознь, и мне было плохо. Очень плохо.

Еще несколько сообщений пришли от Томаса и близнецов. Я наспех просмотрел их, а потом набрал ответ:

«Новостей нет. Все стабильно. Позвоню, если что-то изменится».

В дверь тихонько постучали, и на пороге появилась Рейган. Выглядела она так, будто только что выбралась из постели.

– Прошлой ночью мы говорили по телефону, и она казалась совсем измотанной. Я решила за ней приехать. Пусть поспит несколько часов перед своей сменой.

Я кивнул.

– Хорошая мысль. – Я подался вперед, коснулся ее руки и прошептал: – Кэми?

Она зашевелилась и села, потирая глаза.

– Приехала Рейган. Она отвезет тебя домой, чтобы ты поспала перед работой.

Кэми посмотрела на Рейган, которая виновато помахала ей. Девушка снова оглянулась, будто не понимала, где она, встала и легонько поцеловала Трентона в лоб.

– Сообщи, если что-то изменится, – сказала она. Потом взяла свои вещи и бесшумно вышла.

Мы все знали, что если она разбудит Трентона, он не сможет уснуть без нее.

Рейган обняла ее за талию, и они вышли в коридор.

Через несколько минут в палату зашла доктор Уолш с двумя стаканчиками кофе. Выглядела она так, будто только проснулась.

– Привет, – сказала она приглушенным голосом.

– Привет, – прошептал я в ответ, потирая глаза.

Она передала мне стаканчик.

– Это для меня? – спросил я.

Она кивнула, делая глоток кофе и наблюдая за спящим Трентоном.

– У него уже более здоровый цвет лица. И все показатели в норме.

– Откуда вы знаете?

Она указала на дверь:

– Мониторы в палате медсестер.

– Вы за ним наблюдаете?

– За всеми моими пациентами. За Трентоном в особенности.

Ее ответ меня обеспокоил.

– Уже пришли результаты анализов?

Доктор Уолш окинула Трентона взглядом с ног до головы.

– Да. Количество лейкоцитов повышено до пятнадцати тысяч. Я слежу за предельным числом. Оно варьируется в каждой лаборатории, но в нашей нормой считают меньше десяти процентов. У Трентона больше девятнадцати процентов.

Я такого раньше не слышал.

– И что это значит?

– Костный мозг Трентона выделяет слишком много лейкоцитов в кровь. Это указывает на инфекцию или воспаление. Повышенный показатель может говорить о какой угодно инфекции. Менее вероятными, но более серьезными причинами являются аутоиммунные заболевания, рак или лейкемия. Но учитывая недавний несчастный случай и дополнительные лабораторные анализы, подозреваю, что дело в инфекции костной ткани, которая развилась в процессе заживления руки. Нужно следить за этим, но пока мы планируем внутривенно вводить антибиотик, и если все пойдет хорошо, его выпишут через пару-тройку дней.

– Ого, – заморгал я. – Спасибо.

Она улыбнулась, заводя за ухо прядь волос.

– У него обезвоживание. Это могло сказаться на способности организма противостоять инфекции. Ему дома оказывают помощь?

– Да. Его девушка заботится о нем. Он просто очень упрямый.

– Где она?

– Я… – Прежде чем ответить, я помедлил. – Я отправил ее домой. Через несколько часов ей на работу. Сейчас только она зарабатывает из них двоих и…

– Скажите ей, что пора быть настойчивее, чем Трентон.

– Хорошо.

Доктор Уолш вышла так же тихо, как и зашла. Жалюзи были опущены, но сквозь щели просачивались первые солнечные лучи.

Папа спал с открытым ртом, будто тот случайно расстегнулся ночью. Тихий храп будто шел из моего детства, успокаивая меня.

Я смутно помнил, как он засыпал рядом с койкой мамы в больничной палате, тяжелое воспоминание, за которое я все же держался, потому что их было слишком мало. Я посмотрел на Трентона, желая, чтобы он скорее поправился.

Еще год назад другой вариант даже не пришел бы мне в голову, но после стольких опасных ситуаций страх стал более реальным.

Трентон плохо спал, будто ему снились кошмары, но под действием антибиотиков он провалился в более глубокий сон. Голова склонилась набок, тело распростерлось на матрасе, совершенно расслабленное.

Я надеялся, что больше не увижу никого из братьев на больничной койке. Но на этот раз Трентон и отец хотя бы услышат хорошие новости при пробуждении.

Близнецы и Томас сейчас находились в зоне зимнего времени и Тихоокеанского пояса – минус один и два часа, так что я решил дать им еще несколько часов на сон, прежде чем позвонить.

Вибрация на небольшом подносе, что стоял рядом с кроватью Трентона, заставила меня поставить кофе и поднять телефон. На экране появилось имя Брэндона.

«Мне нужно, чтобы ты сегодня взял еще четыре часа. Подхватил пару клиентов».

Я набрал ответ:

«Мой брат в больнице. Попроси Чака».

«Чак заболел».

«Тогда еще кого-нибудь».

Я ответил как можно более дипломатично.

Зная Брэндона и прикидывая время суток, скорее всего, он валялся где-нибудь в отеле с очередной цыпочкой, чтобы его жена не узнала об измене… снова.

Но я не собирался бросать тут Трентона и папу одних, чтобы Брэндон мог покувыркаться с кем-то в постели, однако