Поиск - Анастасия Ильинична Эльберг

— Ты не назвал свое имя, — напомнила Янтин. — Только не говори, что ты — скромный жрец богини. Ты — темный эльф, а никакой не жрец.

— Безликий.

— Янтин, милая, я голодна! — раздался голос жены правителя. — Прошу тебя, распорядись, чтобы слуги принесли обед.

Девочка бросила последний взгляд на Эрфиана.

— Ты поможешь мне?

— Но убивать вампиров я не буду.

— Будь по-твоему. Безликий.

Глава третья. Эрфиан

1955 год до нашей эры

Город Фелот

— Розовое масло, господин! Его изготовили несколько дней назад из самых свежих и нежных лепестков! Тридцать юных целомудренных эльфиек трудились, не покладая рук! Господин может купить розовое мало для своей мудрой и почтенной матушки, для жены, красивее которой нет ни в одном из миров, для сестры, скромной, как лунная дева. Ни одна женщина не откажется от розового масла. Знает ли господин, что египетские жрицы…

Эрфиан поднял руку, заставляя торговца-эльфа замолчать.

— Я куплю большой кувшин.

Торговец оживился. Он посмотрел на Мадду, потом — на Мариуса и на мешки, которые тот нес.

— Господин может расплатиться со мной фруктовым или травяным вином — напитки, изготовленные в храме богини, ценятся и в городе, и за его пределами. Но я с радостью приму и ароматную смесь для курильницы, и особую мазь…

— Я заплачу вампирским золотом.

В глазах торговца загорелся жадный огонек.

— Как я уже сказал господину, это самое свежее масло в городе. Если он заплатит пятьдесят золотых монет, я дам большой кувшин и два маленьких.

Мариус присвистнул. Мадда хихикнула.

— Господин может проверить сам, — предложил торговец.

Эрфиан взял кувшин из белой глины и принюхался.

— Твое масло сделали больше трех лун назад.

Эльф возмущенно нахмурился.

— Я готов продать господину большой кувшин за две дюжины монет.

— Возьму большой кувшин и два маленьких за пять монет. И держи свой товар подальше от носа того, кто хотя бы однажды встречал свежее розовое масло.

Продавец вздохнул и достал два маленьких кувшина.

— Мы дадим тебе бутылку фруктового вина и смесь для курильницы, — смилостивилась Мадда.

— Госпожа очень добра!

— Так, значит, ты согласишься продать нам масло за три монеты, а не за пять?

Расставшись с бутылкой вина, мешочком смеси для курильницы и четырьмя золотыми монетами (на три торговец не соглашался даже после долго спора), спутники пошли дальше. Эрфиан хотел пополнить запасы трав, Мадда искала ткань для нового наряда, в который хотела облачиться на предстоящем празднике, а Мариус, не находивший подходящего занятия в храме, пошел с ними, вызвавшись нести мешки.

Этой луной базар выдался на славу. Торговцы, люди и темные существа, расхваливали товар, перекрикивая друг друга. Здесь можно было найти все, от глиняной посуды и бронзовых украшений до фруктов из чужих земель. После заката появлялись торговцы-вампиры. Их товар был дорогим и изысканным — редкие благовония, вина, изготовленные по секретным рецептам, ткани, которых жители города и в глаза не видывали, а порой бывал живым. Смуглые красавицы в прозрачных платьях и юные эльфийки сидели подле хозяев и обольстительно улыбались.

Как-то раз Эрфиан поинтересовался, сколько вампир хочет за смертную девушку. Человека оценили чуть дороже крупной порции смеси гвоздики и аниса — двадцать золотых монет.

Солнце поднималось все выше, а Мариус, тащивший мешки, пыхтел так выразительно, что Эрфиан забрал у него часть ноши. Юноша приободрился и пошел быстрее.

— Мадда, хочешь, я куплю тебе ожерелье? — спросил он. — Вон то, с красными камнями?

— Глупый, зачем мне ожерелье с красными камнями? Я купила темно-синюю ткань. Значит, мне нужно ожерелье с синим камнями!

И Мадда достала из сумки, которую несла на плече, отрез синего шелка.

— Ладно. С красными возьму для мамы.

— Она не любит ожерелья. Лучше купим ей сандалии… вот эти, например, посмотри!

Эрфиан остановился и принялся разглядывать пучки сухих и свежих трав, разложенные на чистом льняном полотне. Травница, немолодая смертная женщина с длинными черными волосами, смуглой кожей и лучистыми карими глазами, улыбнулась ему.

— Господин ищет что-то особенное? Прошлой луной мне привезли из-за моря черный кунжут, анис, мускатный орех и бальзамовое масло. Если господин готовит вина для храма, то оценит по достоинству свежий розмарин и возьмет немного цветочных смесей. Я могу предложить специи — мясо, приправленное шафраном, гвоздикой и острым красным перцем не оставит гостей на предстоящем празднике равнодушными.

— Мне нужен кувшин бальзамового масла. От свежего розмарина и цветочных смесей я тоже не откажусь. Есть ли у тебя травы для курильниц?

Улыбка женщины стала шире.

— Господин разбирается и в благовониях? Сложное и тонкое искусство. Пачули, бадьян, сандал, ваниль…

Травница принялась перечислять товар. Эрфиан кивал, запоминая названия и прикидывая в уме, что нужно приобрести сейчас, а что может подождать до следующей луны. С женщиной он расплатился парой бутылок травяной настойки, сердечно поблагодарил ее, пообещав вернуться, и огляделся в поисках Мадды и Мариуса, но тех нигде не было. Эрфиан закинул на плечо мешок с приобретенным у травницы товаром, сделал несколько шагов и чуть не налетел на высокого эльфа, одетого в черную кожу.

— Ты что, слепой?! — возмутился эльф. — Смотри куда идешь!

Эрфиан проводил незнакомца взглядом. Он подошел к группе других эльфов, выглядевших так же, как предыдущий — черная кожа, кинжал и парные клинки на поясе, длинные темные волосы заплетены в традиционную прическу из кос и свободно выпущенных прядей. Воинов было семеро. Они стояли возле торговца тканями, но товар не разглядывали, а смотрели себе под ноги. Желая понять, по какой причине воины заинтересовались бархатом, кружевом и шелками, Эрфиан приблизился. Невысокая фигура, с головы до пят закутанная в светлый плащ из плотной материи, смотрела на разноцветные ленты для волос. Фигура принадлежала молодой темной эльфийке — тонкая белоснежная ручка, запястье которой украшали браслеты из вампирского золота, показалась из-под широкого рукава и показала торговцу три пальца.

— Три золотых монеты за ленты, госпожа? — удивился торговец.

— Серебряных. Я возьму вот эти, алые, и лазурные, и белые, и одну черную. И вот эту, с вышивкой. Подарю ее одной из подруг.